Правила Персонажи Сюжет Гостевая

Ведьмак: Меньшее Зло

Объявление

  • Приветствие
  • Новости
Добро пожаловать на форумную ролевую игру по циклу «Ведьмак»!
Время в игре: январь 1272.
Что происходит: гонения на ведьм и колдунов, война Нильфгаарда с Севером, мрачные монархические истории, разруха и трупоеды!
А если серьезно, то загляните в наш сюжет, там весело.
Кто больше всего нужен: реданцы, темерцы, партизаны, а также бойкие ребята с факелами.
31.10 АМС поздравляет всех со своим профессиональным праздником с Саовиной! По этому поводу открыт [праздничный раздел], в котором для празднующих найдутся и хороший тамада, и интересные конкурсы. Спешите принять участие!
14.09 [Мы перевели время на 1272 год], а также переработали сюжет и хронологию. Не болейте!
16.08 [Очень Важное объявление], просьба ко всем игрокам прочитать и при необходимости отметиться с пожеланиями.
14.08. Нашему форуму исполнилось целых ПОЛГОДА! С чем мы нас и поздравляем, [подробнее в объявлении], спешите поучаствовать в конкурсах и поздравить друг друга с тем, что злишечко стало побольше!
  • Акции
  • Администрация
Шеала де Танкарвилль — главная в этом дурдоме.
Эмгыр вар Эмрейс — сюжет и репрессии.
Цирилла — сюжет, прием анкет.
Человек-Шаман — техадмин, боженька всея скриптов.
Стелла Конгрев — модератор по организационной части.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Сюжетные квесты » [1271-1272] Время войне


[1271-1272] Время войне

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://i.imgur.com/gb8etjA.png

Время: конец декабря 1271 и дальше
Место: центральный Нильфгаард
Участники: Нерис, Телор аэп Ллойд, много разнообразных мудаков
Краткое описание: покушение на императора почти увенчалось успехом. Почти - потому что тело императора, живое либо мертвое, так и не нашли, а главный его спаситель вдруг оказывается главным виновником, но почему-то не согласен с этим.
NB! сцены насилия, убийства, сексуальных отношений, пыток и проч.; жестокое изнасилование линейных логических рассуждений; убийца - не дворецкий.

+2

2

Скверной выдалась эта зима. Не было покоя ни студеными днями, ни глухими, беспокойными и тоскливыми ночами, не спасало даже отсутствие сна и невозможность тратить лишнее время на размышления.
Днём была работа и долг, вечерами становилось хуже – приходила вина. Он опасался к ней даже притрагиваться – хотя и не касаться было невыносимо - ему казалось, что в какой-то момент она исчезнет, как тень, растает на бледном декабрьском солнце или попросту испарится, а может, останется безмолвным рисунком на полотне; боялся так страшно, что стал суеверен и потерял последний сон.
Телору постоянно казалось, что он виноват во всём, что произошло, хотя, возможно, это было не так, или было лишь отчасти; ему казалось, что он должен пожертвовать хотя бы частью своего долга ради другого, большего, но каждый раз оказывалось так, что мир в очередной раз катится бездну, и самовлюбленный гордец с повышенным чувством ответственности считает, что он единственный, кому удается удержать его на краю. Цикл повторялся бесконечно, как времена года, но с намного большей скоростью, затишье всё не наступало, а потом грянул гром и земля вправду почти рухнула.
Он успел. Как успевал всегда – не имея возможности ни объяснить, ни подумать, сделал единственное, что мог в эти секунды, потом много взвешивал: удалось бы сделать что-то ещё? Обойтись меньшей кровью? Решить всё иначе? И другого выхода так не увидел.
Часы сливались в дни, дни мешались с ночами; в какой-то момент, уже не чувствуя ни радости, ни печали, ни даже усталости, он понял, что вот оно, свершилось, наконец-то поймали – не всех, только двоих, неожиданно покладистых и обезумевших от преследования настолько, что финал уже показался им избавлением, и они почему-то не покончили с собой в момент поимки, не сошли с ума и в целом даже почти высказали желание сотрудничать – после этого у Лиара, правда, появились синяки на оба глаза, но это были сущие мелочи.
Тогда аэп Ллойду показалось, что что-то налаживается. Он редко так ошибался.
Допрашиваемые его боялись – это не было новостью, каждый, кто мог узнать его в лицо, так или иначе имел основания для опасения, кроме тех, кому Телор служил, но эти двое не являлись ни императором, ни господином де Ридо. С дознавателями младше рангом, само собой, они тоже не слишком желали общаться, но дела шли лучше – Телор послушивал краем уха, благодаря судьбу за мгновение тишины и подмахивая документы, которые накопились за всё это время, а потом – чудом, не иначе, потому что уставшее сознание едва было способно различать слова – услышал такое, что…
- Я должен проверить сам, - глядя на слегка вытянутые лица подчиненных, не вызывающим возражений тоном объявил Телор и воспользовался тем, что сознания допрашиваемых уже были достаточно размягчены.
Проверил.
Легче не стало.
Парни действительно, на все сто процентов, были уверены в том, что заказ на убийство императора им выдал сам аэп Ллойд, ошибки быть не могло.
- Мы вам верим, шеф, - произнесло какое-то из вытянутых лиц. Шеф кивнул и криво улыбался, уже точно зная, что вера эта ненадежна.
Вот примерно с тех пор, когда речь не заходит о собственной жизни – за пособничество предателям в империи карали едва ли не жестче, чем за предательство.

Он почти успел. Успел добраться до дому, в углах которого теперь жил суеверный страх и странная гнетущая тоска, пришедшая взамен долгому ожиданию того, что уж сейчас наконец-то всё может быть нормально. Успел смахнуть за пазуху небрежно сваленные на каминной полке побрякушки – кажется, затесалось несколько двимеритовых, но это к лучшему – успел принести ей теплый плащ и напомнить про то, что нужно не только прикрыть шею от ветра, но ещё и обуть теплые ботинки, почти успел самолично затянуть на них шнуровку, но потом в двери постучали.
Надо было бежать через окно, но у него оставалась смутная надежда на то, что он сумеет договориться с теми, кого за ним послали. Просто потому что выбор был невелик.
Кроме стражи там, разумеется, был чародей. Разумеется, чародей был старше и опытней его, разумеется, будь Телор здесь один, он бы, покорившись собственной гордыне, устроил бы прекрасное зрелище, разнес бы полсада и ближайший квартал заодно, возможно бы выжил, но сейчас всего этого было нельзя.
Нельзя. Она не выдержит ещё одного раза. Вы же понимаете, что случится, если меня арестуют. Я не прошу для себя.
Кадваль остановился перед очередным ударом в дверь и лениво размял затекшую от многочасовой работы над бумагами шею.
- Откройте, именем Императора!
Да никто вас не арестует. Во всяком случае, не сейчас, - мысли его были полны раздражения, безадресного и не злого, но очень беспокойного, - Выйдите и изобразите поединок, ради нас всех, у вас есть время, пока я здесь.
Извинялся перед стражниками он тоже мысленно, правда, они не слышали - но всё-таки, немного стыдно, ладно бы незнакомые люди, а то ведь не первый раз сопровождают.
А падать во сне на землю, грохоча снаряжением, довольно неприятно.

Потом Телор вернулся в дом, взял Нерис за руку и отвел к коновязи.
- Снова приходится бежать, - грустно повторил он, - не спрашивай куда, я понятия не имею. Но нужно спешить, иначе мы не сможем покинуть город. Удержишься на лошади?

+1

3

- Что происходит, Телор? - допытывалась Нерис, стараясь поспевать за чародеем. - Почему мы бежим, что случилось? Кто приходил?
Уже в тот момент, когда Телор появился на пороге - будто бы спокойный, обманчиво собранный - прервав своим явлением Очень Тихую Служанку, размеренно читавшую ей вслух, она знала, что что-то идет не так: слишком ровно он говорил и слишким выверенно двигался; так говорят те, кто боится показаться встревоженным; так двигаются те, кто не желает выдать нервозности. За каждым словом аэп Ллойда скрывалось что-то невысказанное - даже когда он заботливо напоминал ей о необходимости тепло одеться, потому что на улице зима, он умалчивал о чем-то, и Нерис одновременно опасалась спрашивать, что именно, и впадала в полную панику от недосказанности. Паника, впрочем, несколько разгоняла мутный туман, заполнявший голову: с некоторым удивлением Нерис понимала, что из всех чувств только страх все еще имел над ней полную власть, и даже будучи беспочвенным, ощущался он, пожалуй, слишком ясно и живо - когда аэп Ллойд опускал на ее плечи теплую накидку, чародейка чувствовала, как ее ощутимо потряхивает от подступающего к горлу ужаса.
Что-то происходит. Что-то произойдет.
Тогда она и спросила впервые - пока тихо:
- Что-то случилось?..
А потом в дверь постучали.
Звук этот тяжелым набатом разнесся по дому, отозвался в стеклах и половицах, мигнуло свечное пламя и в коридоре метнулась тень Очень Тихой Служанки, спешившей, видимо, посмотреть, кто пришел; и Нерис не поняла, но почувствовала,что так в дом стучится беда. Она нашла ее и тут, за много миль от Редании - и от этой мысли к горлу подкатила отвратительная липкая паника, от которой на мгновение перехватило дыхание.
- Не открывай, - Нерис порывисто вцепилась в рукав Телора, - не открывай, пожалуйста, не надо!
Солнце знает, кто скрывался за дверью - чародейке везде чудились охотники, хоть умом она и понимала, что тех в Нильфгаарде быть не может - только Нерис приходила в отчаяние тем большее, чем яснее осознавала, что Телор - откроет, хотя бы из-за своего ужасающего упрямства, а после случится нечто непоправимое и хорошо, если с ней.
Тебе все кажется, - убеждал ее трезвый рассудок, давно затерявшийся в наполнявшем голову тумане, но не бросавший попыток подать голос. Тебе кажется, это игры разума, посстравматический синдром, ты же знаешь сама. Не глупи, не делайся большей обузой, чем ты есть сейчас, успокойся, не мешай, помолчи.
Это повышенная тревожность. Ты просто устала. Попроси вечером четыре капли вместо трех.
Нерис осторожно сглотнула, вздохнула раз, другой, третий и медленно разжала пальцы.
Цепким взором она проводила аэп Ллойда к дверям, и едва чародей скрылся с глаз, плотнее закуталась в теплый плащ, будто пытаясь спрятаться в нем от окружающей действительности. К ней поспешно кинулась Очень Тихая Служанка, сменяя Телора - она попыталась вернуться к чтению, но чародейка уже не слушала, вместо того пытаясь разобрать, о чем аэп Ллойд этажом ниже говорит с неждаными визитерами. Ей отчетливо послышалось - и Нерис готова была поклясться, что ей не показалось - как кто-то требует открыть дверь именем императора; потом лязгнул замок, хлопнула дверь, а потом снова стало тихо.
Нерис осторожно сглотнула еще раз, мысленно прибавляя еще одну каплю к вечернему чаю.
Минуты, пока длилась эта тишина, показались чародейке бесконечно долгими - слов служанки она уже не разбирала совершенно, и воображение рисовало картины происходящего за дверью она страшнее другой - может, Телора там убивают. Может, уже убили; может, там все-таки охотники, которые шли по ее следу - Нерис несколько раз порывалась встать, но лишь слабо дергалась в кресле, так и не решаясь подняться.
Глупости, - говорил упрямый рассудок. Глупости, и ты сама отлично это знаешь, - говорил он. Ничего не происходит, - говорил он, - это просто визит по работе. Сейчас Телор вернется, и ты будешь чувствовать себя глупо.
Он вернулся - спустя, казалось, бесконечность  - но глупо Нерис себя не почувствовала - одного взгляда на чародея было достаточно, чтобы понять: если что-то она себе и надумала, то точно не надвигающуюся угрозу.
Снова приходится бежать…
...иначе мы не сможем покинуть город...
- Что происходит, Телор?
...куда нас ведут, Шеала?..
Нерис судорожно вцепилась в повод.
- Я не поеду, пока ты не объяснишь.
И, противореча сама себе, поспешно села в седло.

+2

4

- Это очень хорошо.
Телор невольно усмехнулся – пожалуй, так в происходящем был какой-то смысл. После освобождения из реданского плена состояние Нерис оставляло желать лучшего – физически, по уверениям целителей, ничего непоправимого, но вот эта привычка не задавать вопросов и делать всё, что попросят, без возражений - она сильно тревожила. Глупо, конечно, надеяться на то, что повторный побег может излечить последствия первого – такое и в страшном сне не приснится – но само наличие вопросов по меньшей мере внушало какую-то надежду на то, что не всё пойдет наперекосяк.
Помощь Нерис в этом деле представлялась ему тем лучом света, которого он был пока что лишен.
- Я объясню.
Кадваль обеспечил им несколько минут спокойствия - поэтому можно было торопиться, не впадая в панику, и попытаться вместить то, что следовало бы рассказывать детально за кружкой чего-то горячего целый вечер, в пару фраз:
- На императора покушались. И те, кто покушался, уверены, что их заказчик – я, и при этом они не врут. Как это может быть – я пока что не понял, понял только, что если не сбегу сейчас, в этом деле никто никогда не разберется, потому что проще повесить. Всё приходится делать самому, как обычно. Так что, прогуляешься со мной?
Беда действительно пришла, и хуже всего то, что он понятия пока не имел, откуда. Этот вопрос его терзал всё время, пока он добирался до дома, не прекратил терзать и сейчас, потому что измученный недосыпом разум отказывался складывать все части головоломки в единую картину и выдавать сколько-нибудь внятное объяснение произошедшему.
Оставалось понадеяться, что потом сложится.
- Так что если тебе по пути придет в голову, откуда в столице мог бы взяться мой двойник, будет хорошо, - несерьезно попросил Телор, как всегда в моменты нервного напряжения начинавший зубоскалить без возможности остановиться.

Они проскочили торговые ворота, воспользовавшись тем, что столицу массово покидали приехавшие на мидинваэрн торговцы из всех окрестностей – хорошо, что обошлось без жертв. Пролетели две или три мили на восток по тракту, ведущему в Кастелль Граупиан, потом свернули на проселочную дорогу, опасаясь патрулей. Не то чтобы разъезды бывали здесь часто, но не стоило забывать о своеобразном везении, неизменно преследовавшем обоих.
Вот с погодой везло – морозы отступили и было относительно сухо, а небо затянуло плотными, но высоко проходящими белыми облаками. Великое Солнце отвернулось от беглецов, предоставив им решать свои проблемы самостоятельно, и это было к лучшему – не слепило глаза, когда они завернули на запад, по направлению к морю, и промчались ещё несколько миль - перед тем, как дорога превратилась в развезенное бесы знают что, и пришлось перейти на шаг.
Что не давало окончательно сбрендить от происходящего – так это необходимость присматривать за Нерис. Было очень просто не переживать о собственной судьбе, когда нужно переживать о ком-то ещё – и за это Великое Солнце снова получило краткую благодарность от того, кто в него не верил.

- Жаль, эти идиоты не дотерпели со своим покушением до весны, когда начинает цвести миндаль, здесь было бы очень красиво, - легкомысленно заметил чародей тогда, когда стало ясно, что если за ними кто-то и гнался, то плюнул и развернулся на полпути, пытаясь не утонуть в грязи. Сами они там не утонули разве что чудом, сойдя с обсаженной миндалем дороги в прошлогоднюю бурую траву – там, как ни странно, было суше.
Это, конечно, было очень кратковременной передышкой и иллюзией безопасности. Выяснив, что главного дознавателя уже нет в столице, его немедленно начнут искать в землях тех, кто мог с натяжкой считаться его союзником. Не то чтобы мысли об этом не посещали голову самого Телора – скажем, можно было бы обратиться к графине Лиддерталь и попросить убежища, но у него были определенные сомнения в том, что это хороший вариант. Хотя бы вот и с точки зрения расследования, не говоря уж о том, что иногда руки графини Лиддерталь…
Нет, лучше сделать вид, что тебя вообще нет.
Так что все буераки центральной империи лежали у их ног – почти завидуешь сам себе.
- Предлагаю считать это незапланированным отпуском с… осложнениями. Я понятия не имею, с какого конца браться за всё это, но, наверное, нужно начинать с простых вещей. Хочешь выпить?
Карты у него не было, но память услужливо подсказывала, что если продолжать продвигаться на юг, быстро попадутся места, где удастся переночевать в тепле. А в лицо их, к счастью, пока что мало кто знал.

+2

5

- Нет. - Нерис отрицательно качнула головой и снова погрузилась в молчание.
В отличе от Телора, она не склонна была относиться к их положению легкомысленно: побег походил на отпуск ровно так же, как четвертование - на лечебную процедуру, и единственной причиной, по которой чародейка сейчас не заходилась в припадке ужаса, была все та же заполнявшая голову вата, приглушавшая все мысли и чувства. В ней милосердно терялось все, и плохое и хорошее, и Нерис с отрешенным равнодушием наблюдала за тем, как колотится, не имея возможности вырваться, стиснутая в плену тела истерика; как бьет в виски перекатывающееся в сознани паническое "не хочу" и как к горлу подкатывает клокочущий страх - лишь для того, чтобы в следующее мгновение отступить, так и не прорвавшись. Ей постоянно чудилась погоня - но за ними никто не гнался; ей казалось, что все - прохожие на улицах столицы, купцы у городских ворот, торговцы с обозами, которых они обгоняли - все они смотрят на нее так, будто знают, кто она такая и от кого пытается скрыться; и она поглубже надвигала на глаза теплый капюшон. Путники, надо сказать, встречались через каждую версту: тракт между столицей и Баккалой в это время года был особенно оживленным, и это играло на руку беглецам, давая возможность затеряться среди десятков торговцев, возращавшихся к морю после шумной мединваэрнской ярмарки.  Их дорога, не будучи ни опасной, ни особенно тяжелой, ощущалась какой-то удивительно долгой и торговый тракт казался бесконечным; холмы и лес перемежались с лесом и холмами, и обычный для этого времени года пронизывающий ветер немилосердно хлестал путников по щекам. В какой-то момент у погруженной в свои мысли Нерис создалось странное, полуреальное ощущение, что некой неведомой силой - немилостью ли Великого Солнца, или по воле северных богов - они обречены вечно тащиться по этой петляющей среди пыльных холмов дороге; что в жизни ее не было ничего, до и не будет ничего после - она ехала вот так вечно, а все остальные ее воспоминания - лишь неверный сон, от отчаянния принятый за явь.
К реальности ее возвращал только голос Телора - Нерис отвечала мало и односложно: да, нет, спасибо, конечно, не хочу - но про себя цеплялась за короткие фразы чародея, как за протянутую руку, не дающую скатиться в пучину беспамятства.
Когда так и не разгоревшийся толком день начал клониться к закату, чародеи, озаботившиеся поиском ночлега, познакомились с неприятной стороной происходящего: постоялые дворы, встречавшиеся на большаке довольно часто, были забиты до отказа. Постой беглецам удалось разыскать лишь затемно и в таверне, казавшейся Нерис чересчур дорогой для вынужденного путешествия, но выбирать не приходилось: что ночные переходы - затея дурная, чародейка узнала почти сразу, как начала свою карьеру перекати-поля - опыт этот вышел болезненным и повторять его в этих условиях Нерис не желала.
Зато тут были растения в кадках и засиженный мухами портрет императора - на входе; и здешний хозяин, обравшйися к Телору не иначе как "господин", обслюнявил Нерис руку со всей галантностью, на какую был способен; а за пару серебряных - сплошное разорение - можно было взять отличный ужин, который приносили прямо в комнату. Внизу сидеть возможным не представлялось: несколько купцов праздновали, по всей видимости, заключение успешной сделки с таким размахом, что от радости их время от времени подрагивал дощатый пол в комнате, а уж что творилось сейчас в зале...
- Что станет с Бюро?..
Вопрос этот был первой развернутым предложением, которое Нерис произнесла с того момента, как они выехали за ворота города. Она сидела стуле у окна, подобрав под себя ноги, рассеянно расчесывала волосы, и краем глаза наблюдала за тем, как во двор то и дело вываливаются захмелевшие гости праздника, проходившего внизу - из щелей в раме тянуло холодом, и острый серп морозной луны выглядывал из-за клочковатых темных туч только для того, чтобы в следующее же мгновение вновь недовольно в них закутаться.
Год перевалился через солнцестояние, - думала Нерис, подмечая, как низко над горизонтом сияет Козодой. Дальше будет лучше, думала она, осторожно заплетая волосы непослушными пальцами; дальше вся эта неповоротливая мешанина дней покатится к свету и солнцу, и тогда сделается легче. Им нужно только посидеть тихо, подождать, пока пройдет распутица и сойдет половодье - там, за рубежом весны, их ждут спокойствие и свет; но пока они заперты в холоде и темноте, и вынуждены бежать и прятаться.
Нерис не хотела бежать и прятаться, а всего остального - боялась.
Она выпустила из пальцев косу, словно на полпути забыла, как плести ее дальше, и по-детски просящим жестом протянула руку за успокоительной ладонью.
- Ты представляешь, кто мог это сделать? Подставить тебя?
Телору лучше было не знать, что она на самом деле думает о темноте и Козодое, и надвигающемся половодье; и она обманывала его, делая вид, что рассуждает правильно и ясно; будто бы ищет пути решения, как искала их всегда раньше; и, прижимаясь щекой к предплечью она говорила мудрое и уместное:
- Нам нужно понять, с чего начинать. Мы не можем просто бежать без цели. - и жмурилась, слушая, как по-мышиному шуршат запутавшиеся в серых облаках холодные звезды.
Она нравилась ему за способность, упав, всегда подниматься.
Ему лучше не знать, что она не может подняться.

Отредактировано Нерис (13.12.2017 10:35)

+3

6

- Не можем, - не догадываясь об обмане, согласился аэп Ллойд.
Он задавал себе этот вопрос – кто мог сделать, кто подставил, с чего начинать? - множество раз, и никак не мог нащупать ответ, а под вечер так почти отчаялся, хотя мысль сесть ровно и ждать чего-то от Великого Солнца, сложа руки, всё ещё представлялась нереальной и в голову не приходила.
Наверное, мы слишком сильно устали, - думал аэп Ллойд, осторожно оглаживая пальцем исхудавшую скулу, очерченную резкими тенями, в которых были ещё различимы неприятные, гадкие следы. Скверно вышло, просто отвратительно, неужели они вправду не могли подождать – пока ей не станет лучше и легче, пока она не привыкнет к дому и чистым, теплым простыням, пока не забудет хоть немного. Тогда побег можно было бы перенести легче, тогда это вправду стало бы чем-то вроде отпуска. Махнуть к морю и забыть про всё на неделю или две, а потом, так уж и быть, расследовать что-нибудь.

Может быть, если бы он уделял ей больше времени, было бы лучше?
Может быть (гнусная, поганая мысль человека, слишком уж привыкшего полагаться на собственное одиночество), если бы он вообще не уделял ей времени, покушения бы не случилось?
Нет, точно нет. Единственное, что он сделал неправильно – не сумел разыскать её раньше, а всего остального избежать было невозможно.
- Не знаю. Ни что будет с Бюро, ни кто это провернул, ни как. Может быть, дело в иллюзии, в амулетах… или в каком-то очень убедительном двойнике. Но это значит, что это сделал кто-то, кто очень хорошо знает меня в лицо, - Телор раздраженно дернул левое ухо с серьгой, потом вздохнул и осторожно положил руку ей на щеку.
Анализ не клеился - а жизнь медленно, но неуклонно катилась куда-то под откос.

Со стороны окна тянуло. Дознаватель невольно заглянул за подоконник, залитый лунным светом, как краской из вылитого горшка, рассеянно мазнул взглядом по хмельным гостям и крупным гранулам звезд, соляной россыпью застывших в черноте. Эта зима удалась слишком холодной, им будет непросто в этих бегах – особенно когда их начнут искать чародеи, и будет необходимо идти на жертвы.
Впрочем, от мысли, что ему придется озвучить то, что нужно надеть двимерит, к горлу подкатывала непривычная тошнота, не имеющая ничего общего с влиянием минерала на магов и очень много – с чем-то вроде чувства вины.
Не сегодня.
Может, завтра что-то изменится, и не придется?
- Отдохни, - мягко попросил Телор. Как бы он ни рассчитывал на помощь, не мог её требовать – совершенно очевидно, что спонтанная прогулка вышла утомительной, а сама её необходимость – слишком уж неприятным известием, чтобы с этим можно было что-то сделать быстро.
Со времени Кастелль Недд утекло очень много воды – тогда тоже было плохо, но по-другому, и они оба были целыми, а сейчас…
Сейчас Телор продолжал быть цельным – почти - козлом, а от Нерис осталась тень, и он никак не мог вернуть в неё жизнь. Побег может стать лекарством, а может добить – сколько этой тени осталось – и впору было бы, наверное, плакать, но он не умел.
Как и раньше, умел только действовать, но не знал, как и что делать.
Они слишком сильно устали. Скверным выходило начало года.

Не догадываясь об обмане, он, тем не менее, не мог позволить себе быть бесчувственным – этого хватало вдосталь на работе, но сейчас, так уж вышло, началась увольнительная.
Что не так?
Точней, что именно не так?
- Позже спущусь послушаю, о чем они там болтают, - вместо этого сказал маг, - может быть. Но могу остаться. Ты чего-то хочешь?
Нет, никогда ничего не хочет, и в этом и проблема. Порой ему малодушно казалось, что северянка с выпотрошенным мозгом чувствует себя на порядок лучше – эти мысли, настолько же гнусные и поганые, никак нельзя было себе позволять.
Чародей опустился перед стулом, помедлив, осторожно взял в ладони темную, тускло отдающую в свечном полумраке бронзой волну волос – и принялся переплетать заново, на островной манер.
Тихо, невесело рассмеялся:
- Знаешь, я даже рад. Теперь совершенно не занимает возня с документами, и не нужно никуда уходить по ночам.
Затянув черной лентой с собственных волос, он осторожно отпустил косу - островитянам она напоминала рыбий хвост – огладил ладонями плечи, потом, не сумев справиться со слабостью, опустил лицо, прижался щекой к прохладной ладони. Сам себе он казался бесконечно глупым и слепым – и, сатанея от этой глупости, одновременно желал и встряхнуть её, и, обняв, закрыть от всего мира.
Ебись там в три прогиба всё Бюро, он действительно устал. И наверное пришло время разбираться не только с политическими вопросами.
- Рад, - повторил Телор, - так что бес с ними, все дела завтра. Я могу что-то для тебя сделать? Горячая вода, одеяло, размять спину после езды? Рассказ на ночь?

+3


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Сюжетные квесты » [1271-1272] Время войне


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC