Правила Персонажи Сюжет Гостевая

Ведьмак: Меньшее Зло

Объявление

  • Приветствие
  • Новости
Добро пожаловать на форумную ролевую игру по циклу «Ведьмак»!
Время в игре: январь 1272.
Что происходит: гонения на ведьм и колдунов, война Нильфгаарда с Севером, мрачные монархические истории, разруха и трупоеды!
А если серьезно, то загляните в наш сюжет, там весело.
Кто больше всего нужен: реданцы, темерцы, партизаны, а также бойкие ребята с факелами.
31.10 АМС поздравляет всех со своим профессиональным праздником с Саовиной! По этому поводу открыт [праздничный раздел], в котором для празднующих найдутся и хороший тамада, и интересные конкурсы. Спешите принять участие!
14.09 [Мы перевели время на 1272 год], а также переработали сюжет и хронологию. Не болейте!
16.08 [Очень Важное объявление], просьба ко всем игрокам прочитать и при необходимости отметиться с пожеланиями.
14.08. Нашему форуму исполнилось целых ПОЛГОДА! С чем мы нас и поздравляем, [подробнее в объявлении], спешите поучаствовать в конкурсах и поздравить друг друга с тем, что злишечко стало побольше!
  • Акции
  • Администрация
Шеала де Танкарвилль — главная в этом дурдоме.
Эмгыр вар Эмрейс — сюжет и репрессии.
Цирилла — сюжет, прием анкет.
Человек-Шаман — техадмин, боженька всея скриптов.
Стелла Конгрев — модератор по организационной части.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Потерявшиеся эпизоды » [11.1271] Шли мы лесом мимо беса


[11.1271] Шли мы лесом мимо беса

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://sf.uploads.ru/Q3JOT.jpg
Время: вторая половина ноября 1271 года.
Место: Велен, деревенька среди болот.
Участники: Белый Волк из Ривии, Кот из Йелло.
Краткое описание: болотистые топи Велена - непочатый край работы для ведьмаков. Там и сошлись пути двух старых знакомых, что рады видеть друг друга немногим больше, чем любой из них - стаю трупоедов.

+1

2

Зима подобралась к ведьмаку опустевшими карманами. Как ненасытный сборщик податей она неумолимо отщипывала от его кошелька: за ночевку на постоялом дворе, чтобы не околеть в лесу от холода, за корм лошади, что вдруг по истовым заверениям шельмоватого хозяина решила сожрать втрое больше обычного. Брэен платил, а когда было нечем - пускал в ход меч, приумножая дурную славу о ведьмаках. До крови доходило редко, люди чаще попадались понимающие и опасливые за свою шкуру, но такой способ существования претил Брэену.
Ему позарез нужно было хорошее дело - со смертоубийственным риском и хорошей наградой. Угнездившийся возле тракта грифон, нагнавшая страху на всю деревню полуденница... Но дела не попадалось, и Брэен хмуро выкладывал последние монеты. Ему посчастливилось ввязаться в сопровождение темерских купцов, одинаково боящихся головорезов, чудовищ и нильфгаардских отрядов. Денег у них хватило на целого одного ведьмака. В системе ценностей кота из Йелло идея тащиться за трясущимися, медленно ползущими повозками была так же привлекательна как затея ловить говно в помойной луже голыми руками, но первые крепкие заморозки и особенно стремительно тощающий кошелек внесли коррективы. Через полторы недели он был в Новиграде, со своей наградой, которой по-прежнему было мало, чтобы спокойно дождаться весны. Школа, где Брэен вырос и учился своему ремеслу, давно лежала в руинах, а том, чтобы пойти в Каэр Морхен, где находили убежище ведьмаки, не могло быть и речи. Его туда не подпустили бы и на полет стрелы. И даже если бы… если бы Весемир вдруг воспылал снисходительным великодушием и простил ему резню в Йелло, если бы все остальные перестали видеть в нем безумца после неудачной мутации… Брэен предпочел бы сдохнуть, околев в лесу, чем ломать свою гордость.
Эти невеселые мысли привели его в Велен – в гиблый край, где всегда сыщется какое-нибудь страховидло, портящее жизнь местным. Там он и обретался, переходя через топи и леса из деревни в деревню. Кому порчу снять, кому распоясавшихся утопцев приубить да водную бабу окончательно упокоить. Славная работа – Брэен так и скрипел зубами, забирая невеликую горсть монет у заламывающего руки крестьянина, дескать все, что собрали со всей деревни, десяток крон да сердечная благодарность. Вот и вся награда. Услуги ведьмака здесь стоили не дороже чем хер собачий. Нет, умом-то ведьмак понимал, что, если перетрясти треклятую и замшелую деревеньку, нашлось бы побольше, чем протягивал ему староста. Брэен не кривил душой – иной раз ему чертовски хотелось устроить побоище: за плохо прикрытую ложь ему в глаза. Держался – не падальшик он. Пока что. И эта мысль крепко держала его вспышки агрессии.
Удача улыбнулась ведьмаку, когда ему указали на еще одну из бесчисленных деревушек с напутствием, что люди там побогаче, а проклятой нечисти – побольше. И пусть большая часть россказней о бродящих в лесах страшных тварях оказывалось выдумкой, а местный люд не видел ничего страшнее запаршивевшего, проснувшегося в неурочный час медведя, Брэен отправился, куда ему показали. И быстро понял, что ему не соврали. Затерянная среди глухих, почти непроходимых топей деревня оказалась на удивление процветающей да только, как на первый взгляд показалось Коту, ведьмаку они были не очень и рады. В следующий раз Брэен почувствовал неискренность, когда местный староста попытался заверить его, что все тихо у них. Даже утопцев нету, а прежде если и вылезет какой, так его камня забьют да отгонят. Не поверил Брэен и со всей искренностью заверил, что передохнет пару дней и сразу уедет. Устал после долгой дороги, и конь утомился ковылять по гнилым местам. Как он и ожидал, тут же нашлась ему работенка, за которую пообещали совсем недурную награду и свежую лошадь. Нехорошее предчувствие шевельнулось в душе. Тут уж совсем дураком надо было быть, чтобы не понять, что его спровадить хотят поскорее. И едва ли причиной тому грядущая свадьба, о которой местные обмолвились. Раздумья об истинных причинах Брэен отставил, пока блуждал по топям, выискивая чудище. Тихий край тут был, прям-таки как и сказали местные - то-то утопцы как черти ошпаренные выпрыгивали каждую сотню шагов. Нашелся и заказ, мигом добавляя веса мыслям, что нечисто что-то в этом краю. Злобное страшилище оказалось обычным глумцом. И не было в нем и половины отличительных признаков, о которых с пеной у рта уверенно твердили ему в деревне. Ведьмак все больше склонялся к мысли, что, пожалуй, и впрямь стоит уехать, как только получит плату за работу, коль радость от его присутствия здесь была примерно как в Каэр Морхен. Колкая мысль о чужой школе отозвалась взбудораженными голосами неподалеку. Брэен машинально повернул голову. Проследил взглядом, куда показывали голосящие селяне, и застыл на месте – всадника в паре десятков шагов он узнал сразу.
- Да чтоб тебя черти десять лет ебали, - только и выдохнул Брэен, глядя на еще одного незваного гостя в этом унылом краю.

Отредактировано Брэен (13.11.2017 20:56)

+5

3

Гаже болот могут быть только болота осенью. А следующей стадией обычно бывают болота осенью во время войны - тут прямо всё один к одному собралось, и в довершение всего, хотя всякой дряни вокруг было хоть отбавляй, платить за нее было некому. Даже за головы утопцев и гулей, которые можно было сдавать, считая полдюжинами, как волчьи уши в дурную зиму.
К счастью, просвещенные нильфгаардцы, оказавшись в этих краях, очень быстро поняли, что по меньшей мере половина местных суеверий имеет под собой основание, а воевать сразу на два фронта, против повстанцев и нечисти - довольно трудозатратно, так что лучше нанять профессионала. И нанимали. А Геральт, не будучи патриотом по причине отсутствия patriae, охотно принимал заказы, к собственному удивлению обзаведясь в какой-то момент даже репутацией и, страшно подумать, рекомендациями.
Которые командир отряда, стоящего в деревушке Большие Свистуны, витиевато пожелал отправителю засунуть себе в задницу, полагая, что северный варвар высокого имперского наречия не разумеет. Геральт его не стал разубеждать. Пока. Здесь тоже ничего необычного не было: почистить берег от утопцев, прикончить двух альгулей, не дающих солдатам собрать и сжечь трупы, причем, каждый “наряд”, как выразился доблестный капитан, оплачивался отдельно. Ведьмак даже успел отмыться и побриться, и всё это выглядело бы, как идиллия, если бы не местные.
Строго говоря, он не впервые видел, как завоеватели, оставшись в техническом меньшинстве посреди завоеванных земель, днем ходят по улицам петухами, а ночью молча держат оборону. Но тут надо понимать, что Большие Свистуны были деревней настолько мирной, что имперским войскам не сопротивлялись, если Волк верно понял эту историю, удачно вышли навстречу, откупились провизией и так радушно приглашали к себе, едва ли не освободителями называя, что смахивали либо на очень хитрожопых, либо на очень везучих.
Потому что этот трюк удался, и их не сожгли.
И даже не разорили.
Расквартировали нильфы отряд под умильные улыбки, да и отбыли дальше, а эти вот остались и почему-то на низкие поклоны и масляные рожи зажиточных кметов реагировали малоадекватно. Прямо сказать, странно реагировали. Не шарахались, конечно, но к тому шло.
Впрочем, не передать словами, насколько Геральту было - культурно выражаясь - плевать на происходящее, и примечал он это всё скорее по привычке.

Плотва до того с трудом вытаскивала копыта из грязи, а теперь с облегчением шла по хорошо утоптанной и даже настеленной досками единственной улице деревни к нильфгаардскому лагерю, расположившемуся в развалинах поместья неподалеку. Как ни зазывали свистуновцы к себе “дорогих гостей” по избам, те желанием не горели, предпочли обустроиться с меньшим комфортом. При виде чужака - и ладно бы в первый раз - вымершая днем деревня немедленно оживилась.
- А другой седой дядька страшнее чуду принес, - важно сообщил сын кузнеца, почесывая пузо под рубахой. Сестра ткнула его в бок:
- А у этого чуд больше, много ты понимаешь!
- А у меня папка вообще…
Что “вообще” Геральт не расслышал по причине того, что как раз в этот момент пересекся взглядом с “другим седым дядькой”.
...В целом, его ощущения сейчас можно было передать фразой, которой один затейник открывал подпольные бои в Новиграде. “Здравствуйте, сегодня я в костюме хера, и хер знает, как это вышло”.
Так вот, действительно, как?
- И ты будь здоров, Кот, - сказал Волк, а про себя подумал “курва этакая”.

+3

4

Недалече отсюда, прежде чем взять курс на заботливо указанную ему деревушку, Брэен имел неосторожность подумать, что ему повезло. Он уже успел прийти к мысли, что слегка поспешил с выводами, а теперь видел удачу во всей ее красе – та, можно сказать, задрала подол да жопу показала, чтобы ведьмак уяснил свои отношения с сучкой фортуной, если вдруг до сих пор не понял. Но никак не выдал Брэен своих раздумий, криво улыбнулся только – приветливо, как топляк ему накануне из болота лыбился, дожевывая детскую ручонку.
Не жаловался Кот на память, а та и рада стараться – прошлась по сознанию как острый охотничий нож, содрав шкуру со старых паршивых воспоминаний. Больше двух десятков лет минуло, а она будто и только ждала случая напомнить Брэену о незадавшейся стычке в придорожном трактире по пути в Вызиму, а следом – о ясноглазой упырице, от которой он едва ноги унес. Да к которой так спешил, чтоб вперед Белого Волка успеть.
Доходили до него потом слухи, что расколдовали чертову девку на радость Фольтесту. И кто расколдовал, тоже молва донесла – ведьмак смерил хмурым взглядом Геральта.
Не завидовал он чужому везению, потому что везением это не было. Как и не было им бегство Кота, едва не оставившего свою шкуру на поживу зачарованной бабе. Несмотря на ходящие вокруг него толки, Брэен учиться на своих ошибках умел, чтобы впредь не лезть в дела, куда тащила его самоуверенность. Другое дело, что не все он этими ошибками считал… Как то же Йелло, за которое его заклеймила позором ведьмачья братия.
Все воспоминания Брэен решительно отогнал подальше.
- Если ты только приехал, жаль тебя разочаровывать, - с ухмылкой оборонил он. – Местные ведьмаков не жалуют. Но если тебе повезет…
Интонация, с которой он произнес последнее слово, не оставляла повода усомниться, где Брэен видел все надежды на удачную позу мироздания.
- …может, у тебя получится договориться о награде побольше, чтобы ты только убрался подальше.
Брэен замолчал. Краем глаза заметил на рукаве своей куртки многоногую погань, ехавшую на нем, очевидно, с самых болот, и шелчком сшиб на землю, пока гадина за шиворот не забралась.
- Странные здесь люди, - вдруг добавил он. – То ли скрывают что-то, то ли их всех разом ебанцой накрыло. Не удивлюсь, если кто-то из них втихоря утопцев курями или чем посерьезнее подкармливает.
В стороне, погромыхивая бочонками, проехала тележка. Тащила ее не лошадь и не любая другая подходящая животина, а два здоровенных мужлана, но, надо признать, получалось у них не хуже. Позади них важно шествовала рябая девица с блаженным взглядом огромной охапкой сухоцветов. Очевидно, на местную свадьбу.
Завидев ведьмаков, девица негромко хихикнула, прикрыв ладошкой щербатый рот. Подпорхнула к ним подбитой птицей, заложила побитую холодом веточку в уздечку лошади Геральта и упорхнула обратно, а Брэен только пожал плечами, мол, не зря же он говорил про ебанцу. Вот она - во всей ее красе, пока что вполне безобидное ее проявление.
Кот тряхнул головой. Нечего дальше стоять, задрав голову – не старые друзья.
- Ну бывай, Волк, - сощурив желтые глаза, едва заметно кивнул Брэен.
А ему бы теперь забрать плату за «страшное страховидлище», отмыться от болотной грязищи да ехать дальше. Из Больших Свистунов в какие-нибудь Большие Гумнищи, коих тут было поразбросано как лошадиного дерьма на тракте, привычно обходя стороной Вызиму – а ну как там тоже у кого-нибудь память хорошая.

+2

5

Геральт светские беседы недолюбливал, а пуще того - на голодный желудок и посреди улицы, да еще в таким антураже (как бы похуже не ляпнуть), но не согласиться с Котом не мог. Ебанца местных была видна невооруженным взглядом, и потом, если уж Кот называет кого-то “странным”, тут стоит прислушаться.
Они в этом эксперты. В остальном Волк понятия не имел, что делать и с линией поведения затруднялся - очень легко пообещать кому-то убить его “если вдруг что”, довольно нетрудно исполнить обещание, но ни один, знаете ли, Кодекс, не сообщает, как вести себя, если вы встретились, а “вдруг что” не наступило.
Самое простое окончание их неловкой встречи повисло в воздухе: ведьмак почти ответил “коллеге” нейтральным “и ты бывай” с облегчением человека, чьи моральные трудности только что разрешились сами собой, почти вытащил веточку из уздечки - почему-то она вызывала странное чувство, будто паука посадили - почти...
“Почти” не считается.
Из-за ближайшей избы уже явно не первую минуту размахивала руками дородная баба в вышитой рубашке и суконной юбке, чистота и цвет которых ясно говорили о том, что баба эта давненько сама не чистит коровник и не кормит свиней. Такие обычно и расхаживают внушительным бюстом вперед, да не в одиночку, а в сопровождении младших членов семьи, чтобы было, кого показательно тиранить, а чтобы из-за угла рожи строить - это ж какое падение авторитета.
Звала она явно обоих, умоляюще складывая руки перед собой, и этот момент Геральт, переглянувшись с Брэеном, даже не счел нужным комментировать - между ведьмаками, которые не были не то, что друзьями, но даже хорошими знакомыми, повисло тоскливое осознание того, что настоящая херота только начинается.
Чем бы она в итоге ни обернулась.
- А вот и ебанца, - мрачно изрек беловолосый, - что, пойдем? Если за углом вилы, то вдвоем отобьемся.
Шутка вышла с привкусом тлена.
Миновав колодец и заросли пожелтевшей крапивы, ведьмаки свернули за угол дома - новенький добротный сруб так весело отсвечивал янтарем, что от этой пасторали, включая стадо жирных гусей и аккуратную поленницу, у Геральта кое-где начало слипаться.
- Ой, милсдари ведьмаки, нешто я вас застала наконец, - улыбалась кметка при этом Брэену, не то, чтобы Волк возражал, но было как-то даже непривычно. И совсем не выглядела обеспокоенной, или напуганной настолько, чтобы звать нелюдей на тайные переговоры, и это составляло разительный контраст с ее же лицом пару минут назад, - а я все думаю, как бы вот так устроить-то, недосуг мне по деревне-то бегать, хозяйство у меня, невестки-лентяйки…
- Тогда, может, к делу? - Геральт на пустой желудок был невежлив, но заговорить поторопился, подозревая, что Кот может дать ему фору. Баба сверкнула глазами из-под соболиных бровей и приосанилась:
- Милицей меня зовут. Дочку замуж выдаю, авось, слышали. Вся деревня гулять будет, дармоеды клятые, может, даже черные придут, это, значится, полезно нынче. А дело у меня до вас, милсдари ведьмаки, такое, на свадьбу-то приходите, погуляйте с нами.
Волк скрестил руки на груди, и нельзя было даже сказать “всё еще ожидая подвоха”, поскольку конца этому чувству было не видно, и он обоснованно был уверен, что не один здесь такой.
- Просто так не праздник зовешь? - хмыкнул он. Милица издала сложный звук, выражающие сразу и пренебрежение, и сарказм, и веселье над доверчивым чужаком:
- Да прям там просто так. Тут колдун в лесу на дочку мою позарился, говорит, приду, все испорчу, девку утащу, а на кой оно мне надо-то? Так что вы там посмотрите, а коли пройдет всё тихо, так я вам золотом заплачу, не серебром каким.
И вот тут действительно нехорошо запахло.

- Ты что-нибудь слышал о колдуне в лесу? - озадаченно спросил Геральт, когда они снова брели сквозь крапиву, - я так в первый раз.

+3

6

Никто из них не горел желанием продолжать разговор. В отличие от вклинившейся в разговор третьей персоны, из-за которой ответное прощание Белого Волка так и осталось невысказанным. На мрачную шутку Геральта Кот ответил такой же мрачной усмешкой. Не было бы так смешно, если бы не было в том доли истины. Ведьмаки - создания ранимые и настойчивые, а особо обидчивые за зажатую законную награду могут и пригрозить. А за попытку пырнуть вилами в спину - вырезать всех, кто под руку попадется. Почти как в Йелло. Почти.
Брэен молча пошел за ведьмаком. Не встревал он, и когда Геральт взял на себя переговоры с окликнувшей их бабой. На словах выходило до нелепости складно – побыть сторожевыми собаками на свадебке да отбыть на все четыре стороны. Одно только никак не сходилось, даже с поправкой на всю происходящую ебанцу.
- Не слышал, - отозвался Брэен. – Когда я сюда приехал, никто и словом не обмолвился о колдуне. По словам местных тут и утопцы редкость, что на самом деле не так. Меня другое настораживает, еще вчера они были готовы приплатить, чтобы я только убрался отсюда побыстрее и не смущал народ на свадьбе, а сегодня нас втихоря сторожами туда зовут. В колдуне ли тут дело, что ей потребовалось аж целых два ведьмака?
Шагая сквозь заросли крапивы, Брэен покосился на Белого Волка. Ебанца – она уже минула. Сейчас от предложения - от которого, впрочем, никто из них даже не подумал отказаться - несло качественными неприятностями.
Геральт издал какой-то звук в знак согласия, подхватывая под уздцы Плотву, вокруг которой уже роились местные ребятишки:
- Тут, если подумать, всё настораживает. То, что втихаря, то, что золото обещают - так запредельно врать даже кметы не умеют, по-моему, а значит, Милица чего-то боится и готова от этого откупиться, как угодно. Колдун, не колдун... если пойдем на свадьбу - считай, вляпались. Но мы же пойдем.
В ответ Брэен только усмехнулся - чутье подсказывало, что вляпались они много раньше, когда только притащились в деревушку. А во что – скоро узнают. Уже через несколько часов местный люд потянулся в просторную хату – гулять на свадьбе. Кот едва успел кое-как от болотной грязи отчиститься.
Милица старательно не замечала засевших в углу подальше ото всех ведьмаков. Когда народ попривык да опрокинул в себя кувшин-другой крепкой настойки на них и вовсе перестали обращать внимание. Время от времени Брэен ощущал пристальные взгляды, но не более того. Только когда настойка слишком сильно ударила красномордому мужику в голову, и тот слишком невежливо заинтересовался, зачем два мутанта портят людям веселье, молча поднялся и выволок его из хаты. Снаружи кто-то блевал, из-за угла дома доносились недвусмысленные вздохи. В общем, свадьба как свадьба. Никакого колдуна и даже намека на него.
Когда молодые, степенно перешагивая через тела уже готовых гостей, изъявили желание отчалить домой, ведьмаки, не сговариваясь, посчитали, что их вахта закончена. За наградой решили пойти наутро, и как только они добрались до сарайки, что им щедро выделили для ночевки, Брэен мгновенно заснул. Проснулся он на заре. Хотел было сходить проверить лошадь, но не успел и шага от хаты сделать – налетела на него Милица.
- Куда это ты, милсдарь, ведьмак собрался? – прошипела она. Лица на бабе не было, под глазами тени как после бессонной ночи. Кметка решительно шагнула к Брэену, будто намеревалась душу из него вытрясти. Кот аж даже замер, заинтересованно глядя на Милицу. Он подумал было, что сейчас начнется хорошо известная ему песня, дескать, все золотишко ушло на свадьбу да на приданое, а вам, милсдари ведьмаки, осталось только пара серебряных монет. Но дело оказалось хуже. Для начала баба звучно хлюпнула носом, а потом разразилась плачем. К счастью, недолгим – утерев нос рукавом, Милица сменила слезы на злость и чуть ли не зашипела на Брэена.
- Забрали доченьку-то! – обвиняюще бросила она. – Вместе с мужем сразу и забрали. Не уследили! За кровинушкой моей.
Баба снова хлюпнула. Покосилась за спину ведьмаку, обернулась опасливо.
- До дома они дошли живыми, - сухо произнес Брэен, - а свечку держать всю ночь уговора не было. Есть что сказать по существу – выкладывай. Нет – плати и проваливай.
На мгновение ведьмаку показалось, что баба сейчас вцепиться ему в морду, но нет, сдержалась. И в сообразительности сразу прибавила.
- Тут такое дело… - вздохнула Милица и как-то вся поникла разом. – Тут все хорошо живут, потому что… покровитель тут есть. Давеча поговаривали, что он… она дань себе снова потребует, молодых может забрать. Вот и я попросила вас присмотреть за ними, да кто ж знал…
Баба закусила губу, подавила судорожных всхлип и торопливо продолжила.
- Никто не знает, кто она. Она в Днищах обитает. Говорят – богиня могущественная. Нас тут никто не трогает, потому что… - она осеклась и умоляюще посмотрела на Брэена.
- … потому что вы от нее откупаетесь, - холодно закончил за нее фразу ведьмак. Спиной он уже давненько чувствовал пристальный взгляд Геральта – ну раз Белый Волк очнулся, не придется пересказывать.
- Вы только найдите ее, - тихо добавила Милица. – Отдам все, что есть.
- Сам все слышал, - произнес Брэен, когда кметка скрылась. Обернулся, встречаясь взглядом с Геральтом. – Не думаю, что брешет. Эти края как притягивают сбрендивших чародеек. Как знать, может еще одна завелась. В Днищах...
А может, и похуже что.

+3

7

- Брешет, - хмуро сказал Геральт, садясь на соломе, - брешет, да не в этом. Всё она знает, и кто тут “покровитель” и знала, что дочь заберут.
Ничего удивительного, с людьми это время от времени случалось, но ведьмак отчего-то каждый раз удивлялся. В этот, наблюдая, как у Милицы бегают заплаканные глаза, только тихо проклял всё живое и неживое.
- Тут лагерь черных неподалеку, давай заедем, - он, наконец, смог сказать что-то полезное, вместо приходящих на ум ругательств, и встал, отряхивая от соломы плащ. Надо было что-нибудь сожрать, если по уму, да и наверняка местные охотно оделят остатками свадебного пира, да вот принимать от них еду теперь казалось вдвойне небезопасным. И, в конце концов, нужно было обменять трофеи на полагающийся гонорар.
Правда, для начала пришлось отобрать головы гулей у детворы, да оттаскать воришек за уши.

Дороги до лагеря было немного: имперские солдаты с условными удобствами расположились на холме над ельником и деревушкой, имея возможность без всяких хлопот держать наблюдение над бескрайними болотами с одной стороны и дорогой с другой. Кроме того, отсюда неплохо просматривалась речушка, но по причине ее несудоходности - скорее для порядка. Названия этой, с позволения сказать, водной артерии, Геральт так и не усвоил - каждый звал ее по-разному, и все эти имена были так себе, из тех, что в приличном обществе не произносят.
Но местные, видимо, считали себя охренительно смешными. А нильфы звали ее Donn, то есть Коричневой - не сказать, чтобы зря, но здесь таких было еще с два десятка, и по случаю Волк представлял себе процесс сверки у имперских картографов: видение это грело долгими осенними вечерами, когда греться было уже нечем.
Часовые, обычно торчащие навытяжку у свежесрубленных из елки ворот, за пару недель к ведьмаку привыкли, а ведьмак привык к ним и даже перестал настораживаться от того, что при виде него не орали хором привычную гнусь, имперские материалисты то ли от присущей нильфгаардцам глубокой практичности, позволяющей сочетать толерантность к нелюдям с массовыми казнями не-подданных Нильфгаарда, относились к нему с пониманием.
Возможно, у них было просто свое определение нелюдей. В любом случае, солдаты проявляли умеренно вежливое любопытство, да и то быстро перестали. Сегодня они при виде подъезжающих поудобнее перехватили взведенные арбалеты и опустили только когда Геральт - медленно, это важно - протянув руку, скинул капюшон.
- А, vatt`ghern, - с облегчением выдохнул правый арбалетчик, почесывая шею под латным воротником, - а кто с тобой?
- Тоже ведьмак. Я гулей привез, как договаривались, он хочет узнать кое-что по работе. Так что, Ллевеллин, пропустишь?
- Заваливайтесь, - махнул тот рукой, косясь на молчаливого напарника, - только осторожно, капитан нервный.

- ...да мы эту херотень уже пятый раз наблюдаем за… - капитан Коегоорн, по всей видимости, родственник покойного маршала (вряд ли сын, его бы в эту задницу не запихнули), шагал в шатре из угла в угол, злой, как черт, только что вышедший из спячки, - два месяца, кажется. Пятый! Сначала у них свадьба, а потом коллективные завывания и синие огни над лесом. Что за варварские культы? Что за…
Он остановился, потер лицо ладонью и глянул на обоих ведьмаков, будто впервые увидел не только Брэена, но и Геральта:
- Знаете, - мрачно сказал он, - другой бы повесил их к херам. Я сам к тому же склонялся, но у меня брат учился в Лок Грим, и если я что понимаю, так это то, что с такими вещами шутить не стоит. Давайте вот как. Казну отрядную разбазаривать не могу, а свое жалование отдам. За два месяца - сейчас, или за четыре - но векселем. Только разберитесь с этой хренью. У меня тут какие-то сектанты под боком, куда это годится?

Отредактировано Геральт из Ривии (30.11.2017 19:41)

+2

8

К черным так к черным. Даже нильфгаардцы нынче виделись ведьмаку лучшей компанией, чем население Веселых Ебанцов. Свистунов то есть. Капитан не удивился странноватой истории, подтверждая слова Геральта, что нанявшая их баба знает куда больше, чем говорит. Брэен мысленно чертыхнулся. Что за люди, ну. Сложно словами через рот обо всем сразу сказать, а им потом скачи как блоха по бане, чтобы свести все набреханное воедино и понять, что за чертовщина на самом деле происходит. К уже известному Коегоорн добавил немного, и из сказанного ведьмак уяснил наверняка только одно - херотень эта его порядком уже достала, раз он пошел на сделку со своей жадностью.
Сектанты или всемогущая богиня из россказней Милицы, а предложение они приняли, а раз приняли, оставалась им одна дорога – в Днища, и что-то подсказывало Коту, что на поверку днище окажется чертовски глубоким да полном всяких тварей. Они снова проехали через Свистуны, где ничто не наводило на мысли ни о недавнем празднике, ни о последовавшем за ним горе. Обычная сельская жизнь да и только – до той поры, пока не придет время еще кого вести на заклание. И эта обычность отчего-то отзывалась на редкость нехорошим холодком.
Ко Днищам они подъехали, когда низкое зимние солнце уже почти скрылось за верхушками деревьев, и лес начало затягивать сизой мглой. Могли бы и быстрее, если бы не плутали по лесу, будто их леший по кругу водит. Леший, конечно, был не причем – спасибо черным да их картам. Ну и они, ведьмаки, не сплоховали – зачем переспрашивать, на месте разберемся. Вот и разбирались, покуда на свои следы пару раз не наткнулись, а солнце не завалилось еще ниже.
Самое то, - глядя как стремительно гаснут еще пробивающиеся сквозь полуголые кроны лучи солнца, про себя усмехнулся Брэен, - к ночи все страховидла и повылезут. Одно радовало – ближе к селению лошади перестали утопать в грязи. Земля стала посуше да почище, будто они и не в Валене вовсе.
Как оказалось – радовался Брэен зря. Но сначала он заметил синие всплолохи в быстро густеющей темноте. Как болотные огоньки, только ярче. И двигались – плавно, будто в танце каком.
- Смотри-ка, не обманул твой черный друг, - разглядывая хоровод синих огней, оборонил ведьмак.
Вместо ответа он почувствовал, как ощутимо задрожал медальон, а следом земля под ногами дрогнула. Брызнула в паре шагов от них во все стороны смерзшимися комьями и исторгла нечто размером в две сажени. От испуга лошадь всхрапнула и встала на дыбы. Брэен попытался было придержать ее, но не успел – кубарем скатился на землю. Темнота не мешала ему разглядеть, что за тварь вылезла у них на пути. И не одна.
- Ебена мать, блядские yghern! – выругался ведьмак, незатейливо мешая всеобщий со Старшей речью.
Он бросил быстрый взгляд в сторону Геральта. Два ведьмака, две тварины – ну прям-таки разминка перед Днищами. Многоножка с удивительным проворством ринулась на ведьмака, и Брэен отпрыгнул в сторону. Не любил он этих мерзких тварей, очень не любил. Не самые страшные и далеко не самые опасные, они еще со времен обучения вызывали у Кота отвращение похлеще сточной канавы. К слову об опасности – ведьмак перепрыгнул многоножку, уходя от еще одной атаки. Эти твари были на порядок крупнее, чем ему доводилось встречать. Хотелось верить, что это никак не связано с херотой, что поселилась в Днищах. Совсем рядом клацнули покрытые ядом челюсти. Брэен наотмашь ударил мечом в сочленение пластин. Тварина издала режущий слух звук и снова ринулась на ведьмака. Кот отскочил еще раз, сложил пальцы в знак Игни. В морду многоножке ударила волна пламени, а следом – еще один точный удар меж пластин, на этот раз смертельный. Брэен для верности провернул меч, и сколопендроморф тяжело рухнул на землю. Кот глянул в сторону Геральта – тот тоже закончил со своим многоногим другом.
- Отожравшаяся скотина, - оборонил Брэен. Выдернул меч, обтер и вернул в ножны. Что-то подсказывало ему, что ненадолго. – Может, это местная богиня нам привет передает?
Брэен огляделся по сторонам – другой четвероногой скотины, сбросившей его на землю, нигде не было видно.

+2


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Потерявшиеся эпизоды » [11.1271] Шли мы лесом мимо беса


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC