Правила Персонажи Сюжет Гостевая

Ведьмак: Меньшее Зло

Объявление

  • Приветствие
  • Новости
Добро пожаловать на форумную ролевую игру по циклу «Ведьмак»!
Время в игре: январь 1272.
Что происходит: гонения на ведьм и колдунов, война Нильфгаарда с Севером, мрачные монархические истории, разруха и трупоеды!
А если серьезно, то загляните в наш сюжет, там весело.
Кто больше всего нужен: реданцы, темерцы, партизаны, а также бойкие ребята с факелами.
31.10 АМС поздравляет всех со своим профессиональным праздником с Саовиной! По этому поводу открыт [праздничный раздел], в котором для празднующих найдутся и хороший тамада, и интересные конкурсы. Спешите принять участие!
14.09 [Мы перевели время на 1272 год], а также переработали сюжет и хронологию. Не болейте!
16.08 [Очень Важное объявление], просьба ко всем игрокам прочитать и при необходимости отметиться с пожеланиями.
14.08. Нашему форуму исполнилось целых ПОЛГОДА! С чем мы нас и поздравляем, [подробнее в объявлении], спешите поучаствовать в конкурсах и поздравить друг друга с тем, что злишечко стало побольше!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Личный уголок » [07.1255] Не буди лихо


[07.1255] Не буди лихо

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

https://i.neoseeker.com/ca/the_witcher_conceptart_vYBHC.jpg
Время: начало июля 1255, сразу после завершения событий рассказа "Последнее желание".
Место: Редания, окрестности Ринды.
Участники: Йеннефер из Венгерберга, Геральт из Ривии
Краткое описание: чародейка и ведьмак ищут легкого заработка, а находят неприятности.
NB!чародейка и ведьмак.

+1

2

Крыша корчмы ремонту не подлежала. Это становилось ясно даже при беглом осмотре, и если Йеннифер кое-что знала о людях, то еще и сулило долгое нытье корчмаря: у спасенные от смертельной опасности печаль, как правило, стремительно сменялась на почти детскую требовательность, и вместо благодарности за чудесное спасение горе-герои обычно получали ворох претензий по поводу качества этого самого спасения. Именно поэтому на месте горе-героя чародейка бывала редко и, чаще всего, случайно, а в этот раз собственный нежданый героизм представлялся ей скорее помехой, чем приятным дополнением ко всему произошедшему, отчего Йеннифер была полна решимости отказать корчмарю во всех его притязаниях, при необходимости подкрепив свою позицию крепким пинком и веским проклятием.
    Более страданий корчмаря ее беспокоил крах ее собственных планов, и когда краткий миг непрошенного счастья сменился отрезвляющим осознанием произошедшего, застигнутая им врасплох Йеннефер, к тому моменту уже спустившаяся с чарующего чердака на грешную землю, присела прямо на обломок разрушенного джинном здания и крепко призадумалась. Будущее рисовалось ей туманным: улизнувший джинн, очевидно, замене не подлежал; где искать нового (да и стоит ли) было непонятно; и в целом с заветным желанием стоило распрощаться до поры; виновник же всего этого сейчас мирно спал под обломками крыши корчмы. К виновнику прилагались его докучливый друг, его недалекие заказчики и еще целый ворох проблем, без которых жизнь чародейки ничуть не обеднела бы; и сам он вряд ли представлял себе, какие неудобства причинил честной женщине, а сама честная женщина с трудом могла предположить, какие все еще причинит впоследствии.
    Ну, может быть, не совсем честной. Может, и не такие уж неудобства. Йеннифер повела плечом, задумчиво коснулась пальцами шеи, пробежалась пальцами по ключицам и против воли усмехнулась: Тиссая де Врие, маниакально педантичная, в высшей степени принципиальная Тиссая своей ученице, тем не менее, всегда твердила о гибкости, которой, по мнению архимагистра, Йеннифер недоставало; и та могла бы вернуть упрек, но правоту наставницы относительно себя при этом понимала. Планы — даже самые тщательно продуманные, самые выверенные и дорогие сердцу, частенько меняются, и главное — не упустить в этом стремительном потоке событий крупицы искристого золота, проскакивающие то тут, то там.
    Джинна она упустила, зато в руку ей легло вот это — яркое и горячее, быть может, вопреки обещаниям ведьмака, недолговечное, но манящее своим чистым светом так сильно, как не манило ее еще ни одно желание, даже то, давнее и заветное, что она так и не сумела потребовать у джинна.
    Дают — бери, а бьют — беги.
    Йеннефер поднялась с камня; тщательно отряхнула черную юбку, накинула на растрепанные волосы иллюзию, и двинулась в сторону шумной площади — там как раз благодарный народ восторженно праздновал избавление от напасти и чествовал отважного ведьмака.
    Последний, к слову, мог принести кое-какую пользу и пострадавшей чародейке.

    — Я нашла нам заказ, — тоном, не терпящим возражений заявила Йеннефер, спустя час вернувшись под разваленную крышу корчмы.
    Устроившись на обломке балки, она беззаботно расчесывала смоляные волосы, и лишь вопросительно изогнула бровь в ответ на недоуменную гримасу разбуженного ведьмака.
    — Ну, чего ты уставился? Супруге здешнего барона покоя не дает какая-то образина, по всем признакам — пылкий любовник, но барон достаточно глуп, чтобы об этом не догадываться, а мы его разочаровывать не станем. Я поколдую, ты — состроишь достаточно страшную рожу и как следует припугнешь горе-любовничка. Деньги поделим честно: треть мне, треть тебе, на треть купим мне новое платье, это теперь никуда не годится. Ты в деле?
    В конечном итоге, лучше все же ведьмак в руке, чем джинн в небе.

Отредактировано Йеннефер из Венгерберга (12.10.2017 15:14)

+3

3

Где-то пару мгновений Геральт то ли надеялся, что ему все приснилось, то ли мечтал, чтобы нет - и дальнейшее наглядно демонстрировало, что мечты всё-таки исполняются. Не всегда к лучшему.
Для начала, он проснулся и обнаружил, что зачем-то спит на полу Эррдилевой корчмы в не самой приятной близости от обломка балки - в тот момент это казалось хорошей идеей, хотя бы потому что обоим участникам сцены было не до обломков. Сон явно пришел к нему не сам по себе, и благодарить за это стоило чародейку Йеннефер, а также спонтанные решения, о которых он еще пожалеет.
Что-то подсказывало, что не раз.
- Чувствую где-то подвох, - сказал Геральт, с трудом разминая неприлично затекшую шею, - но сделаю вид, что не понимаю, где. Этот барон, надеюсь, не в городе живет?
Отчего-то у ведьмака совершенно не было желания здесь задерживаться.

“Тебе собирались поставить памятник,” - сказал Эррдиль. Геральт решил, что это прибавляет еще один веский повод к веским поводам покинуть Ринду, как можно скорее - как правило, это говорило о том, что стоит герою выжить, как вместо памятника ему выставят счета, а единственный, по которому он хотел бы расплатиться (если без сарказма), это долг, собственно, Эррдилю за его многострадальную корчму. Не потому что чувствовал свою к этому причастность, а потому что эльф был всё-таки отличным мужиком и ничем не заслужил.
Насколько Геральт представлял себе стоимость платьев, которые носила Йеннефер, его доли должно хватить на ремонт.

- ...Надулся, конечно.
То, что ведьмак называл “никаких порталов”, а чародейка “конной прогулкой”, проходило в неловкой беседе, которую не украшали ни сарказм с одной стороны, ни его отсутствие с другой: Геральт очень старался сдерживаться, и от того чувствовал себя еще более деревянным, чем обычно.
- Джинн оказался не его, а насчет баллады мы договорились, что сочинять ее Лютик не станет, - туманно обрисовал Геральт, что на деле имело за собой короткую историю морального насилия и нескольких обещаний, - но все равно сочинит. К счастью, мы будем уже далеко.
Это было такое невозможное, странное и запредельное “мы”, что его хотелось несколько раз повторить. Может, мысленно, потому что если быть  кретином, то хотя бы не законченным.
Если я возьму ее за руку, думал Геральт, если я это сделаю, будет совсем глупо. Будет, как в дурацких лютиковых песенках для купчих. Или, того хуже, как в мечтах несовершеннолетних девиц. Невыносимо слащаво, неуместно и бессмысленно.
И,  раз уж лошади всё равно шли шагом, взял Йеннефер за руку.

+1

4

Все это очень глупо, думала чародейка. Глупо, ребячески и слащаво, как в песенках этого менестреля, в баллады которого она, слава богам, не попадет и не удостоится какой-нибудь приторной метафоры, от которой захочется потом плеваться. Все это неуместно, бессмысленно и не пристало колдунье ее возраста и положения, думала она.
Но руки не убрала. Проворчала только:
- Тогда пусть потрудится написать что-то хорошее. - и с безразличным выражением лица крепче сжала пальцами ладонь ведьмака.
С практикой в Ринде она уже мысленно распрощалась: как только радость от чудесного избавления пройдет, а пройдет она быстро, градоправитель примется считать убытки, а потом - думать, с кого за них можно спросить, и кандидатура чародейки, без того не слишком популярной у здешней публики, наверняка покажется ему лучшей из возможных. Йеннефер имела мало желания оплачивать ремонт чужих крыш, еще меньше - ругаться с градоправителем, а потому в уме уже прикидывала, кого можно было бы послать за вещами и куда эти вещи имеет смысл перевозить. Южнее, быть может? Хуже здешних морозов могут быть только здешние жители - впрочем, вряд ли в Темерии зима теплее, а люд приветливее.
Вернуться в Аэдирн, быть может?
Лес расступался перед ними, кони шли шагом и у чародейки в кои-то веки не было никакого желания спешить.
- Барон стар, - сообщала она по пути, - и, очевидно, глуп, зато жена его молода - и ровно так же глупа, но выгоду свою знает. Новости о том, что эти края проезжает ведьмак, оба обрадовались, как дети малые, так что готовься к тому, что на тебя станут пялиться и спрашивать всякое про глаза и мечи. Сыграй на этом, если удастся, намекни какие-нибудь ведьмачие сверхсилы, я не знаю... нам нужно быть эффектными. Кстати, об этом...
Йеннефер придирчиво оглядела дорожный костюм ведьмака и недовольно поджала губы.
- Потом закажем тебе новый дублет, - сообщила она, - а пока...
Одежда ведьмака изменилась незначительно, но перемена эта была достаточной для того, чтобы из оборванца с большой дороги Геральт превратился во вполне респектабельного наемника: засверкали потускневший пряжки, пропали царапины, вытертая кожа сделалась блестящей и . Чародейка придирчиво оглядела творение своих рук и удовлетворенно кивнула: иллюзия была проста, но добротна, до темноты хватит, а там никто уже и не различит потертостей на куртке. Вторая такая же легла на ее потрепанное - на рукаве надорвалась оборка! - платье, моментально принявшее роскошный вид: зазмеилась по подолу несуществующая вышивка, запачкавшийся белый вновь сделался кипенным и к пыльному черному бархату вернулся утраченный синий отлив.
Чародейка приосанилась.
- ..И подстригись. - подытожила она. - Но это потом. Смотри, почти приехали. Сострой надменную рожу... О, нет, не делай так больше, тебя будто удар сейчас разобьет, только пены на губах не хватает. Тогда просто будь собой... нет, чуть менее собой. Собой чуть лучше, чем ты есть - ну же, Геральт, улыбнись хотя бы... нет, знаешь, все-таки будь собой, у тебя это лучше всего получается. Нам нужно впечатлить их, а не напугать до икоты.
Ворота открылись, пропуская внутрь ведьмака и чародейку; и в замковом дворе их уже ожидали, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу хозяин здешних земель и его очаровательная супруга - оба выглядели, как свиньи в бантиках и источали ровно такое же поросячье дружелюбие. Рядом с их заказчиками и ведьмак, и чародейка выглядели так, что их принадлежность к одному и тому же роду - человеческому - казалась очень сомнительной. Йеннефер насмешливо дернула уголком рта, но тут же погасила улыбку, почти сразу переходя на деловой тон.
- Господин Воймир, - чародейка откинула с лица черную прядь, - мое имя Йеннефер из Венгерберга, а это - Геральт из Ривии, ведьмак. Нам сообщили, что у вас есть... проблема.
Боров постарше - господин Воймир - сделался встревоженным, хрюшка помоложе, до того бесстыдно пялившаяся на ведьмака, состроила печальную мину.
- Беда! - по-старчески трескучим голосом провозгласил он. - Какая уж там проблема! Беда самая настоящая! Это, господа, супруга моя, цветочек мой, моя Винифрида, кою образина сжить со свету желает.
Винифрида старательно разглядывала брусчатку и на пухлых щечках ее расцветал страдальческий румянец.

Отредактировано Йеннефер из Венгерберга (30.10.2017 20:06)

+3

5

Совсем немного времени понадобилось, чтобы понять - можно ничего не делать и предоставить чародейке разговаривать с окружающей реальностью, такой, какой она ее видела. Так всем было легче: она всласть не одобряла, Геральт не спорил, правда, попытка еще облегчить свою участь дежурным “угу” и “как скажешь” провалилась в самый первый раз, когда оказалось, что Йеннефер этого недостаточно. К счастью, на этот раз приступ спонтанного желания наставить на путь истинный всех, кто не успел убежать (а не успевал обычно, угадайте, кто) закончился довольно быстро, не успев ничего повредить по дороге.
К тому же, чародейка была зубодробительно права. От профессионалов ждут респектабельного вида и, чем мельче наниматель, тем меньше проявляет в этом здравого смысла.
Во всяком случае, когда дело касается ведьмаков.
Сам Волк серьезно задумался бы, увидев собрата во всем новом и блестящем.

От замка разве что пряником не пахло, в остальном он в точности воспроизводил собой шедевры кондитерского искусства, продаваемые низушками на зимних ярмарках. И обитатели были под стать, в этом пряничном углу барон выглядел как престарелый купидончик, а его женушка - как молодая, но оформившаяся купидониха.
В общем, проблема, она же беда, была ясна, как белый день, к дьяволу подробности - цветочек Винифрида явно завела себе сердечного друга, а супругу, то ли заставшему их, то ли о чем-то догадавшемуся, пожаловалась, надо думать, на докучливого кровопийцу. Не в первый раз, какое-то время это было даже модно, сваливать грех и утреннюю бледность на вампиров, якобы прекрасных и томных, которые являлись в спальни к девам и дамам, чтобы растлить их перед ужином.
Не счесть, сколько мужей и отцов на это повелось, и сколько проходимцев отлично развлеклось, имея в активе исключительно плащ с красным подбоем, смазливую рожу и полфунта мела. В общем, строя запрошенную рожу за плечом у Йен, Геральт был настроен весьма скептически.
Но недолго.
- ...Моя Винифрида так самоотверженна, - визгливо рассказывал “купидон”, - она опасается, что чудовище может причинить мне вред, и буквально жертвует собой, а я не могу смотреть на ее муки!
- Любимый, - заломила руки жертвенная его супруга, - я на все готова ради тебя!
У ведьмака был большой опыт сохранения каменного выражения лица, у Йен - определенно - тоже, поэтому оба взирали на спектакль с тщательно выверенным умилением, даже не переглянувшись, хотя у Геральта укоренилось ощущение, что они сейчас забрели в паршивый балаган - даром, что действо происходит не под засаленным пологом шатра, а посреди обставленного резной мебелью холла, похожего, скорее, на гостиные новиградских купцов.
Но пахло это всё совсем не карамелью.

- Йен, - осторожно позвал ведьмак, придерживая чародейку за локоть. Наклонился чуть ближе, без надобности, но чтобы вдохнуть запах ее волос - можно себе позволить, пока хозяева, нежно воркуя друг с другом, ведут “спасителей” осматривать оскверненную супостатом спальню.
- Медальон реагирует. На обоих.
И он всё еще продолжал неприятно вибрировать.

+1


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Личный уголок » [07.1255] Не буди лихо


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC