Ведьмак: Меньшее Зло

Объявление

Добро пожаловать на форумную ролевую игру по циклу «Ведьмак»!
Время в игре: февраль 1272.
Что происходит: Нильфгаард осаждает Вызиму и перешел Понтар в Каэдвене, в Редании жгут нелюдей, остальные в ужасе от происходящего.
А если серьезно, то загляните в наш сюжет, там весело.
Кто больше всего нужен: реданцы, темерцы, партизаны, а также бойкие ребята с факелами.
11.04 У нас добавилась еще одна ветка сюжета и еще один вариант дизайна для тех, кто хочет избежать неудобных вопросов на работе. Обо всем этом - [здесь].
17.02. Нам исполнился год (и три дня) С чем мы нас и поздравляем, а праздновать можно [здесь], так давайте же веселиться!
17.02 [Переведено время и обновлен сюжет], но трупоеды остались на месте, не волнуйтесь!
Шеала де Танкарвилль — главная в этом дурдоме.
Эмгыр вар Эмрейс — сюжет и репрессии.
Цирилла — сюжет, прием анкет.
Человек-Шаман — техадмин, боженька всея скриптов.
Стелла Конгрев — модератор по организационной части.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Личный уголок » [11.1271] Веди в мой вымышленный город, вымощенный золотом


[11.1271] Веди в мой вымышленный город, вымощенный золотом

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

http://s7.uploads.ru/M2IYa.jpg
Время: 1 ноября 1271 года.
Место: где-то в темерских лесах, на неведомых дорожках.
Участники: Эредин Бреакк Глас, Иорвет.
Краткое описание: Дикая Охота развлекается боями насмерть.
Выжившие могут получить приглашение в ряды Красных Всадников.
Никто не знает, предусмотрена ли в предложении опция отказаться и уйти, но это ли не повод проверить?
NB! возможно жестокое обращение с иномирными монстрами, d'hoine и конфликт эльфских интересов.

Отредактировано Иорвет (19.01.2018 08:32)

+4

2

В этом лесу редко можно услышать животных или птиц. А еще реже кого-то разумного. Но сейчас по лесной дороге несется конный отряд. Стук копыт перемежается с ветром в ушах Эредина. Дюжина эльфов Aen Elle в исконно красном облачении на большой скорости несется к поросшим лесом горам. Король Дикой Охоты даже не знает, как называют место жители этого мира, но ему не интересно. Не заботит понятие границ. Королевство начинается там, где находится король, а границы определяются дальностью удара мечом, полета стрелы или заклятья. Тайное убежище Ty Cynhenid сегодня станет частью его королевства.

Сегодня не день для Гона, народ Ольх не в полной боевой выкладке. И привлекать внимание к себе не будет. Эредин замечает дозорные посты Aen Seidhe, секреты начинают появляться на весьма далеком расстоянии от конечной точки. То тут, то там из кустов, веток и стволов деревьев специально показывается эльф. Значит, дорогой они не ошиблись. Убежище спряталось глубоко в лесу, между вековых деревьев, глухих полянок и древних скал. Здесь галопом не пройти, приходится спешиваться. Через час отряд достигает лагеря scoia'tael, как их называют в этом мире. Cyfeilior'el, как называют Aen Elle.

Вокруг снуют эльфы, иногда попадаются краснолюды и представители других рас. На прибывший отряд никто особо не обратил внимания, либо старательно делали вид, что ничего необычного не произошло. Дисциплину Dial поддерживает железную. Король с отрядом обходит стороной лагерь, где пылают костры и веселится почти весь Ty Cynhenid. Эредин замечает, как сильно преобразился один из самых знаменитых отрядов cyfeilior'el. Стоит дать припасы, инструкторов, отличную броню и оружие, а главное — цель, как сброд лесных разбойников становится организованной ратью.

Отряд проходит в тенях в сторону изломанных скальных плит, внутри которых расчистили настоящую арену. Эредин кивает, осматривая яму в два эльфийских роста глубиной и в сотню шагов диаметром. Славно. Отличное место. По кругу в несколько уровней возвышаются пласты горной породы, образуя некий амфитеатр. Сверху для Aen Elle разбит шатер. Сегодня будет весело. Cyfeilior'el смогут показать мастерство в схватках друг с другом, пленными людьми и монстрами, причем некоторых не встретить в этом мире. Отряд удобно расположился в шатре, кроме Имлериха, который пошел поближе рассмотреть арену. Он тоже хочет принять участие. Dial ушла куда-то по делам, оставив помощника. К нему-то и обращается Эредин:
— Вы нашли того, о ком говорила Dial? Он придет?
Получив утвердительный ответ, Король поудобнее устраивается в кресле в ожидании начала.

Отредактировано Эредин Бреакк Глас (27.12.2017 19:03)

+2

3

«Она хочет с тобой встретиться» - большего Иорвет не добился от скоя’таэля, принесшего ему весть, что эльфка Ламмеэль, болезная заноза не для одного дхойне, ищет с ним встречи. На замечание Иорвета, что тому, что так настойчиво ищет встречи, стоит прийти самому, эльф туманно ответил, что на то есть причины, и неблизкая дорога может обернуться выгодным для обеих сторон сотрудничеством. Больше он не сказал. Иорвет понял, что и не скажет. Если, конечно, не окунуть его голову в муравейник, но кто так поступает с гонцами? Тем более от своих собратьев.
А действительно ли от своих?. Эта мысль голодным вороном кружила в сознании, пока Иорвет с небольшой группой своих скоя’таэлей передвигался по лесам, избегая ненужной встречи с патрулями и отрядами черных. С того момента, как он услышал приглашение, он не исключал такого развития события, где пришлая белка в конце концов заведет их в засаду. И был готов к ней, как и каждый из тех, кто был с ним. Эта мысль стала затухать, когда он почувствовал на себе чужие взгляды сокрытых среди деревьев эльфов. А потом и увидел их – таких же лесных оборванцев, что предпочли жить на грани и смерти, снимать одежду с трупов и жрать корешки по лесам, чем быть среди людей, стыдясь собственного существования.
Гонец не солгал – дорога к убежищу белок оказалась не близкой. Конец пути им пришлось проделать пешком – Ламмеэль хорошо запрятала свой лагерь среди непроходимых лесов. Вдали от чужих глаз. Чем ближе они подходили, тем отчетливее Иорвет сознавал, что ошибается: отряд эльфки не был еще одной стаей прячущихся в лесу и выживающих нелюдей. Проходя мимо сородичей, в их взглядах, в их облике вместе с хорошо знакомыми ему решимостью обреченных на вымирание и загнанных в леса изгоев Иорвет увидел чертовски редко встречающееся чувство – уверенность.
Когда они дошли до лагеря, он понял, что ему не почудилось. Этот лагерь разительно отличался от всех лесных убежищ, что ему доводилось видеть раньше. От его собственных. Первой мыслью Иорвета была догадка, что Ламмеэль обзавелась покровителем. Кем-то, кто не пожалел времени и средств, чтобы превратить ее эльфов из обычной лесной банды в организованный отряд.
Почти как во времена Врихедд.
Иорвет слишком долго прожил в шкуре скоя’таэля, чтобы понимать – своими такого не создать. Особенно сейчас, когда у эльфов вырвали почти всю надежду.
Еще раз неподдельное удивление настигло Иорвета, когда его вели мимо спрятанный между скальных образований ямы: арены или тренировочной площадки. Он косо глянул на своих белок и увидел на их лица отражение своих же эмоций.
Иорвет искал взглядом Ламмеэль, но не увидел ни по дороге, ни возле шатра, куда их привели. Вместо нее ему показали на эльфов в красном облачении. Каждый из них был почти на голову выше любого Aen Seidhe. Иорвета поразили их взгляды: тяжелые, цепкие, властные.
И снова призраком прошлого в сознании воскресал Врихедд. И Нильфгаард.
- Он будет говорить с тобой, - услышал Иорвет и резко обернулся к говорящему.
- Кто они, и где Ламмеэль? – сухо спросил одноглазый.
Но вместо ответа ему лишь указали на сидящего в кресле темноволосого эльфа.

Отредактировано Иорвет (19.01.2018 22:09)

+2

4

Эредин задумчиво смотрит вперед. Во взгляде не отображается никаких мыслей и эмоций, будто сидящий эльф спит с открытыми глазами. Но внешние признаки обманчивы. В этот момент Король Дикой Охоты размышляет о будущих делах. Слишком много задач, которые нельзя переложить на чужие плечи. Несмотря на то, что для Aen Elle открыты многие двери и тропы, вселенная и не думает прогибаться под них. К счастью, она одинаково равнодушна ко всем.

Помощник Dial подходит к Эредину со словами: «Он здесь». Это заставляет сбросить оцепенение и посмотреть в нужную сторону. Действительно к ним приближается отряд эльфов не из числа Ty Cynhenid. Король, разумеется, не знает каждого подчиненного Dial в лицо, но приближающиеся эльфы выглядят слишком потрепанными жизнью. Как когда-то и Aen Seidhe под руководством Dial. Эльфа под именем Иорвет Король узнает сразу, уже получал описание внешности. Эредин видит как сопровождающий гостей указывает в сторону шатра. Предводитель Дикой Охоты жестом приказывает поставить стул по правую руку от себя. Так они смогут общаться и видеть происходящее на арене. Приближающемуся эльфу указывают на стул.

Пара воинов Дикой Охоты пропускает в шатер только одного гостя, всех его сопровождающих молча отсекают. Жестами указывают на места рядом с шатром. При этом никто не стал обыскивать или отнимать оружие. Эредин пристально смотрит на незнакомца. Этот побывал в серьезных переделках. Изуродованное лицо эльфа красноречиво. Король не торопится произносить слова или менять позу. Ждет, пока гость не сядет на подготовленное место.

Вокруг нарастает шум, все эльфы собираются вокруг арены. Некоторые обвешаны оружием, часть волокут клетки с пленниками. Людьми и монстрами. Имлерих руководит всеми, стоя посреди арены.

+2

5

Иорвет цепко наблюдал за эльфами в красных одеяниях. И чем дольше смотрел, тем отчетливее росло внутри недоумение – кто они? Не эльфы Энид и уж точно не лесные бродяги. Одноглазый поймал себя на неприятном ощущении полного неведения. Иорвет не любил играть в загадки, особенно, когда роль идущего вслепую доставалась ему.
Его повели к шатру. Одного, но с оружием. Холодная вежливость, граничащая с посылом, что его не воспринимают как угрозу. Иорвет жестом остановил дернувшихся следом его эльфов. Выполняющие чужие приказы эльфы совсем не походили на слуг, но на вышколенных воинов. Иорвету показали на стул рядом с темноволосым эльфом. На изуродованном лице промелькнула тень усмешки. Разговорчивыми этих ребят назвать никак не получалось. Он сел, принимая навязанные правила игры.
Взгляд эльфа замер на высоком воине в яме или арене. Как ни назвать, суть одна – бойцовая яма. Иорвет слышал, что так развлекались dh'oine, делая ставки на таких же людей или чудовищ и утоляя чужой кровью психопатию собственного рассудка. Назревающее здесь действо больше походило на казнь.
Среди остальных эльф в алых доспехах выглядел исполином. Поодаль от него Иорвет заметил скоя’таэлей Ламмэель. Те бодро тащили клетки с пленниками – с людьми и монстрами. Для них все происходящее словно бы было если не привычным, то не вызывающим удивление.

Иорвет бросил быстрый взгляд на оставшихся в стороне своих спутников. Те так и держались в стороне ото всех. Неизвестность мало кому прибавляет уверенности, особенно когда ее не торопятся прояснять. И по-прежнему нигде не видно Ламмэель. Впрочем, Иорвет уже почти уверился, что ее имя было всего лишь предлогом, чтобы он пришел.
Со стороны арены донесся крик вперемешку с руганью. Одноглазый эльф вернул взгляд на яму – бунтовал один из пленников. На его одежде Иорвет со странным злорадством заметил бело-синюю нашивку с темерскими лилиями. Видел бы сейчас старина Роше, как верные солдаты его возлюбленной и выпотрошенной страны делят клетку с человеческими выродками, против которых воевали - в двух шагах от смерти.

Зрелище, где дхойне перерезают глотку, развеяло бы мрачный настрой одноглазого, если бы это была бойня под его началом. А он все еще находился на правах гостя среди чужаков, и причины его появления не стали для него ни на унцию яснее. Иорвет повернулся к сидящему рядом эльфу.
- Сюда меня позвала Ламмэель, но, очевидно, встречи искала не она, - негромко произнес Иорвет. Смотрел он прямо в глаза темноволосому. – Кто ты, и зачем я здесь?

Отредактировано Иорвет (21.01.2018 21:59)

+2

6

Эльф наконец садится в приготовленное для него место. Тем временем на арене пролилась первая кровь. Эредин даже не обратил особого внимания, кого именно. Пленники не были для него ценным ресурсом на этом этапе. Но это не должно превратиться в череду показательных казней. Dial пообещала, что любой пленник сможет получить свободу. Нужно будет лишь её отвоевать с оружием в руках. Принцип, понятный каждому разумному существу.

На арене начались бои между бойцами Dial, эльфами и краснолюдами. Не насмерть, иначе было бы глупо прореживать свои же ряды. Гость первым обращается с закономерными вопросами. Эредин чуть склоняет голову набок и отвечает:

— Эредин Бреакк Глас. Путешественник из далекой страны. На второй вопрос ответ прост: тебя пригласили. Ламмеэль... — Тут Эредин взял небольшую паузу, редко ему приходится использовать её настоящее имя. — Занята. Такое мероприятие требует постоянного внимания, Иорвет.

Король Дикой Охоты называет гостя по имени, давая знать, что ему представляться не нужно. Из глубины шатра приносят небольшой столик с графином чистой воды, парой бокалов и миской фруктов из этого мира. Эредин никогда их не пробовал и даже не ведает названия. Впрочем, желания есть у него сейчас нет, но жестом приглашает гостя, если он захочет.

— Мне много о тебе рассказывали. Разбойник, человеконенавистник, убийца. И с такой известностью ты еще жив и даже имеешь под началом верных людей... Ох уж этот всеобщий язык, где братьев по оружию и расовую принадлежность можно назвать одним словом. Скажи, ты никогда не хотел изменить свой жизненный путь?

С арены долетает звон мечей, выкрики. Собрались еще не все бойцы Dial, но амфитеатр заполнен уже больше чем наполовину. Большинство принесли с собой выпивку и еду, они спокойны и безмятежны в своем небольшом лесном царстве.

Отредактировано Эредин Бреакк Глас (21.01.2018 19:54)

+2

7

Значит, путешественник из очень далекой страны, о который Иорвет, конечно же, ни разу не слышал, даже если назвавшийся Эредином скормит ему ее название. Он не знал такой страны, где эльфы могли быть жить наравне с dh’oine, чертовой заразой, заполонившей все. Но может… может, где-то в далеком уголке, где не слышали про доброту Нильфгаарда, про благородные подвиги Радовида Свирепого и сострадательность чародейской Ложи, может, там был клочок ничем не поделенной кроме эльфов земли. А еще там непременно должны существовать единорог – магии добра и света этого мира хватило бы, чтобы приманить этих давно канувших в прошлое реликтов.
Пока Иорвет отвлекся на ироничные мысли, то что Эредин вольно назвал мероприятием набирало оборотом: лилась кровь, крики поверженных звучали вместе с криками победителей. А вокруг ямы продолжали собираться зрители, среди которых Иорвет заметил и своих эльфов, еще минуту показательно игнорирующих бойню на арене. Одноглазый эльф послал им в спины недобрый взгляд и вернул внимание Эредину.

- А ты, видимо, приглядываешь, чтобы здесь не оторвали голову не тому, - с усмешкой произнес Иорвет. – Никогда не слышал, чтобы Ламмэель практиковала такие развлечения, но, судя по тому, что я вижу, ее бойцам это пришлось по вкусу. Если я ее все-таки увижу сегодня, обязательно спрошу, зачем ей этот цирк вдали от чужих взгляд.
Тон Иорвета недвусмысленно говорил, насколько он верит, что увидит Ламмеэль. Равно как и получит от нее какое-то объяснение. Одноглазый эльф мысленно оставил в памяти засечку потолковать потом с предводительницей скоя’таэлей. Наедине – о том, что невежливо отправлять гонцов с предложением, если она нужна другим. Такое и тень недоверия может бросить.

Иорвет единственным глазом хмуро посмотрел на Эредина. Отчего-то желающих спросить, не хочет ли он изменить свою жизнь, и способствующих ее изменению стало неприлично много. Сначала Нильфгаард с Францеской: наградили нашивкой бригады императорской армии, потом Саския даровала гражданство свободного города. От таких щедрот сводило зубы и множились шрамы.
- Если бы я не хотел его изменить, - наконец, добавил Иорвет, - я был бы давно мертв, а мои эльфы болтались на деревьях вдоль каждого большака. Но ты, надо полагать, не ради пустой философии об этом спросил?

Отредактировано Иорвет (23.01.2018 19:47)

+2

8

— Развлечение? Нет. Всё устроено не для того, чтобы ловить от этого кайф. Но с другой стороны, кто сказал, что дела не должны приносить удовлетворения? — Эредин задумчиво смотрит на бои, но не следит за ними. Это задача Имлериха. — Всё в мире имеет причину и следствие. Но вот увидеть связь могут не все.

Королю Гона показалось, что собеседник напрягся от вопроса про жизненный путь. Может, почудилось. Но ясно видно, что мыслят они разными категориями. Разные источники сообщали, что Иорвет был на службе одного из государств людей, которые от него и ему подобных избавились. Закономерный исход.

— Пустая философия? Хех, — Эльф вновь смотрит на гостя. — Философия не колчан или стакан, который может быть пустым или нет. Да, ты еще жив, но какова твоя Harbwer Last'arl? М-м, конечная цель? Плюнув в лицо врагам, самому выбрать место и время смерти? Выживать на зло миру так долго, насколько получится?

Эредин машинально поднял глаза к горизонту, словно отыскивая яркую звезду Harbwer Last'arl из родного мира. У Aen Elle эта звезда всегда находится близко к горизонту и всегда указывает на север. Горит ярко ночью и блекло днем. Её название стало нарицательным для обозначения главной цели в жизни. Чтобы всегда стремиться к ней и не упускать из виду.

Над ареной проносится громкий приказ Имлериха слишком разгорячившимся бойцам. Те сразу опускают оружие. В этот момент до арены доезжает клетка, в которой бьется какое-то чудовище. Монстра Дикая Охота поймала на руинах давно исчезнувшей цивилизации в каком-то из миров. Выглядит как чешуйчатая амфибия с короткими лапами и длинным телом. Белые клыки огромной пасти резко выделяются на коричневом окрасе. Здешним людям и эльфам чудовище будет по пояс. С другой стороны на арену спихивают пятерых пленных человек. Им кидают различное оружие: мечи, топоры, копья. И объясняют, что в случае победы все выжившие будут отпущены на все четыре стороны.

+2

9

Скорее всего, сидящий рядом эльф находил в происходящем совершенно иной смысл, чем тот виделся скоя’таэлю. Иорвет оставил эту тему. К тому же Эредин задал ему еще один вопрос, стремительно убавивший желания задерживаться в обществе скоя’таэелей Ламмэель. Подобный вопрос мог бы задать кто-то из старцев, еще помнящих восстание Белой Розы из Шаэрраведда и с высоты своего положения смотрящих на пристегнувших к одежде беличьи хвосты юнцов. Они не понимали их борьбы, они предпочитали умереть среди своих прекрасных садов и до самой смерти не смотреть в сторону, где слышалось эхо несмолкаемой войны эльфов и людей.

Иорвет все еще был уверен, что Эредин родом не Долины Цветов. И тем большее ощущение непонимания и скрытой издевки оставалось от его слов. Кто он, d’yeabl, - зло подумал одноглазый эльф. Слишком спокойный, слишком уверенный, будто он не один из вымирающего вида, как все они, а чертов император Нильфгаарда.
- У тебя хорошие осведомители, - в уголке рта эльфа промелькнула недобрая улыбка.
В яме тем временем один акт бойни сменил другой. До Иорвета донеслись обещания людям, и изуродованное лицо снова скривилось в безмолвной усмешке – наверняка лгут. А если нет, то… нет, Иорвет больше не хотел гадать, что ударило в голову Ламмэель, и кто ее загадочные гости.

- Чем не конечная цель? Возможность решить самому, когда и где умереть, для большинства скоя’таелей и есть эта, так называемая Harbwer Last'arl.  Быть может, ты, Эредин, из какой-то неведомой страны, где у эльфов есть надежда, что их не перевешает Радовид, только потому что они нелюди, и где их королева не прогнулась перед Нильфгаардом, но, если выйти из этого чертового леса, можно заметить, что реальность несколько паршивее.
Реальность в очередной раз подрубила их надежду на будущее, но пока еще не сумела лишить сил для борьбы. И коль скоро у эльфа стремительно заканчивалось терпение вести полную недоговорок беседу, стоило задуматься о возвращении в Долину Понтара.
- Если тебе есть что сказать по делу, самое время это сделать, пофилософствовать о высшем смысле существования я могу и наедине с собой.

+2

10

Колючий. Затравленный. Недоверчивый. Именно такие ощущения появляются у Эредина при разговоре с Иорветом. Точно такой же была Dial, пока не видела перед собой никакой цели, кроме выжить. Эредин неспроста задает наводящие вопросы гостю. Ему важно понять, что творится у него на уме, какая сила удерживает на тропе жизни. И насколько он готов к переменам. Лесным разбойникам, которые хотят лишь грабить и убивать, с Aen Elle не по пути. В своем королевстве он вздернет преступников на ближайшем суку точно также, как и люди. Несмотря на то, что в мире выживает сильнейший, эльфы из другого мира ищут тех, кто стремится создавать, а не разрушать.

В ответ на слова Иорвета Король указывает пальцем на арену, где пленные люди пытаются одолеть монстра. Но при этом гибнут один за другим. Только один из пленников пытается вразумить товарищей и призывает атаковать сообща. Но те его не слушают. Однако, отчаяние может придавать сил, поэтому, когда не потерявший голову пленник остается один на один с монстром, последний также истекает кровью из многочисленных ран. Но по-прежнему остается опасным противником. Человек с черными волосами внимательно следит за движениями чудовища, сжимая благоразумно выбранное копье. Этот человек явно из военных, видно, что проходил муштру, учился правильно держать копье. В строю и в одиночку. Копье, навыки и хладнокровие позволяют ему одержать верх над монстром. Эльфы Ty Cynhenid криками поддерживают его.

Король выдерживает паузу перед объяснением того, почему указывает на арену. И после продолжает:
— Ты находишься там. Ты и твои товарищи создали себе арену величиной с лес, страну, мир. И пытаетесь выжить. Вам кидают оружие, подбадривают. Иногда вы даже побеждаете. Но это не отменяет факта нахождения на арене, в которой вас заботит только выживание. Попробуй размышлять критически: ты не властен выбирать место и время смерти! Никто из нас не властен. Это доступно только самоубийце, но ты еще не бросился на меч, а, значит, ты не самоубийца и стремишься к ложным огням.

Выживший в схватке человек падает на колени. Его лицо заливает пот, руки трясутся, а ноги не держат. К нему подходит Имлерих и что-то говорит. Отсюда не слышно, что именно. Тем временем Эредин продолжает:
— Это не высший смысл существования, эта вещь не парит где-то в небесах. Нет. Это кроется в глубине твоего и моего существа. Ты никогда не хотел покинуть арену? Не принимать статус победителя или побежденного? Я могу дать тебе такой шанс. Шанс перестать кружить по арене. Шанс влиться в государство, свободное от законов других королевств и империй. И имеющее достаточную военную мощь, что отстаивать свою свободу. Понимаешь? Я предлагаю тебе перестать сражаться во имя мести или выживания. Я предлагаю вместе со мной строить такое государство.

Имлерих в этот момент закончил беседовать с пленником. На арену скидывают две веревочные лестницы. Имлерих поднимается по одной и становится под шатром. Вынимает меч из ножен и со всей силы втыкает меж камней. За второй лестницей виднеется выход в лес. На свободу. Человек на арене смотрит на оба выхода и выбирает путь к мечу, а не к лесу. Поднимается на трибуны и выхватывает меч. Сегодня ряды Дикой Охоты пополнились еще одним воином, который самостоятельно выбрал Предназначение.

Отредактировано Эредин Бреакк Глас (03.02.2018 16:31)

+3

11

Эльф смотрит на арену, где человек пытается сохранить себе жизнь и одолеть раненое, но по-прежнему опасное чудовище. Смотрит, слушает чужой ровный голос, говорящих ему о фантастических вещах, в которые он когда-то даже верил. Давно, когда в последний раз видел стены Gwendeith.
К тому времени, когда Белым Пламенем назвался человек, эта вера уже ослабела.
Иорвет взвешивает мысли, кажущиеся одинаково тяжелыми. Есть среди них одна с долей иронии – может, Иорвет, проспал пару веков по дороге на эту встречу, а за это время расстановка сил существенно изменилась. Эльф поднялся со стула, подошел к краю арены, задумчиво переводя взгляд с убитых на темные пятна крови на земле. На втоптанную в грязь нашивку с лилиями.
Иорвет развернулся к Эредину. Сложил руки на груди.

- Если бы не все это, я бы решил, что ты сошел с ума. Впрочем, даже короли бывают безумны. Например, Радовид, слышал о таком?
Вопрос, впрочем, риторический, поэтому Иорвет после короткой паузы продолжил:
- Ты чем-то похож на него. Ты предлагаешь мне выбраться из арены, называя ей целый мир, но давай посмотрим правде в глаза, Эредин. Я понятия не имею из какой страны, мира или времени ты свалился, но боюсь тебя огорчить - уже все поделено, кроме крохотной заплатки земли, которая гордо называется Долина Цветов. На случай, если ты не знаешь – эльфы уже пытались строить свое государство. Дважды.

Голос Иорвета звучит тихо, но отрывистая интонация не может полностью скрыть его злость, усталую злость представителя одной расы, который всю свою жизнь сражается за выживание с другой. И терпит поражение за поражением.
- Сначала был Нильфгаард и благословение Энид на службу императору, а потом показательная казнь командиров-эльфов. Затем запрет на возвращение скоя’таэлей в Долину цветов. Так закончилась первая попытка покинуть, как ты сказал, арену и построить государство, не принимая статус победителя или побежденного. Я не спорю – решение изгнать «белок» коснулось только нас, эльфы Францески все еще живут в Долине цветов, но надолго ли? А еще был Верген, еще одна попытка создать не государство, но город, свободый от чужих законов и влияния. По-настоящему свободное. Амбиций стало меньше: мы мечтали сделать не эльфский город, а такой, где нас не будут забивать камнями только потому что мы эльфы. Ты знаешь продолжение этой истории? Вергену поставили ультиматум: или оттуда уйдут скоя’таэли, или все тот же Нильфгаард сравняет его с землей. Думаю, ты сам догадался, чем все закончилось. И, как ты видишь, единственная сплоченная и обеспеченная эльфская сила – это Долина цветов, но Энид уже выбрала будущее для своего королевства. Да и ты явно не из тех краев. Все остальные – это рассеянные по лесам скоя’таэли, преступники, такие, как я и Ламмэель. Поэтому я не понимаю, о каком еще шансе ты говоришь, и какую военную мощь предлагаешь, которая смогла бы противостоять войскам Эмгыра или Радовида. И в последний раз тебя спрашиваю - кто ты на самом деле такой, Эредин?

+2

12

Король Aen Elle чуть кивает на слова собеседника. Похоже, Иорвет заметно включился в беседу. Эредин не перебивает и вместе с ним спускается к краю арены. Радовид, Нильфгаард. Слова знакомы Королю, понимает их смысл, но отстранено: что ему людские государства, которые появляются и исчезают слишком часто по меркам долгоживущих рас? До конца выслушав собеседника, Ястреб отвечает:
— Да, часть истории была такова. Но почему ты думаешь, что после поражений невозможно попробовать снова и победить? Неудачи воспитывают нас, дают бесценный опыт, закаляют дух и волю, — Эредин загибает пальцы. — Ты упираешься в невозможность борьбы с якобы непобедимыми империями людей, но это вопрос стратегии и тактики, и он обсуждается за военным столом. Но это бессмысленно, если ты сдался, не начав еще одну попытку. То, что за моей спиной сейчас не маячат легионы, не значит, что их не существует. Долина Цветов, Верген не были провальными начинаниями.

С арены утаскивают трупы, снова начинают показывать удаль в схватках бойцы Dial. А Ястреб тем временем продолжает:
— Я давно наблюдаю за происходящим здесь. Закладываю камни в фундамент, устанавливаю связи. Ты не поверишь, но мы будем отстаивать наши цели не горсткой обиженных на свою участь Aen Seidhe. — Уточнять, что колеса процесса крутятся не первый десяток лет, не стал. — Но это опять же тема ведения войны и дипломатии. Нельзя напялить на себя доспехи, если пока не можешь двигаться в них. Здесь аналогично: пока ты не готов продолжать отстаивать идеалы, веру, права, не имеет смысла думать о том, как будешь сражаться с врагами, — Король покачивает головой. — Сначала цель, потом план и только потом его исполнение. Только в таком порядке. Нельзя составлять план, не имея цели. Нельзя достигать цели, не имея плана. Всё взаимосвязано. Ты спрашиваешь, кто я такой и откуда, — Эредин вынимает меч из ножен. Оружие выковано знающим свое дело оружейником, не имеет украшений, рун, драгоценных камней, как любят делать человеческие правители. Это инструмент для работы, а не для поглаживания тщеславия. — Воин, путешественник, Король. Как я уже говорил, из далекой страны. Я готов рассказать тебе больше, посвятить в планы, открыть новые возможности... — Эредин говорит громче, так как спрыгнул на арену и подошел к её центру, где стоит Имлерих. Из его рук берет шлем и щит подходящего размера из запасов Dial. Другие воины покидают арену.

— Но ты должен понимать, что открыться я могу только тому, кто будет предан моему делу. Многие эльфы и другие нелюди приняли мою сторону, теперь настал твой черед, — Ястреб продолжает громко говорить с арены, подготавливаясь к бою. — Стены нашего государства поднимаются повсюду: в лесу и в городах. Среди бедных и богатых. Среди никчемных и власть имущих. Даже в пугающем тебя Нильфгаарде и во всех Северных королевствах, и далеко за пределами всего этого. Да, ты можешь умереть, но смерть ждет всех нас. Ты гордился своим правом выбрать место и время смерти? А как насчет выбора между тем, чтобы оставить что-то значимое после себя, или умереть в случайном месте от случайной стрелы и оставить товарищам только меч и лук? — Эредин, уже готовый к бою, смотрит на Иорвета, потом переводит взгляд на две клетки, из которых сейчас вытолкают двух лесных троллей, и снова возвращает взгляд на эльфа. — Ты можешь встать со мной плечом к плечу или уйти. Каков твой выбор, Иорвет?

Имлерих стоит рядом с Эредином и спокойно дожидается начала боя. «Если этот щуплый эльф откажется, то пару Королю в этом бою составлю я», — огромный воин задумчиво рассекает воздух мечом.

Отредактировано Эредин Бреакк Глас (09.03.2018 10:09)

+1

13

Да ты, верно, издеваешься? – отчетливо читается в обращенном на эльфа взгляде одноглазого. В который раз за этот короткий разговор. Иорвет смотрит с края арены на недолгие приготовление Эредина к поединку. На троллей, что станут ему противниками. Им – мысленно поправил себя Иорвет - примет он его предложение.

Та часть личности эльфа, что называла и Долину Понтара, и Верген поражениями. Озлобленная за годы бесконечной войны против dh’oine, полнящаяся мыслями, что вся дальнейшая борьба с существующей расстановкой сил не принесет им ничего, кроме возможности умереть с оружием в руках. Тем, кому повезет, до остальных доберутся голод, истощение и человеческие палачи. С того момента, как скоя’таэли покинули Верген, для Иорвета самым сложным был вопрос, куда дальше вести эльфов. На свет какой, говоря словами Эредина, Harbwer Last'arl, если в своих невеселых мыслях он видел только одну цель – которую он уже озвучил эльфу, назвавшему себя королем.

А другая часть души эльфа упорно не желала вести за собой обреченных. Называть и чувствовать себя обреченными. С остервенелым, давно вросшим в его характер, упорством Иорвет продолжал их борьбу. Даже после неудачи, даже после болезного поражения. Оглядывался назад и сознавал, что у него нет права опустить руки. И как раз-таки эта часть удержала не уйти еще до того, как Эредин спрыгнул на арену несмотря на то, что Иорвету осточертели его недомолвки и общие фразы. Она же держала его на месте сейчас, заставляла как следует подумать, прежде чем принять решение. Очевидно, что больше он не узнает, пока не примет чужие правила.
Иорвет снова нашел взглядом своих эльфов. Они были готовы умереть за него, за их идеи, за Верген, когда он попросил их об этом. Рискнуть собственной шкурой – было самым малым, что Иорвет мог для них сделать. 

Эльф посмотрел на клетки. Где-то в глубине рассудка ненадолго подал голос здравый смысл, справедливо взывающий к одноглазому и напоминающий, что твари в клетках – это больше работа для ведьмака.
- An’badraigh aen cuach, - тихо пробормотал Иорвет и спрыгнул в яму. Подошел к возвышающемуся в центр эльфу. В шлеме тот казался еще выше.
Королю он не сказал ни слова. Да и незачем. Только вытащил из ножен на поясе длинный, похожий на саблю клинок, проливший немало человеческой крови.
А на другой стороне арены из клеток уже выталкивают горообразных махин. С вижу те кажутся обманчиво неповоротливыми, но Иорвет знает, что это не так. Иначе не ходило бы так много баек про тролльский котел супа из эльфов.

+1

14

Король чуть улыбнулся, мысленно приветствуя отвагу гостя. Значит, огонь в нем еще горит. Имлерих кивает и отходит в сторону. Около стены оставляет шлем и щит, сброшенные сверху кем-то из эльфов Dial. Если гость захочет, воспользуется. Сам же командир Дикой Охоты, отвечающий за военную подготовку и ведение боя, поднимается по веревочной лестнице и усаживается на верхний край арены, откуда спрыгнули Ястреб и Иорвет. Свесив ноги и положив на колени обнаженный меч, готовится внимательно следить за схваткой.

Эредин поворачивается к двум лесным троллям, разглядывающим окружение недоумевающими и агрессивно-настороженными взглядами. Очень похожи друг на друга. Большие, грязные и вонючие. Но есть отличия в деталях: один из них носит на шее и голове переплетенные ветки, а у второго руки в какой-то желтой краске. Эредин улыбается и показывает острием меча на одного и другого, спрашивая нового напарника:
— Тебе Радовида или Эмгыра?

Этих троллей бойцы Ty Cynhenid встретили на окраине этого леса у брода местной реки. Тролли захотели взять пошлину за проход на земли, которые им не принадлежали. Говорили, что это их лес и они его цари. Вот только удержать свое царство не смогли. Два Тролля-на-Броду, как их называли местные охотники, мало что смогли противопоставить ловчим сетям, подаренным Aen Elle. Будто не слышали, что охота, хоть обычная, хоть Гон, не всегда подразумевает сталкивание лбами и взаимное битье дубинами.

Эредин начинает сближаться с противниками, следя боковым зрением за действиями напарника. Они никогда не сражались прежде, и противники у них не самые обычные. Интересно, получится ли у них сработаться на лету? Дикой Охоте приходится сталкиваться с различными врагами и обстоятельствами. Такой опыт позволяет подстраиваться под любые условия и выйти победителем в большинстве стычек. Но сейчас они просто идут навстречу опасности: не зная сил друг друга, не обсудив плана. В своих навыках Эредин уверен, он даже не будет применять магию. Но интересно, что предпримет Иорвет? Король, не говоря ни слова, подстраивается под движение напарника, ожидая его первых активных действий. Если, конечно, тролли, которые понимают своим недалеким разумом, что сейчас будет больно, не ринутся первыми. Их настороженный рык слышат все на арене:
— А ну стаят, елф!

Отредактировано Эредин Бреакк Глас (14.03.2018 18:53)

+1

15

Настолько близко Иорвет видел тролля, кажется, только во Флотзаме. Одного, запойного, к горести местных дхойне, требующего платы за ремонт моста. Сейчас эти события, когда он из-за предательства дхойне-мутанта потерял часть отряда, казались слишком далекими, размытыми, как камни под толщей воды.
- Эмгыра, - коротко ответил Иорвет и крепче сжал рукоять клинка. Раз уж ему не светит поквитаться с настоящим…
Где-то на поверхности сознания снова проносится мысль, что это еще большой вопрос, сумеет ли оно одолеть тролля. Только отступать у него уже права не было. На ошибку – тоже.
На настороженный рык тролля, эльф, напротив, шагнул вперед – к тому, на кого сегодня повесили титул Белого Пламени, пляшущего на курганах врагов. Краем глаза Иорвет глянул на Эредина, но тот пока не торопился расправляться с Радовидом. Может, ждал, что предпримет его гость.

Эльф отошел на несколько шагов в сторону от Эредина – ближе к краю арены и троллю. Тот неповоротливо повернулся к Иорвету, второй оставил свое внимание, королю.
Со стороны тролль выглядел обманчиво неповоротливым и грузным, но зазевайся его противник на мгновение, и он запросто сломает хребет единственным ударом. Скорость и ловкость – единственное, что мог противопоставить скоя’таэль.
- Ельф в суп, - прогрохотал тролль. – Вкусный будет.
И ринулся на эльфа, так что дрогнула земля. Иорвет оставался на месте как можно дольше, чтобы подпустить тролля ближе. Это оказалось непросто даже для него, слишком часто смотревшему в глаза собственной смерти. В последний момент отпрыгнул в сторону, хлестнув клинком по ноге-дубине. Не то чтобы это причинило тому существенный вред, но разозлило. Тролль снова взревел, ударил ручищей по земле. Иорвет не двигался, крепко сжимая в руке меч – не отрывая взгляда от тролля и стараясь не упустить происходящее вокруг, чтобы ненароком не попасть под королевскую длань его величества Радовида.

Второй раз тролль рванул проворнее. Иорвет снова придерживался выбранной тактики. Выжидал, а, когда огромная лапища пронеслась рядом с его головой, перекатом ушел в сторону, вскочил на ноги и вновь рубанул по ногам. Сильнее. Кровь у того оказалась темной, как деготь.
Ярость – плохой советчик в бою, даже для тех, кто обладает разумом. Тролля же ярость превратила в беснующегося зверя, неустанно гонящего эльфа по арене и преследуемого одной лишь целью – задавить своего обидчика. Иорвет уклонялся, проскальзывал под замахами рук-бревен и старался зацепить своего противника жалящим ударом. Измотать. Ослабить. Пару раз ему казалось, что не успеет и следующим, что он услышит, будет треск его собственных костей.
И заново – пока ноги горообразной махины, наконец, не подломились. Иорвет подскочил к нему со спины, загнал меч в шею твари и провернул. На этот раз он все-таки не успел – последним движением тролль дернулся и задел его рукой. Эльф отлетел на несколько шагов в сторону. Удар, к счастью для скоя’таэля, оказался слабее. Ребра отозвались хрустом, но, кажется, выдержали. Когда Иорвет поднялся на ноги, тролль уже затих.

Эльф глянул на Эредина. «Человеческие» короли сегодня останутся на поле битвы. Тяжело дыша, Иорвет подошел к мертвому троллю и вытащил засевший в туше клинок. Резко взмахнул им в воздухе, стряхивая тягучую как смола темную кровь и вопросительно посмотрел на эльфского короля.

Отредактировано Иорвет (08.04.2018 18:36)

+1

16

Напарник озвучивает выбор противника и начинает сближаться с ним. Эредину остается Радовид. Король Aen Elle нарочито медленно подходит к троллю, усыпляя его бдительность, чтобы за несколько шагов резко ускориться и пробежать мимо. Эредин смеется, монстр даже не успел отреагировать и теперь грузно разворачивается. Ястреб мог бы сразу нанести удар, но предпочел шлепнуть плоской стороной меча. Тролль скудным умишком понимает, что остается только разорвать противника и бежит, раскинув лапищи, с целью схватить, прижать и переломать все кости. За плечом противника Эредин замечает, что Иорвет задал тон схватки для своего оппонента. Действует вполне уверенно, помогать надобности нет.

Ястреб встает в затверженную за последние века стойку. Искусство ведения боя с оружием у Aen Elle насчитывает большое количество стоек и приемов, придуманных еще во времена Исхода Aen Undod. Все движения доведены до безусловного рефлекса, сейчас не приходится думать над тем, куда поставить ногу или как повернуть кисть. Ростом Эредин не сильно уступает «Радовиду», поэтому пользуется ошибкой врага, раскинувшего лапы. Эредин совершает молниеносный укол, нисколько не испугавшись бегущего тролля. Кончик лезвия оказывается в нужном месте и времени, чтобы пронзить правый глаз тролля, а инерция насаживает еще глубже. Адская боль тотчас рушит план атаки тролля и заставляет выть во всю глотку. Закрыв лицо руками, Радовид теперь открывает корпус, который принимает еще два сильных рубящих удара. Новая боль заставляет опустить руки, чтобы схлопотать удар по выбитому глазу окантовкой щита. Тролль с ревом начинает махать огромными руками, чтобы хоть как-то не давать приблизиться эльфу. К несчастью для монстра, «рукомашество» получилось очень ритмичным, поэтому поймав ритм, Эредин длинным слитным шагом переходит от одной стойки к другой и оказывается сбоку. Круговой росчерк оставляет еще одну рану на лице Радовида, в точности по второму глазу. Чудовище ослепло и окончательно пошло в разнос.

Ястребу оставалось отпрыгнуть в сторону и смотреть, как тролль со всего размаху врезается в каменную стену, отшатывается и падает. Меч с высокой позиции падает подобно палаческому топору на шею тролля. Полилась кровь, а чудовище уже встать не смогло, хотя и пыталось. Эредин взглянул в сторону других бойцов и увидел, что Иорвет со спины вонзил меч в «Эмгыра», но все же отхватил от умирающего тролля последний удар. С трибун раздаются восторженные отклики, нелюди кричат и потрясают оружием. Азарт их захватил ничуть не слабее тех, кто сражался внизу. Эредин подходит к Иорвету и, довольно улыбаясь, хвалит:

— Отлично сработано, мой друг, отлично. Можешь мне поверить, настоящие «короли» и «императоры» умрут от ударов точно так же, как и эти тролли. И им не поможет власть, богатство, армия. Они могут сколь угодно сидеть во дворцах и штабах, слушать доносы и отчеты, пить вино и отдавать приказы. Но поверь, никто из них не попробует взять в руки меч и выйти против тролля, выдавая тысячи оправданий. Работая с теми, кто не готов встать рядом против опасности, любой рискует остаться ни с чем, а в худшем случае остаться без головы. И ты уже с этим ранее столкнулся. Под моими знаменами соберутся почти все эльфы континента, а вот люди допустят ошибку, которую Aen Seidhe допустили давным давно, когда не разглядели в людях смертельной опасности.

Эредин проходит по арене, громко обращаясь ко всем присутствующим: бойцам Dial, к Иорвету и его товарищам:
— Люди имели высокую мотивацию лить пот и кровь, так как это было необходимо для выживания. И им позволили выжить. Кто-то считает, что сейчас эльфы выживают, но это не так. Aen Seidhe сейчас попросту угасают, смешивают кровь с людьми и исчезают в истории. Сейчас эльфы разобщены, у них нет земель, нет законов. Нет единства. И проблема не в отсутствии регулярных войск, а в ваших мыслях! Aen Seidhe предпочли сосуществовать на невыгодных условиях. Но сейчас есть шанс получить цель, дом и силу. И извлечь из уроков максимум пользы. Скажи, Иорвет, и вы, пришедшие с ним. Что вы скажете: какое будущее вы хотите создать и что готовы для этого сделать?
Внимание присутствующих обратилось на Иорвета и его группу его товарищей.

+1

17

На похвалу Эредина эльф ответил молчанием. Поднял взгляд на столпившихся у края арены своих эльфов, пока его напарник разразился очередной воодушевляющей речью. Иорвет с усмешкой наблюдал за своими – его скоя’таэли, похоже, до сих решительно не понимали, что происходит, и чего ради их командир месит песок вперемешку с кровью на дне ямы, вместе с чужаком сражаясь с троллями.
Эредин не сказал ничего нового, чего они бы не знали и не видели своими глазами, но все равно его слова были сродни пощечине. Иорвет видел как в отличие от других скоя’таэлей, уже знакомых и с Эредином, и, очевидно, с его повадками, его эльфы мрачнеют на глазах, а на него смотрят с немым вопросом – зачем они здесь?
Когда темноволосый эльф замолчал, никто из них не проронил ни слова. Ждали ответа Иорвета, командира, друга, а Иорвет, опершись на воткнутый в землю меч, молчал.

- Ты уже слышал, какое будущее мы создавали и готовы попытаться снова. Не для этого ли была эта проверка на вшивость? – Иорвет кивнул в сторону поверженного тролля, рядом с которым уже натекла темная лужа крови.
Эредин немало сказал об ошибках, и было бы малодушием отрицать их существование. Да, когда-то они недооценили людей, брезгливо думая, что примитивные дхойне никогда не посмотрят в сторону народа Aen Seidhe. Но Эредин был тысячу раз не прав, думая, что сейчас эльфам выжить мешают их собственные мысли. Возможно, с его стороны все выглядело иначе. С его стороны, на которой до сих пор были лишь слова. И вот, битва с троллем, которая, наверное, должна была показать ему решительность намерений Иорвета.
Убить тролля, чтобы продемонстрировать желание действовать.
Иорвет не знал, что тот сочтет доказательствам скоя’таэелей в третий раз встать под чужие знамена и своей кровью строить будущее – любое, где их раса не станет всего лишь рунами на старых пергаментах. За их спиной были года сражений, правдоподобнее, искреннее им нечего было сказать.

Эльф выпрямился, вытащил меч и, стряхнув с острия землю, убрал его в ножны.
- Ты многое сегодня сказал, Эредин, - продолжил он, - а я услышал. Допустим, я поверил тебе, что ты действительно можешь собрать под своими знаменами всех aen Seidhe. Но ты должен понимать, что демонстрации силы с пленниками и громких слов, которых ты уже предостаточно сказал, недостаточно, чтобы они, - эльф показал на своих скоя’таэлей, - тебе поверили. Каждый из нас уже их слышал: от Нильфгаарда, в Вергене. Единственная причина, почему я до сих пор здесь – это потому что ты эльф, хотя королева Долины Цветов однажды показала, как она умеет разбрасываться своими подданными. Мои эльфы не пойдут за тобой, Эредин, пока за твоим словом ничего нет, кроме обещаний. В Дракенборг скоро придет барка с пленными, среди которых немало скоя’таэлей. Я собираюсь ее отбить. Если ты готов показать теперь уже свою готовность действовать сообща, я буду рад подмоге. Троллей убивать не нужно, только людей.
С этими словами Иорвет подошел к краю арены и схватился за веревочную лестницу, чтобы подняться. Через несколько мгновений Элеас подал ему руку, и эльф, ухватившись, выбрался из арены. Пора возвращаться домой, а время… время покажет, было ли это еще одной дорогой в никуда, или отблеск мечты каждого из них все-таки найдет свое воплощение не только в словах Эредина, назвавшего себя эльфским королем.

Отредактировано Иорвет (15.04.2018 18:28)

+2

18

Имлерих оказывается рядом с Иорветом, который поднялся на трибуны. Рослый воин Aen Elle обращается к эльфу:
— Неплохо, брат. Не кривись, я по делу, а не братские чувства изливать. — Имлерих чувствует, что собеседник не из тех, кто любит, когда кто-то лезет ему в душу.
За Иорветом на верх арены поднимается Эредин и спрашивает у Имлериха:
— Что думаешь?

Вместо ответа Имлерих протягивает Иорвету свой меч в ножнах. Король улыбнулся. Давным-давно этот клинок он передал Имлериху. В свою очередь, Эредин его получил от того, чьё имя предпочтет забыть и кто сам получил его еще от кого-то прежде. Таково Предназначение этого клинка: передаваться от старшего поколения младшему. Amserel Archeh. Так его назвал кузнец давным давно. За ножнами этого не видно, но по всей длине клинка идет вязь созвездия Ковчега-во-Времени, которое можно увидеть во многих мирах. Но не в этом. Издревле по оси этого созвездия Aen Elle строили навигационные маршруты, во всяком случае, когда путешествия не были настолько трудными. Еще никогда меч не покидал рук Aen Elle.

— Это оружие выковано еще до Конъюнкции не от угля и железа этого мира. И оно по-прежнему способно убивать. С тех пор сохранилось не многое, но путь оружия переживет нас с тобой. Теперь оно твое. В нужное время, когда ты встретишь молодого эльфа или эльфийку, достойных продолжать путь с тобой, а потом за тебя, передай меч следующему владельцу. Этот клинок не создан для того, чтобы завершить свой путь повешенным на стену. — Имлерих не без сожаления расстается с оружием, хоть и предпочитает в бою гораздо более тяжелое оружие.

— Что касается нашего вопроса, Иорвет, — говорит Эредин, — я понимаю твои опасения. Это естественная реакция, поэтому мы покажем тебе больше. Вместе мы сможем построить «дом» гораздо крепче, чем по отдельности. Помощник Dial, который стоит за нашими спинами, расскажет тебе о расположении сил, безопасных лагерях, именах связных во всех людских городах. Твои воины получат гораздо более лучшую экипировку. Если ты согласен примкнуть к нам, то становишься неотъемлемой частью нового поколения Aen Undod.

Эредин использует термин изначального Народа, о котором Aen Seidhe, должно быть, давно позабыли. Но не стал уточнять и продолжает:
— А это означает, что твои беды становятся нашими, а наши — твоими. Мы поможем отбить пленников еще до того, как барка пришвартуется в доке этой тюрьмы. И, возможно, в будущем это место вообще перестанет существовать. Предлагаю вернуться в шатер, и ты подробно об этом деле расскажешь.

Отредактировано Эредин Бреакк Глас (15.04.2018 18:39)

+1


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Личный уголок » [11.1271] Веди в мой вымышленный город, вымощенный золотом


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC