Ведьмак: Меньшее Зло

Объявление

Добро пожаловать на форумную ролевую игру по циклу «Ведьмак»!
Время в игре: февраль 1272.
Что происходит: Нильфгаард осаждает Вызиму и перешел Понтар в Каэдвене, в Редании жгут нелюдей, остальные в ужасе от происходящего.
А если серьезно, то загляните в наш сюжет, там весело.
Кто больше всего нужен: реданцы, темерцы, партизаны, а также бойкие ребята с факелами.
18.09 [Важное объявление]
16.07 Обратите, пожалуйста, внимание на вот это объявление.
11.04 У нас добавилась еще одна ветка сюжета и еще один вариант дизайна для тех, кто хочет избежать неудобных вопросов на работе. Обо всем этом - [здесь].
17.02. Нам исполнился год (и три дня) С чем мы нас и поздравляем, а праздновать можно [здесь], так давайте же веселиться!
17.02 [Переведено время и обновлен сюжет], но трупоеды остались на месте, не волнуйтесь!
Шеала — главная в этом дурдоме.
Эмгыр вар Эмрейс — сюжет и репрессии.
Цирилла — сюжет, прием анкет.
Человек-Шаман — техадмин, боженька всея скриптов.
Стелла Конгрев — модератор по организационной части.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Альтернатива » Одной крови


Одной крови

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

http://sh.uploads.ru/CaFHo.jpg
Место: Скайрим, и куда занесет.
Участники: Хейдар, Морхан.
Краткое описание: дурная слава к данмеру пришла, когда он ее не ждал. Дракона разбудили, когда он тоже не просил. А теперь со всем этим нужно что-то делать.


[icon]http://s3.uploads.ru/4p16C.jpg[/icon][nick]Морхан[/nick][info]бедовый данмер[/info]

Отредактировано Брэен (03.09.2018 19:36)

+1

2

Город нависал каменными монолитами со всех сторон, давил, не позволял дышать полной грудью. Уродливый грязный край, и его жители – под стать ему. Страшные и такие же твердолобые, как гранит.
Хейдар тщетно пытался разговорить размалеванную уставшую шлюху, но результат не оправдывал затраченных усилий.

– Здесь эльф не пробегал? Мелкий такой, синий, шебутной.
– Данмер, чтоль?
– Неее… То есть, да. То есть, и это тоже.
– Они же серые.
– А этот – синий. Бухой, в смысле. Никакой.
– Я и серых видела, и зеленых, и синих, и большинство из них в постели вообще никакие, - печально вздохнула девка, и начала сетовать на тяжелую и государственно важную работу.

Хейдар тоже вздохнул. Говорить с ней было сложно, а платить, чтоб соображала быстрее – жалко. И эта девка еще ноет о том, как сложно жить на белом свете. У нее и работы всей – лежать и в потолок пялиться, а вот попробовала бы она хоть денек провести в компании Морхана.
Зашли, называется, в город за припасами. Эльф даже не потрудился дослушать длинный монолог соратника о том, как он ненавидит Предел, жителей Предела и этот конкретный город в частности, усвистел в неизвестном направлении.
Хейдару оставалось идти в направлении известном. То бишь, к бабам.
Но время шло, он успел напиться, утомиться, протрезветь и еще раз утомиться, а остроухий не возвращался из своего забега. Нельзя сказать, что Хейдар так уж переживал за спутника. Он вообще не слишком жаловал всех представителей условно-разумных рас. Чем скорее они подохнут – тем дышать легче. Вот только была проблема: трагично помирать на руках у верных друзей, или же позорно сдыхать в ногах у гнусных врагов, эльф не спешил. Не привлекали этого засранца ни Совнгард, ни посмертная слава. Вечно с этими данмерами что-то не так.

Терпение кончилось еще до того, как успело начаться. В поисках приятеля Хейдар прошелся по городу, демонстративно презирая каждый его камень, не поделил мост с богато разодетой шпаной и вернулся обратно в таверну. Ждать было скучно. Слушать шлюханское нытье – еще скучнее. Мужчина посмотрел на не прекращающую болтать собеседницу, прикинув, не заткнуть бы ей рот ее же профессией. Пригляделся. Передумал. Такие подвиги грешно совершать на трезвую голову.

– Именем закона!
Сонную скуку как рукой сняло. Опохмеляющиеся граждане засуетились, предприимчивая шлюшка  на всякий случай ласточкой выпрыгнула в окно.
Из-за спин тесно жмущихся друг к другу стражников вышел низенький человечек, чья шапочка по цвету удивительно сочеталась с характерным носом пьяницы.
– Где та блядь, которая у себя мятежников укрывает? – гнусаво поинтересовался он и пристально оглядел весь зал. На Хейдаре взгляд задержался и засветился узнаванием. Сразу стало как-то неуютно и почему-то обидно.
– Я похож на блядь?
– Не-е-т, – медленно протянул человечек. – Ты похож на того мудака, который сегодня Фари из клана Серебряной Крови  в воду скинул.
– Допустим. Тебе-то что с того?
– А с того, что это я – Фари!
[nick]Хейдар[/nick][icon]http://s9.uploads.ru/t/4oy0l.jpg[/icon]

Отредактировано Эльза Колючка (15.09.2018 00:20)

+1

3

Ничего подобного Морхан прежде не видел. Высеченный в камне город. Странный, непонятный, тесный и такой запутанный, что потеряться в каменном мешке – раз плюнуть. Но плотно захватывающий воображение – когда-то это все создалось рукой мастеров, трудами многих лет, если не столетий. Даже сквозь уверенно сгущающуюся перед глазами мутную пелену Морхан ворочал головой, разглядывая непривычные взгляду строения, пока данмеру не стало совсем худо. Поэтому как только позволил случай, он оставил своего болтливого спутника у ближайшего строения, а сам свернул в узкий каменный коридор. Если зрение его не подвело, и стены барака, где пришвартовался Хейдар, и вправду подпирали недвусмысленного вида потрепанные особи женского пола, то хватится тот его нескоро.
А Морхану уж очень надо было найти алхимика или на крайний случай – травника. В конце концов его всю жизнь мхом лечили. Хватил заразы? Пожуй мха. Положил раскаленную заготовку себе на руку? Сделай примочку из мха, идиот.
И вот так всю дорогу. Там, откуда он был родом, все решалось просто.
Кто успел пробраться в курятник, пока не проснулся бородатый Ивор, у того будет пара свежих яиц к краюхе хлеба. А кто не успел выбраться – бежит в два раза быстрее, потому Ивор хоть и кликали хромы, бегал он как проклятый. Потому, знать, так и кликали, а он только зыркал да грозился притопить всех шутников в корыте с дерьмом.
И никаких драконов, никаких драконорожденных, мысленно закончил мысль Морхан, придерживаясь за стеночку.
- Да ты, друг, выглядишь как хер осла на морозе, - прогрохотал рядом голос. Вроде бы даже женский. Данмер руку отдернул, спину выпрямил, а клыкастая баба зашлась низким, гортанным смехом.
- Да не тушуйся, все свои, - взгляд орчанки цепко скользнул по поясу данмера, нырнул куда-то ему за плечо и замер на лице. – Да чтоб меня дракон трахнул, первый раз вижу бледного данмера.
Орчанка снова хохотнула и хлопнула Морхана по плечу, отчего осанка эльфа заметно просела, а сам данмер начал искать пути отступления.
- Послушай... - начал было он, но клыкастая баба не дала ему договорить.
- А правду говорят, что у данмеров хер тоже синий? – орчанка некачественно изобразила удивление и блеснула клыками. – Да не смущайся, что я херов эльфийских не видела что ли? Видела, а вот таких бледных как ты, еще не доводилось. Смотри, сдохнешь, а хоронить тут разоришься. Сам посуди, земли тут нет, не закопать. Надо отнести и со скал сбросить. А чтобы отнести, надо сначала разрешение спросить, а оно ого-го сколько стоит…
От хриплого стрекота назойливой бабы в голове эльфа мутнело еще быстрее. Он хотел было уверенно отодвинуть ее в сторону, но как-то не заметил, как уже это она его ведет куда-то. И, кажется, впереди, покачиваясь на тонкой ржавой цепочке, мелькнула заветная табличка…
- Сядь, пока не упал, - орчанка отвесила ему такой мощный тычок, что Морхан, не удержавшись на ногах, отлетел на шаг назад. Ощутимо стукнулся стеной об стену и по ней же сполз.
- На, - она протянула ему небольшую бутылочку.
- Что это? – сипло спросил данмер.
- То, что тебя на ноги поднимет. А может и не только ноги.
Казалось бы, сколько раз его учила жизнь, что доброты просто так не бывает. Еще сложнее ее найти в нищем каменном городе в лице клыкастой орчанки, решившей вдруг бескорыстно предложить помощь загибающемуся данмеру.
Хотела бы убить – кинжал под ребра и дело с концом, - промелькнула в целом справедливая, но совершенно неуместная мысль.
И Морхан залпом осушил содержимое бутылки.
Зелье оказалось сладковатым и обволакивающе мягким. На корне языка осталось послевкусие чего-то жженого.
- Что это? – повторил Морхан.
- Скума, дружочек, - и тут данмер понял, что попал.
По самые свои синие.
- А теперь пошли, - перед глазами что-то мелькнуло. Вроде бы, это была рука орчанки, потому что в следующий миг она крепко ухватила его за шиворот и поволокла по каменной мостовой. – Много за тебя не дадут, но если сначала подлечить…
Зелья из лунного сахара Морхан в своей жизни не пробовал ни разу. И вряд ли стал бы, будь он в здравом уме и знай, что в бутылке. Но сдающий позиции под действием скумы здравый смысл не преминул напомнить, что он только что, не моргнув глазом, отхлебнул неизвестного пойла из рук внезапно добродетельной орчанки.
И после такого помутнения рассудка Морхан вдруг сделал правильную вещь – вместо того, чтобы сопротивляться, расслабился до состояния мешка с гнилой картошкой. Тащить его сразу же стало тяжелее. Он услышал гортанную ругань. Хватка немного ослабла, из-под полуприкрытых век данмер увидел нависшую над ним орчанку, все еще придерживающую его одной рукой и нож в другой. Та еще раз выругалась и выпустила его. Данмер больно саданулся головой об камни и только тогда, собрав все оставшиеся силы, рванулся прочь – как будто бы он снова, как в далеком детстве уносился от бушующего Ивора, а не плелся по безликим коридорам на подгибающихся ногах.
Возле борделя толпилось подозрительно много людей, но данмера это не остановило. Наоборот, он ринулся мимо, навалился что было сил на дверь и по инерции пролетел вперед – сметая низенького человека под ноги высокому норду.
- Хдрр, - на лице Морхана отразилось заторможенное узнавание. Нашел-таки! – Тморч… скуууу…
Слова не давались. Попытка подняться с пола тоже не принесла успехов.
А вот человечки заметно зашевелились.
[icon]http://s3.uploads.ru/4p16C.jpg[/icon][nick]Морхан[/nick][info]бедовый данмер[/info]

Отредактировано Брэен (04.09.2018 09:07)

+1

4

Хейдар инстинктивно отпнул подальше рухнувшее к его ногам тело и поспешно подставил товарищу плечо, пока количество тел на полу не увеличилось вдвое.
– Мо-ло-дец.  А теперь выйди и зайди обратно как полагается нормальному эльфу.
Казалось, Хейдар всецело озабочен только состоянием товарища, начисто игнорируя ощетинившихся мечами стражников. Тех такое пренебрежение к их работе покоробило. Оружие в руках дрогнуло, несколько человек переглянулись друг с дружкой, удивленно сверкая глазами из-за прорезей шлемов.
Хейдар воспользовался моментом и неторопливо, так, как будто это и не перед их носами только что трясли оружием и кидались угрозами, двинулся к выходу, заботливо поддерживая Морхана. Протискиваться сквозь плотно стоявшие тела было тесно, пара человек, шипя от боли в отдавленных ногах, пощемились в сторону.
Заветный выход был уже близко, протяни руку – и стены этого блядюшника с агрессивно настроенными людьми останутся позади, но путешественникам никогда настолько не везло.
Дважды оскорбленный низенький человечек сумел таки подняться на ноги, благоразумно отошел подальше, зажав переносицу двумя пальцами и только тогда принялся истошно гнусавить приказы пополам с проклятиями.
Стражники ожили, сдвинулись в кучу, живой стеной загородив дверь. Хейдар выругался сквозь зубы, и стукнул ближайшего к нему человека закованным в сталь кулаком по стальному же шлему. Звук получился звонкий и задорный, словно храмовой колокол зазвонил. В стене образовалась прореха размером с одно тело, в которую, подбодренный пинком для ускорения, вылетел эльф. Хейдар, ломанулся следом, на ходу доставая секиру из-за спины. Вид оружия размером с человека немного охладил пыл стражников, но их хозяин не унимался, продолжал голосить, желая немедленно уплатить обидчикам по всем долгам.
Какой-то храбрец мазнул мечом по незащищенной руке, и тут же потерял свою собственную вместе с интересом продолжать битву.
Вступать в открытое сражение было глупо. Норд по опыту знал, что изящество, тактику, честность и эстетику битвы стражники заменяют тупым количеством, скопом бросаясь на нарушителя закона как крысы на свою добычу. И если двух-трех еще можно раскидать, используя преимущество двуручного оружия, то потом все равно задавят массой и это будет самая глупая и нелепая смерть за всю историю Нирна.
К двери все-таки удалось прорваться, отделавшись малой кровью. Едва только оказавшись на тесной запутанной улочке, Хейдар вбил рукоять секиры поперек дверной ручки. Мрачным взглядом окинул данмера, и прикидывая, сможет ли эта синь сама стремительно передвигаться в сторону выхода из города, и обещая ему долгий вдумчивый разговор по наступлению трезвости, и ненавидя себя за то, что собирался сделать.
Дверь дрогнула и затрещала под напором навалившихся тел, но не сдалась. Стоит отдать двемерам должное – строили они свои уродливые постройки на совесть и жители Маркарта искренне гордились тем, что их город неприступен даже для драконов. Хейдар в свою очередь считал, что ни одному уважающему себя дракону нахрен не сдалось это нагромождение желтых булыжников.
Мысленно записав на счет Морхана еще один должок, Хейдар, не слушая никаких контраргументов напарника, взвалил его на плечи и быстрым шагом, стараясь держаться стен, направился к главным воротам.
Дверь  за спиной поддалась напору и с громким стуком рухнула на землю. Шаг пришлось сменить на бег. Материть бедового эльфа не было ни сил, ни дыхания, но Хейдар запоминал ругательства на будущее, чтоб потом разом вернуть все, что успел надумать хорошего.
Ворота были не просто закрыты, но и для надежности перегорожены здоровенным засовом. Расторопные охранники города издалека увидели погоню и заблаговременно позаботились о том, чтоб все, что происходит в Маркарте оставалось в Маркарте. Хейдара такое положение дел решительно не устраивало. Их окружали уже неторопливо, с достоинством, наверняка зная, что никуда эти двое не денутся.
Выхода не было. Но и местные шахты, куда ссылали всех пленников, не вдохновляли. Тело эльфа мешком рухнуло с плеч.
Торговые лотки разметало в стороны кожистыми крыльями. Дракон повернул голову в сторону преследователей и дыхнул огнем, заставляя людей отшатнуться назад. Пламя пошло полукругом, поджигая то немногое, что могло гореть в этом уродливом ржавом городе.
– Дракон! – подытожил очевидное какой-то умник. Более умные люди кинулись врассыпную, более глупые сменили мечи на луки.
– Влезай на спину, придурок, – прорычал Хейдар, пока Морхан самостоятельно не определился к какой группе людей он принадлежит.
[nick]Хейдар[/nick][icon]http://s9.uploads.ru/t/4oy0l.jpg[/icon][info]скажи спасибо, что не феечка[/info]

Отредактировано Эльза Колючка (15.09.2018 00:20)

+1

5

Единственное, что Морхан запомнил хорошо - это как он, споткнувшись о невысокого, но шумного человека, ухватился за заботливо подставленное плечо. Говорить больше не пытался. Последние силы норовящего отплыть в нирвану рассудка эльф направил на попытку удержать себя в вертикальном положении и слаженное перебирание ногами, пока Хейдар героически пробивался к выходу. Слаженное получилось совсем не в том смысле, какого хотел достичь данмер.
Где-то в глубине души ему было до одури обидно, неловко и зло. Нет, вовсе не потому, что прямо сейчас он снова изображал мешок гнилой картошки - теперь уже с большей реалистичностью, чем в компании орчанки - болтаясь на плече норда.
Дьявольское дурманящее пойло разом вытащило наружу все давнее и недавнее пережитое, облило ведром говнища и сунуло в морду данмеру. На, мол, жри, пока не остыло. Подумаешь, он катится на чужом плече, а позади громыхает оружием и руганью местная стража - чем не время для глубокой и пьяной философии?
Вот жил же он себе в Рифтене. Ну, поначалу у старой ведьмы Грелод, пока все не стало настолько паршиво, что он сбежал. А когда его, кажется, на третий день недалекого побега, замерзшего и голодного как стая одичавших собак, среди каналов нашел Асбьорн, тогда-то все и повернуло на путь светлого будущего, где не должно было быть никаких драконов, никаких драконорожденных и тем более орчанок со скумой.
Куда она там, кстати, его продать хотела? От пары подкинутых воображением вариантов на душе стало еще паскуднее, и очень захотелось хлебнуть водки. Самой обычной бодяжной водки, после которой Балимунд ему волосы держал, приговаривая, что утопит в каналах, если “остроухий говнюшонок” еще раз нажрется как свинья деревенская. Неловко-то как было, хоть сквозь землю проваливайся подальше от сурового взгляда кузнеца, когда тот, наконец, выпустил его волосы из своей лапищи и швырнул ему в морду тряпкой. А ведь тогда у него цель была: как это, уже почти двенадцать годков стукнуло, а он еще ни разу огненной воды, что из-под полы продавали в Креветке, не пробовал. Вот и сообразили с такими же оболтусами, покуда ему не стало так паршиво, что получить палкой по хребту от Балимунда виделось сущей ерундой, нежели сдохнуть от этой отравы.
Добрым был он был мужиком, хоть и со своей ебаниной. Все грезилось ему, что кузница уже не та, вот и послал его на Воронью скалу. Послал, а он и не дошел. И чуть не сгинул. Морхан хорошо запомнил, как покатилась по мерзлой земле голова болтливого детинушки. Видал он и другие головы. И мертвяков разных, но эта особенно запомнилась - потому что его следующей должна была с плахи скатиться.
А вот может и стоило бы? - подало голос какое-то совсем не то глубинно-поддатое отчаяние, говорящее, что данмер почти занырнул до самого днища, не то проснувшееся равнодушие пропойцы. Оборонил бы башку свою бедовую, и не было бы никаких драконов, и судьбы этой черт ее разберет какой…
Оборвало поток мысли неожиданное перемещение в пространстве. Морхан ощутимо шлепнулся о камни. Мутным взглядом оценил выстроившихся вокруг них стражников.
А ну и хер с ним, подумал было данмер, а уже в следующее мгновение - ощутимо протрезвел.
Чудесному выныриванию из омута тлена и дурмана поспособствовала не резкая перемена в поведении стражников, ощетинившихся луками, не разлетевшиеся в сторону деревянные ошметки торговых лотков и даже не грохот, вынудивший интуитивно втянуть голову в плечи. А хрен пойми откуда взявшийся дракон. Огромный, во всю немаленькую маркартскую площадь белый дракон.
Который еще и говорил.
И был на месте его напарника.
- Хейдар? - от изумления заговорил и сам Морхан. - Мы же…. Какого вообще…
Пока мозг складывал удивительное открытие с работенкой, на которую они напару подрядились, странноватенький инстинкт выживания все-таки подтолкнул данмера поближе к дракону и подальше от людей. Данмер живо вскочил на ноги, подскочил к дракону и, уцепившись за чешуйчатые выступы, залез ему на спину.
А где-то на очень заднем плане и очень тихо подала голос мысль, что он же - довакин, драконорожденный, поспешно сваливающий из города верхом на супостате, которого он подрядился вроде как убить. Морхан решительно отмел подальше все фоновые шумы и схватился покрепче за драконью чешую.
- Ну шкура, мы еще поговорим, - окончательно протрезвев, пообещал данмер.
[icon]http://s3.uploads.ru/4p16C.jpg[/icon][nick]Морхан[/nick][info]бедовый данмер[/info]

Отредактировано Брэен (14.09.2018 11:56)

+1

6

Данмер соображал удивительно быстро и даже вполне разумно. Им можно было даже гордиться. Глядишь, чуток протрезвеет и даже сумеет известную тюремную загадку про стулья разгадать. Возможно.
– Я же тебе сразу сказал, – огрызнулся Хейдар, пока Морхан карабкался, больно хватаясь за чешую.
Ну, сказал – и что с того? Кто вообще в такую дичь поверит? Особенно, когда сначала вместе подрались с на редкость скользкими аргонианцами, а потом вместе с ними же до утра выдегустировали весь контрабандный заморский эль.
Половина провинции до сих пор вообще в драконов не верила. Даже наглядные доказательства в виде обгорелых трупов и разрушенных деревень не переубеждали упорных скептиков. Кто-то грешил на разбойников, кто-то на козни противоборствующих армий, кто-то на даэдра. Фантазия у местных была достаточно ограниченной, чтоб принимать любую версию, кроме реальной.
Сложно было поверить или нет, но Хейдар с самого начала был предельно честен с напарником. И Морхан сам виноват, что поржал и отшутился вместо того, чтоб поверить.
А теперь еще и возмущаться вздумал так, как будто Хейдар его на сеновал зазвал, пообещав жениться. А потом взял – и не женился.
Дракон несколько раз взмахнул крыльями, неуклюже развернулся на тесной для него площадке и тяжело поднялся в воздух. Стрелы со звоном отлетали от чешуи и стоило поблагодарить метких стрелков за столь удобное оповещение. Если звякнуло, то все нормально. Если чавкнуло, то можно пожелать Морхану приятного полета до  камней гостеприимного города.
Подняться-то поднялся и даже сделал полкруга, набирая высоту, вырываясь за пределы тесных стен – и тут же рухнул в воздушную яму, от возмущения на секунду забыв как правильно летать.
– Чегооо? Ты, эльф, вообще совесть потерял?
А вместе с ней – последние мозги, страх, инстинкт самосохранения и обычную вежливость.
То есть получается, что он рискует жизнью, катает этого сопляка на горбу, заботится, чтоб тому не отстрелили чего важного, а Морхан ему – «шкура» и «еще поговорим?»
То есть получается, его еще и довезти куда-то надо, да еще и живым, да еще и терпеливо ждать, пока этот герой недоделанный будет разговаривать на своем убогом геройском языке?
Злость на человечество просыпалась после долгого сна и в эту минуту Хейдар прекрасно понимал своих менее развитых собратьев, которых мясом не корми – дай что-нибудь сломать, сжечь, разрушить и красиво улететь за линию горизонта, оставив после себя разрушенные руины и горстку погорельцев. Плевать, что Морхан не человек – все одно двуногий кожаный мешок.  Еще и наглый как три септима.
Дракон заложил крутой вираж, уже совершенно не заботясь о сохранности синего груза, и стрелой пролетел над городом, сбивая каменные выступы и поливая огнем все, что шевелилось где-то внизу.
Где-то слева и сзади болезненно чавкнуло. Он все-таки повернул голову, чтобы проверить, в ком именно, и увидел сразу две разочаровывающих вещи. Во-первых, эльф держался крепко и выглядел вполне целым, хоть и зеленоватым. Во-вторых, в крыле вызывающе торчало древко стрелы.
Крыло, как по команде, начало болезненно неметь, Хейдара потащило вбок и вниз. Едва шевеля парализованной конечностью, он сумел набрать высоту, снова провалился и больше не пытался. Подумал, что люди мало того, что кожаные и двуногие, так еще и подлые. Проникся ненавистью еще больше, но месть решил отложить на потом.
Сейчас бы только убраться подальше от этого дикого края, в горы, пещеру, да хоть на дно морское, чтоб только вытащить раздражающий отравленный наконечник. И только потом бить Морхана кулаками по почкам и лицу.
Держась опасно низко земли, дракон пролетел еще несколько миль на север, а затем поврежденное крыло окончательно перестало его слушаться, и он камнем полетел вниз, едва успев притормозить, смягчая падение.
[nick]Хейдар[/nick][icon]http://s9.uploads.ru/t/4oy0l.jpg[/icon]

+1

7

На драконах Морхану прежде летать, само собой, не доводилось. И уж тем более он мог не помыслить, что норд-ворчун вдруг обратится в это… Нет, животными теперь драконов назвать никак не получалось. Но заминку в определении видовой принадлежности данмер с лихвой компенсировал матерной. Мог бы поклясться, что Хейдар делает это нарочно. Он резкого уклона вниз содержимое желудка опасно подступило с глотке, и данмер тихо взмолился, чтобы на спине он удержался вместе со своим содержимым. В борьбе с собственным организмом он краем глаза видел, летящие мимо стрелы и слышал, как те звонко отскакивали от жесткой драконьей чешуи.
А потом Хейдар проявил свой поскудный характер.
Вместо чистой линии горизона справа от себя данмер вдруг увидел бездонную пропасть.
- Шкура... - выдохнул Морхан. Распластался на драконьей шее и до сведенных мышц вцепился в скотину как в родного. Падать совсем не хотелось - несмотря на старательные усилия Хейдара устроить ему незабываемый полет до объятой пламенем и криками площади.
Замутило еще больше и данмер отвернулся.
А как только дракон более-менее выровнял свой полет, снова вспоминал добрую Мару, в чьем храме он усердно драил полы. В ушах свистел ледяной ветер. Все смазалось в одно белесое полотно: поначалу Морхан еще выхыватывал взглядом очертания гор, пока не глаза не заслезились настолько, что он уткнулся лбом в драконью шею и больше не видел ничего.
Сдохнет значит сдохнет.
Так он и думал, пока после ощутимого удара и треска все не потемнело и не затихло.

А сквозь темноту всего лишь на несколько мгновений данмеру почудился голос. Словно бы из очень далекого прошлого. Или им же придуманного воспоминания. Ни лица, ни образа - размытый женский силуэт у края пшеничного поля.
- Морхан! - далеко звучит полустертый в памяти звонкий голос. Сложила у лица ладони лодочкой и зовет. - Моорхан!

Данмер вздрогнул и приоткрыл глаза. Увидел мутную белизну. Попробовал пошевелиться, и у него это даже получилось. Правая нога отозвалась тупой болью, но не настолько сильной, чтобы задумываться о сломанных костях. Еще через несколько мгновений данмер осилил сначала сесть в каше из снега и щепок, а потом и подняться. Привалился плечом к чудом уцелевшей балке, переводя вес тела на здоровую ногу - после такого полета и падения он мог позволить себе пару секунд перевести дух.
И только потом, стиснув зубы, все-таки направился к распластанному на снегу дракону. Без вцепившейся в сознание скумы и тучи стражников с луками он, наконец, сумел разглядеть Хейдара получше, и от увиденного злость у данмера напористо застучала в рассудок.
- Вот какого, а? - зло бросил Морхан. - Ладно, я, дурак, не поверил, что ты не шутишь про дракона.
Да и кто бы поверил брошенной спьяну фразе во время дегустации краденого эля.
- Но знал же, кто я. И что тебя ищу - белого, чтоб тебя тролли сожрали, дракона!
Данмер сжал и разжал кулаки, глубоко вдохнул. Легче не стало, а под драконом натекла уже приличная лужа крови из пробитого крыла.
Хорошая стрела, - про себя отметил Морхан, - крепкая. Тяжелая. Древко толстое. И наконечник такой, что попади он в кость - размозжил бы сходу.
И шагнул к Хейдару-дракону, на ходу скидывая на землю наплечную сумку, - к обвисшему, как потрепанный корабельный парус, кожистому крылу.
- Не дергайся, - буркнул данмер. Еще недавно он думал, что охотиться на драконов жизнь его не готовила. Но еще меньше она готовила его вытаскивать из них тяжелые бронебойные стрелы.
- Собака страшная... - в сердцах ругнулся после первой же попытки вытащить стрелу. Взгляд Хейдара, как ему показалось, мог бы его сжечь на месте.
- Да не ты, - отмахнулся Морхан, глянув в золотистые и очень недобрые драконьи глазищи. - Хотя ты тоже.
Поднырнув под крыло, данмер добрался до стрелы. Ухватил ее покрепче и потянул вниз, пока та не выскользнула из крыла.
Надо бы чем-то замотать, - отстраненно стукнулась в сознание мысль, пока данмер выбирался из-под крыла обратно.
А когда выбрался, ему вдруг вновь о себе напомнили и полет, и болезнь, и выпитая скума. Содержимое желудка в который раз опасно подступило к горлу, нутро перекрутило ледяными жгутами, а в ноги пробралась предательская слабость. Данмер осторожно прислонился спиной к балке и так и съехал по ней на снег. Зачерпнул пригоршню снегу, растер лицо. И только потом вернул взгляд на дракона.
[icon]http://s3.uploads.ru/4p16C.jpg[/icon][nick]Морхан[/nick][info]бедовый данмер[/info]

Отредактировано Брэен (20.09.2018 08:12)

+1

8

Падать было унизительно и больно. Хейдар, насколько хватало возможностей, пытался сделать это благородно и с достоинством, но получилось не очень. Место для посадки тоже было выбрано крайне неудачное: то ли дом, то ли сарай, то ли заброшенный сортир. Единственное относительно чистое пятнышко посреди глухого леса, прорезанного извилистой линией дороги.
Бревна захрустели под тяжелым телом как щепки и проломились. Они даже не пытались притвориться, будто способны выдержать тяжелую тушу дракона, но все-таки смягчили падение. Первым делом Хейдар огляделся, прикидывая, не придавил ли он часом бедового данмера, и лишь убедившись, что это хамло в отключке, но вполне живое, позволил себе опустить голову на землю.
Снег был мягким, холодным и мокрым. Хотелось лежать, уткнувшись мордой в разворошенный сугробик, пока не отступит жар, охватывающий изнутри, заполняющий не только тело, но и душу дракона.
Мечтам редко суждено сбываться. Морхан очнулся и продолжил бухтеть так, как будто и не было сумасшедшего полета сквозь половину провинции, как будто и не он отчаянно пытался не упасть и не блевать против ветра.
Хейдар хотел было огрызнуться, но злость и обида на обнаглевшего данмера уже отступали. Черт бы с ним. Пускай матерится, бухтит, сотрясает воздух любыми доступными способами. Главное, что вообще живой и даже трезво соображает. Прогулка на ледяном свежем воздухе Скайрима может выветрить из головы даже пары этой проклятой скумы.
Ну, знал, что Морхан – драконоборец, и что ищет именно его, да и что с того? Еще он знал древнюю нордскую поговорку: держи друзей близко, а врагов – еще ближе. Поначалу руководствовался ей, втихую насмехаясь над данмером, отчаянно ищущим того, кто был у него под самым носом. А потом… боги знают, что переменилось. Вдруг понял, что перед ним – тот самый, из легенд. Пусть, странный, неопытный, по-юношески наивный, еще не успевший обрасти толстой чешуей, которую в этих суровых землях приобретает каждый, кто сумел дожить хотя бы до тридцати.
Принцип  изменился. «Ты поможешь мне, а я помогу тебе». И Хейдар обязательно бы объяснил это. Когда-нибудь. В лучшее время, в лучшем месте. Возможно. В идеальном развитии событий – вообще никогда.
Уж точно не как получилось, но чего уж теперь. Хорошо, что этот вообще не стал с воплями удаляться за горизонт или, напротив, пытаться удержать меч в дрожащих после хорошей встряски ручонках.
– Нежнее будь, –  сквозь зубы прорычал Хейдар, стрелу противно и неывносимо-долго потянуло вниз вместе с, казалось, большей частью крыла.
Когда противная дрянь из крыла и противная дрянь из-под крыла все-таки выбрались, дракон вздохнул с облегчением. Ближайшая березка вспыхнула, как свеча и осыпалась пеплом. Яд перестал поступать в кровь, вернулась чувствительность. И вместе с нею боль.
Нехорошо прищурив глаза, Хейдар взглянул на Морхана. Этому в знахари дорога была заказана. Рану он разворошил основательно. И плевать, что другой возможности избавиться от стрелы не было.
Посмотрел. Передумал высказываться. С брезгливой миной отодвинулся как можно дальше от товарища, который выглядел подозрительно-зеленым для темного эльфа.
– Так. Принцесса, если ты решил здесь подохнуть, то до могильника я тебя не потащу.
Несмотря на все усилия, в голосе все-таки проскользнуло беспокойство. Знал, что потащит. Причем не до могильника, а до ближайшего лекаря с прямыми, не как у некоторых, руками.

- Не дождешься, дойду как-нибудь. - вяло огрызнулся данмер, зачем-то поворошил снег левой рукой и все-таки уточнил. - А далеко отсюда ближайший могильник: таверна или что-нибудь?

Хейдар успокоился. Раз хамит, то жить будет. Умирающие обычно выражались конкретнее и, чаще всего, одними громкими гласными звуками.

– Могильник близко, – утешил он. И, слегка смягчившись, добавил:
– Таверна чуть подальше.

Таверна. Полцарства бы сейчас за нее отдал не раздумывая. Но полцарства не было. А даже если бы и было – все равно нужно шагать. Можно было бы подождать чуток, пока организм нейтрализует яд и в минуту оказаться там, но знал: в современном Скайриме такое торжественное   прибытие не  оценят по достоинству. Да и Морхан казался не слишком готовым к очередному полету.
Приунывший Хейдар тяжело вздохнул, затуманив воздух клубами густого серого дыма. В следующий миг он уже приобрел свою более привычную для глаз данмера форму. Злую, потрепанную и героически старающуюся не дрожать от холода.
– Пьянь синяя, – он изо всех сил старался не стучать зубами. Получалось плохо. Вообще никак. – Не мог на пять минут позже приползти? Где тебя вообще так ушатало?
Все вопросы были скорее риторическими, а полный ненависти взгляд был адресован развалившемуся шкафу, из которого вывалилась груда барахла.
Хейдар, хоть и промерз до костей, но приближаться к шкафу брезговал. Вот только выбор был невелик: либо сдохнуть, либо обворовать какого-то бедолагу с дрянным чувством стиля.
Норд двумя пальцами выудил из груды тряпья что-то серо-буро-малиновое, осмотрел, втянул, воздух и с отвращением отбросил в сторону. Суровой критике подвергалась каждая тряпка, которая попадала ему в руки, но спустя несколько минут холод взял свое.
– Нищих мы уже обворовали. На очереди вдовы и сироты?
Хейдар сел рядом с Морханом, зачерпнул пригоршню снега и тоже растер лицо. Не помогло. Запах человечины этим было не перебить.

[nick]Хейдар[/nick][icon]https://sun9-8.userapi.com/c830109/v830109443/18c86a/mWX5RYxBSM8.jpg[/icon]

+1

9

Пока дракон обшаривал шкаф, Морхан сосредоточенно глядел в сторону обугленной березки, чудом уцелевшей в отличие от своей соседки, от которой остался только черный пенек. Когда тонкий черный ствол перестал двоиться и покачиваться, данмер нашел в себе сил, чтобы глянуть, чем занимается мельтешащий в стороне Хейдар. Теперь уже не дракон, а обычный норд в чем мать родила. Привычный, мандящий почем зря и до жути брезгливый Хейдар. Данмер усмехнулся про себя, наблюдая как гордое теперь не животное, но существо роется в старых сундуках под грудой досок.
И все-таки было в этом что-то странное. Не в полете сквозь единственный в округе сарай - данмер догадывался, что сквозь лес было бы еще хуже, и он запросто мог бы ощутить себя злокрысом на вертеле на радость воронью. И даже не в том, что они застряли у беса на рогах. Странность исходила от Хейдара, от восприятия его данмером. Морхан даже еще раз напомнил себе, что тот - дракон, а он - вроде как довакин. И вроде как должен убивать таких, как Хейдар.
Логичные умозаключения рассыпались еще легче, чем этот сарай под драконьей тушей.
В Маркарте он бы еще мог списать на скуму свой порыв взгромоздиться на огромного ящера и убраться подальше от разъяренной стражи. Сейчас отрава уже выветрилась из головы, а ощущение, что Хейдар - враг, так и не пришло.
Шкура да и только, - в который раз думал Морхан, думая, что… чего уж там, этот контракт на дракона он завалил.
- Орочья баба сказала, что поможет, - запоздало и невпопад отозвался данмер на вопрос, на который едва ли Хейдар ждал ответа. Сказал и почувствовал себя сказочным дураком. Ладно хоть на пепельной морде не видно, как кровь к щекам прилила.
- В общем, если б на пять минут позже, я бы где-нибудь уже в каджитском караване ехал тролль его знает куда.

– Знавал я как-то одну орчаночку, – погрустнел норд . – Лучше б не знавал. Просто поверь: кошачий караван – не худшее, что могло произойти.
Валить все шишки и злиться на Морхана уже не получалось. Встреча с орчанкой – это уважительная причина для всего. Даже уважительнее смерти.
Дедуктивные навыки подсказывали, что встреча с орчанкой только ухудшила данмера, который умудрялся собирать на себе целый букет различных заболеваний. Даже тех, которыми разумные расы в теории не могли заразиться. На своих этот вряд ли дойдет даже до могильника, не то что до таверны.
– Давай хоть я тебя подлечу, что ли… – как бы нехотя предложил Хейдар.
– Да не ссы, у нас, драконов, – не без гордости подчеркнул он, – не как у ваших шарлатанов из коллегии.

Морхан в упор посмотрел Хейдара. Он уже что-то где-то слышал про драконью магию. Его даже из-за этого гнали куда-то очень далеко и высоко к бес знает кому, но видеть в действии еще не доводилось. Особенно в исполнении очень злого и раненого дракона.
- У тебя рука ранена, - отозвался данмер. - Хуже не будет?
Красноречивый взгляд норд живо дал понять, что если хуже и будет, то только Морхану.
По правде говоря, данмер не успел сообразить, что произошло. Хейдар не то громко зевнул с подвывом, не то обматерил его на своем, драконьем. У Морхана немного закружилась голова, но поскольку он все еще сидел в сугробе, поплывший перед взглядом норд и закачавшиеся за его спиной балки не представляли особой опасности. Опробовать драконью магию на деле данмер рискнул, посидев для верности, еще несколько мгновений. Вопреки ожиданиям его больше не штормило, и отчаянно не хотелось зарыться в сугроб с головой и остаться там до ближайшей весны.
- Что бы это ни было, это лучше чем мох, - поднявшись на ноги, сообщил Морхан. И добавил. - Я благодарен тебе.
Подумал, покопался в сумке и протянул Хейдару тонкий шерстяной плащ.
На этом разговоры закончились. Пробирающий до костей холод и размешивание снежных сугробов мало способствовали задушевным откровениям. И если поначалу у Морхана крутилась в голове тьма разных вопросов, от по-детски наивных до серьезных и насущных, то после лиги похода сквозь снежное месиво все они окончательно угнездились подальше на задворках сознания.
Столбики дыма впереди данмер воспринял с искренним восторгом. Переставлять ноги вдруг стало гораздо проще, когда на горизонте замаячила теплая таверна. А если повезет - еще и большая кадка с горячей водой. По почти безлюдной в поздний час улочке Вайтрана Морхан к заветной цели летел на крыльях. Ввалился в таверну, с непередаваемым чувством вдохнул прогретый, хоть и не особо свежий воздух. На косой взгляд трактирщика, гуляющем от норда в лохмотьях к равномерно синему данмеру и обратно, он плохо гнущимися пальцами вытащил тощий кошель, отсыпал несколько монет и затребовал горячей еды для себя и Хейдара. И чая с травами.
Мир постепенно обретал краски, отличные от белой пелены перед глазами. Оттаивающие пальцы начало ломить, но это никак не мешало Морхану держать в руках большую деревянную чашку и хлебать травяной напиток в ожидании, пока им принесут уже настоящей жратвы. Даже Хейдар немного просветлел лицом. Вроде бы. Или же причина его просветления сейчас за соседним столом бодро нарезала шмат мяса как своего заклятого врага. Со своего места Морхан видел только суровый нордический профиль, а целиком оценил, когда еще переступил порог и шустро шарахнулся подальше от наступающей на него девы выше его на полторы головы и с подпирающей притолоки внушительной хлеборезкой за спиной.
- А твои родители оба были драконами?
[icon]http://s3.uploads.ru/4p16C.jpg[/icon][nick]Морхан[/nick][info]бедовый данмер[/info]

+1

10

«Сейчас пойдут вопросы», – решил Хейдар, когда Морхан пришел в движимое состояние. Решил и даже заготовил гневную отповедь вместо ответа, но эльф ничего такого не сказал. Совершенно искренняя и какая-то по-детски непосредственная благодарность смутила норда.
– Да подавись, – пробурчал он.
Удерживать хрупкое равновесие между мудаковатостью и высокими манерами было трудно. Но Хейдар был уверен, что неплохо с этим справляется.
Холод пробирал до самых костей. Сколько лет Хейдар тут прожил, а все равно никак не мог привыкнуть к чудесной скайримской погоде. Столько различных видов снега не существовало больше нигде во всем мире.
Шли молча. Тишину нарушал только  ритмичный стук зубов и какой-то тихий, неуверенный, шорох зверья. Даже птицы замолкли, решив, что споют свои песни в более подходящую для этого погоду.
«Вот теперь-то точно пойдут вопросы».
Но Морхан, засранец такой, молчал как партизан. И знать бы, то ли это у него от холода язык к нёбу прирос, то ли он надумывает себе всякого и боги знают, в какое полушарие ему моча стукнет, когда он откроет рот в следующий раз.
Тревожные мысли исчезли, как только на горизонте замаячили смутные очертания города. На их место пришли более примитивные, подобающие скорее грязному крестьянину, а не потомку древнего рода: «Тепло! Мёд! Девки!». Три этих на-удивление согревающих слова намертво засели у Хейдара в голове. Путники ускорили шаг, обеспокоив этим дремавшего на посту стражника.
– Что случилось? Вампиры? – всполошился он и уронил алебарду на ногу.
– Тогда бы мы бежали ещё быстрее, – снизошел до ответа Хейдар.
Зря старался. Отшибленные пальцы интересовали стражника куда больше ответа.

Из таверны дохнуло теплом, запахом горячей пищи, голосами, слившимися в пчелиный гул. Хвала богам за мелкие радости. В стельку пьяный бард трепал струны лютни в углу. Тихо, ненавязчиво, чтоб не раздражать разошедшихся к ночи посетителей. Несколько человек играли в примитивную карточную игру, не замечая, что жуликоватого вида тип откровенно мухлюет. Оказавшись в уютной обстановке Хейдар заметно повеселел. Криво (левая, подставленная всем ветрам часть лица еще не работала) улыбнулся высокой деве. Мрачной, как глубины древних руин и такой же холодной. Дева ответила таким взглядом, что мужчина послабже до конца дней своих мог остаться импотентом. Хейдар едва заметно пожал плечами и демонстративно сел спиной к ней. Хлипкий стул под ним жалобно хрустнул, но прошел испытание.
Морхан уже успел распорядиться насчет еды и какой-то травяной дряни вместо выпивки.
– Ты с каких пор в трезвенники записался?
Известно, с каких. С тех самых, когда его чуть ли не растлила оркская баба, но остальные-то не должны от этого страдать. Хейдар подозвал девку-разносчицу и заказал пару кружек мёда.
Сделал хороший глоток, разом ополовинив первую. Горячительный напиток комом упал в желудок и оттуда растекся по промерзшим насквозь жилам.
Именно тогда Морхан впервые за весь долгий путь выдал фразу, которой Хейдар вообще не ожидал. Норд подавился, закашлялся, вытаращился на спутника, прикидывая, всерьез ли он это спрашивает, или чужим перегаром надышался.
Серьезно? Серьезно, блядь? Из всех возможных вопросов, которые могли возникнуть у него в голове, он счел самым важным именно этот? Небось, всю дорогу над ним думал, искал подходящую формулировку, прокручивал варианты ответов… Или просто ляпнул первое, что пришло в оттаявшие мозги.
– Угу, – ответил Хейдар, когда смог прокашляться.
То ли мёд развязал язык, то ли живой заинтересованный взгляд дамера сделал свое дело, но краткой справкой норд не ограничился.
– Хорошие они были, любящие, но слишком консерваторы. «Надо делать то, надо делать это». На вопрос почему, всегда один ответ: традиции, так надо. Батя на старости лет так вообще умом двинулся, решил, что не барское это дело на охоту ходить и начал требовать, чтоб селяне ему молодых девок приводили. Ума не приложу, зачем ему девки нужны были: мяса в них меньше, а воя больше. В общем, селяне через пару месяцев смекнули, что девок им самим мало, старые кончаются, а новых еще некуда, скинулись всем двором и наняли, прости Акатош, довакина. Сопля – соплей, еще зеленее, чем ты. Отец чуть ли от смеха не умер, когда увидел это чудо в ржавых доспехах. А потом умер вообще. Уже не от смеха.
Хорошее настроение как ветром сдуло. Хейдар помрачнел и допил мёд, придвинул к себе вторую кружку. Старые воспоминания были неожиданно неприятными и болезненными.
– Мама отправила нас с сестрой на север, а сама до последнего защищала пустое гнездо, отвлекая мальца.

[nick]Хейдар[/nick][icon]https://sun9-8.userapi.com/c830109/v830109443/18c86a/mWX5RYxBSM8.jpg[/icon]

+1

11

Морхан потягивал ароматный травяной чай, Хейдар душевно прихлебывал мед из огромной чашки, и, казалось бы, самая поганая часть сегодняшнего путешествия уже позади, но судьба распорядилась иначе, а помог ей в этом один болтливый данмер. И ведь даже не поганой, нет. Тоскливой, пожалуй, да хмурой - как промелькнувшие на лице норда тени. Недосказанной, как оборвавшаяся на заднем плане незатейливая песенка местного барда, под которую Морхан молча слушал короткий, незатейливый рассказ.
Странно получалось. Ему рассказывали о драконах как о злобных тварях, кого до единого стоило бы истребить с лица Нирна, а он смотрел на Хейдара, слушал его и не видел эту злобную тварь из рассказов. Нет, если норда разбудить с похмелья или натравить на него отряд стражей, то он чудесным образом в нее перекинется, минуя чешуйчатый облик с крыльями и хвостом.
Сумрачные мысли довакина притормозил чужой голос из-за плеча.
- Ты же из Рифтена родом? - данмер обернулся и увидел еще одного норда. Ростом тот ничуть не уступал Хейдару, а лицо выглядело смутно знакомым. Но на память Морхан не надеялся. Молчал. Кивнул только в ответ, а чужак едва заметно просветлел.
- Так и знал, что не ошибся, - снова заговорил он. Постучал пальцем по своей скуле - где у данмера вился темный узор до самой шеи. - Приметный ты.
Голос у незнакомца был тягучий и ровный, как холодная река. И теперь-то Морхан его припомнил - лет пять или шесть назад был тот проездом в Рифтене, в “Пчеле”. Молчаливый, не говорил ни с кем, пил много, а Морхан в то время вместо тамошнего барда, сорвавшегося в очередной длительный запой, песни пел под нестройное бренчание лютни в руках мальчишки-босмера.
Да и сам он тогда был еще мальчишкой, чего уж там. Шестнадцатую весну всего лишь разменял. Для людей вроде как уже немало, для эльфов - сущий пустяк. А запомнил он хмурого норда, потому что попросил тот спеть старую балладу. Слушал все так же молча, а потом оставил тугой кошель на столе.
Всего лишь за одну песню.
- Далековато тебя от дома занесло, - продолжил норд, - ну да не мое дело, кого куда боги ведут.
Он помолчал, перевалился с ноги на ногу. Вздохнул, словно с мыслями собираясь.
- Дочь у меня была, вот уже шесть лет как нету, - в этот раз речь-река принесла с собой светлую печаль. - Схоронил ее такой же, как ты тогда в Рифтене был, а песня та, что ты спел тогда, ей уж шибко нравилась. Все просила привезти ей толкового барда, а не нашего местного…
Норд махнул рукой и улыбнулся тени своих воспоминаний.
- Твоя песня ей понравилась бы. Ты прости, что я разболтался тут. Не откажи мне в просьбе, спой для меня еще раз - я тогда словно еще раз свою девочку увидел, живую. Заплачу тебе, сколько скажешь.
Данмер помолчал, собирая воедино мысли, разворошенные как потухшие угли скайримским ветром. А что ему в конце концов стоило спеть еще раз? Кроме отголосков гуляющего холодка и вдруг подобравшейся странной неловкости, на которую, впрочем, он тоже махнул рукой да отогнал подальше, чтобы не мешалась.
Местный бард песни этой не знал, и с сомнением вручил лютню Морхану, отступив в сторону - не то предчувствуя зрелище, не то с опаской, а ну как серый эльф еще его хлеб отберет. Данмер сел на край скрипучего стула, задумчиво дотронулся кончиками пальцев до струн. Он и тогда играл не слишком хорошо, а сейчас и вовсе позабыл. А вот песню помнил, как будто только вчера пел ее в Рифтене. Старая, печальная. Пронзительная. Она была по нраву женщинам да топившим разум в эле пропойцам. Морхан еще повертел в руках лютню и вернул ее барду. Едва заметно улыбнулся и покачал головой на чужой вопросительный взгляд.
А еще через секунду в вайтранской таверне начала оживать старая история про древнего короля, от кого ныне осталась только память, пока и та не стерлась с камней, не разлетелась как застывший пепел в потухшем горне. Который может и не жил вовсе - кроме как в словах песни.
Все лишние мысли отступили. Как и много лет назад Морхан почти перестал следить за происходящим. Плохая черта для барда, кто работал на потеху толпе, да только бардом он и не был, хоть и звал его как-то проезжий певец с ним поехать, променять чад кузнечного горна на придворный быт. Обещал ко двору самого императора привести, даже к Балимунду ходил. Уговаривал. Тот рукой махнул - как Морхан решит, так и будет. Охота всю жизнь кукарекать - так пускай и идет на все четыре.
А разве мог Морхан променять?
В Рифтене дом его, семья, которой у него никогда прежде не было. А песни - это для души. Под ночным небом у костра или вот в таверне. Не умел данмер лукавить и пел так же, искренне, без фальши, без попыток угодить. Кому не по нраву, тот уйдет.
В голос вплелись мелодичные переборы- бард уловил мотив и задумчиво перебирал струны, едва касаясь их пальцами, пока голос данмера рассказывал о канувшей в холодных глубинах короне мертвого короля. Когда песня стихла, кто-то тут же следом выкрикнул, а знает ли данмер песню о драконороженном. Морхан отрицательно качанул головой и вернулся к столу. К остывающему чаю. Песню о драконорожденном он знал, а вот петь ее больше не хотел.
- Спасибо, эльф, - на столешницу глухо шлепнулся кошель с монетами. - Жаль вот…
Норд не договорил. Под его тяжелыми шагами скрипнули половицы.
Морхан посмотрел на кошелек. Развязал и вытащил несколько монет - за комнату заплатить.
- В Маркарт мы за твоими вещами не пойдем, так что… - данмер затянул шурок кошелька и подовинул его к Хейдару и отхлебнул из кружки.

[icon]http://s3.uploads.ru/4p16C.jpg[/icon][nick]Морхан[/nick][info]бедовый данмер[/info]

+1

12

Хейдар, со свойственным ему оптимизмом, приготовился, что сейчас их будут бить уже местные ценители музыки. Прежде Морхан не проявлял особых музыкальных талантов, надеяться на лучшее было глупо.
Притормозить данмера не получилось. Хейдар пожал плечами и решил, что если уж некоторым приспичило получить лютней по голове, то кто он такой, чтоб его останавливать.
При первых звуках музыки лицо норда изумленно вытянулось, он одобрительно хмыкнул и перестал беспокоиться за целостность музыкальных инструментов. Почтенная публика тоже была довольна, хотя и было видно, что Морхан поет не для них – для себя. Красиво, душевно, искренне, заставляя забыть о текущих бедах, и на краткое время погрузиться в старую печальную балладу…
– А что, неплохо, – похвалил Хейдар, когда данмер, бренча кошельком, вернулся на место. – А про козу и великана смогёшь?
Хейдар спрятал кошелек за пазуху. Мысль не ходить за манатками в негостеприимный Маркрарт ему не слишком понравилась, но выбора особого не было. Кошель был приятно тяжелым, но вряд ли мог покрыть все убытки. Это сейчас повезло, попался старый ностальгирующий знакомый. Но если синий еще пару недель в тавернах петь будет, то, глядишь, и секиру отработает.  Если его раньше не поколотят ребята из коллегии бардов, что казалось куда более вероятным.

- Про козу и великана песен я не знаю, - с едва различимой усмешкой отозвался данмер. – Только похабные побасенки слышал когда-то, да и то забыл.

– Жаль, – не слишком огорчился норд. – Мог бы честным трудом зарабатывать на жизнь, а не морозить яйца, прыгая по горам в попытках убить представителя вымирающего вида. Вот скажи мне, только честно, что конкретно тебе драконы сделали, раз ты решил браться за работу, на какую ни один здравомыслящий человек не согласится? Нет, я, конечно, пойму, если к тебе в детстве приставал старый дракон с предложениями сыграть в игру «по кружочку», а ты вырос и решил мстить всем, но…

Морхан задумался. Крепко задумался и молчал, смотря в опустевшую кружку, пока, наконец, не поднял взгляд на норда. То есть на дракона.
- Да чтоб я знал о вашем племени! – данмер неожиданно сам для себя зло стукнул кулаком по столу. Кружка жалостно подпрыгнула. – Не согласился бы и знать бы не знал про всяких драконорожденных, если бы в Хелген один такой не прилетел. Которому тоже, видно, крови девственниц и людей попрожаристее захотелось. Вот скажи мне, если драконы такие же, как и люди, могут мыслить, чувствовать, на кой троллиный хер сами нарываются? Я видел, во что дракон превратил крепость и людей в ней, и коль в их башке есть мозги, как они не понимают, что рано или поздно найдется кто-то, кто захочет их убить? И что хуже – кто сможет это сделать.

– Тише будь! Хочешь, чтоб тебя в Сиродиле услышали? – прошипел Хейда. Знал бы, что этот так щепетильно относится к смерти каких-то совершенно незнакомых ему людей, был бы тактичнее в своих высказываниях. Возможно.
– В Хелгене, значит… А тот дракон был черный, злющий, что твоя теща, и срать хотел на попытки сопротивления? И что, я на него так сильно похож, что вонючие крестьяне с перепугу спутали?
Хейдар криво усмехнулся. Раны хоть и зарастали на нем, как на собаке, но рука все еще противно болела, напоминая о себе при малейшем движении. Алдуина такие мелкие житейские проблемы вряд ли беспокоили.
– И как, уже получилось его прикончить? Так сказать, отомстить за погибших братьев и сестер, разрушенные башни и любимую навозную лужу?
Этот подход уже зарекомендовал себя, как неудачный, так что Хейдар допил свой мёд, жестом попросил повторить для него и для друга, и попробовал зайти с другой стороны.
– В Скайриме вроде бы сейчас идет гражданская война, которая ставит под угрозу существование всей провинции не меньше, чем возвращение драконов.  Как ты думаешь, что скорее положит ей конец, одиночные убийства отдельно взятых последователей, или смерть того, кто заварил всю эту кашу?
[nick]Хейдар[/nick][icon]https://sun9-8.userapi.com/c830109/v830109443/18c86a/mWX5RYxBSM8.jpg[/icon]

0


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Альтернатива » Одной крови


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC