Правила Персонажи Сюжет Гостевая

Ведьмак: Меньшее Зло

Объявление

  • Приветствие
  • Новости
Добро пожаловать на форумную ролевую игру по циклу «Ведьмак»!
Время в игре: январь 1272.
Что происходит: гонения на ведьм и колдунов, война Нильфгаарда с Севером, мрачные монархические истории, разруха и трупоеды!
А если серьезно, то загляните в наш сюжет, там весело.
Кто больше всего нужен: реданцы, темерцы, партизаны, а также бойкие ребята с факелами.
31.10 АМС поздравляет всех со своим профессиональным праздником с Саовиной! По этому поводу открыт [праздничный раздел], в котором для празднующих найдутся и хороший тамада, и интересные конкурсы. Спешите принять участие!
14.09 [Мы перевели время на 1272 год], а также переработали сюжет и хронологию. Не болейте!
16.08 [Очень Важное объявление], просьба ко всем игрокам прочитать и при необходимости отметиться с пожеланиями.
14.08. Нашему форуму исполнилось целых ПОЛГОДА! С чем мы нас и поздравляем, [подробнее в объявлении], спешите поучаствовать в конкурсах и поздравить друг друга с тем, что злишечко стало побольше!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Потерявшиеся эпизоды » [10.01.1272] Стучат – закройте дверь!


[10.01.1272] Стучат – закройте дверь!

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

http://sf.uploads.ru/xku8p.jpg
Время: Вечер десятого января
Место: Нильфгаард, дом Онорады
Участники: Анейрын аэп Кынвайл и Онорада ла Марш
Краткое описание: Тяжелые времена — это не время для отчаяния, это время для того, чтобы найти ответы на свои вопросы.  Именно этим поиском и решил заняться командор «Имперы», отправляясь к той, у кого они могли быть.

+1

2

Без проблем, сумятицы и общей смуты в Империи, определенно, жилось слишком скучно, и пусть дел и задач обычно хватало всем желающим, а нежелающим, так и подавно, Анейрын порой удивлялся тому, как ровно и гладко все складывалось у него самого. Никаких покушений и поползновений в сторону сиятельных особ, никаких активных дворцовых заговоров и смертоносных интриг – словом, ничего такого, из-за чего пришлось бы попотеть. «Не иначе, как готовится что-то масштабное и на редкость гадкое», - думал он, и, к стыду своему, оказался совершенно прав. Вернее нет, не так, к стыду Кынвайла, в тот день вся «Импера» смотрела куда-то не туда. И ладно бы, гвардейцы были мертвецки пьяны, сбиты с толку или запутаны и ослеплены, но нет, ничего подобного – он сам проверял и мог бы поручиться за каждого из бойцов – однако, случилось то, что случилось, - Его Величество просто исчез. Неизвестно куда и неизвестно с кем. И никто не знал, где теперь его искать и как защищать. «Вероятно, где-то там», - рассуждал Анейрын, готовый указать на любую точку на карте, - «А может быть вон там, или вот здесь». Безнадежность. Безысходность. Полное неведение. Вот что, в итоге, обрели те, кто должен был знать о каждом шаге Императора. И можно бы было подать в отставку или с позором взойти на плаху, но принимать прошение и судить было некому – делай себе, что хочешь, и действуй, как считаешь нужным. Полная свобода. Полная задница, как полагал Кынвайл. Нет, он не боялся ответственности и не стремился сбежать от долга, понимая, что никто за него его ошибки не исправит, но решительно не знал, с какой стороны начать, кого схватить и отправить в гости к господам дознавателям.
К счастью, кое-что прояснилось довольно скоро. Его Величество пропал не один. Вместе с ним счастливо исчез Телор аэп Ллойд – глава Бюро Особых Расследований и, по совместительству, проклятый чародей. Этих фактов для полноценного обвинения, конечно, было ничтожно мало, но лучше что-то, чем ничего, и командор «Имперы» радостно ухватился за эту версию, не забывая, впрочем, поглядывать по сторонам и внимательно слушать. Как не крути, а за покушением мог стоять кто угодно и в каких угодно количествах, а на воображение Анейрын никогда не жаловался, как не жаловался и Ридо, иначе не ходил бы таким осунувшимся и нервным. Как выглядит он сам, мужчина предпочитал не задумываться и у зеркала не спрашивать. Не за чем. Наверняка, рожа была такая, что лицом назвать не повернется язык. Подчиненные, по крайней мере, шарахались и аккуратно ходили по стеночке, боясь подвернуться под руку в дурной момент. Разговор у командора со страждущими в последнее время был коротким. Много спрашиваешь – в гости к дознавателям, затих и не показываешься на глаза – тоже туда же. Правда, пока бестолково, но Кынвайл верил, что кто-нибудь непременно что-нибудь вспомнит. Не бывало так, чтобы никто ничего не знал и не видел. Нужно лишь отыскать подходящего кандидата и развязать ему язык. Мастеров же дела сего в Великой Империи всегда было вдосталь.
«Нужно подождать результатов. Просто подождать первых докладов», - думал Анейрын, меряя шагами собственный кабинет и раз за разом просматривая документы, которые помнил почти наизусть, - «Или поискать самому. Обратиться к тому, кто может что-то знать. И раз пока у нас только один обвиняемый…» Мужчина морщился каждый раз, доходя в рассуждениях до того места, где нужно было пообщаться с чародеем, но время шло, ситуация решительно не менялась, обещая выйти из-под контроля, и командор сдался, отправляя слугу к госпоже ла Марш, с коей был неплохо знаком по некоторым делам относительно недавнего прошлого. Тогда женщина проявила себя верной слугой Империи и Императора, но с той поры все могло измениться. Иногда люди меняли сторону и в более короткие сроки. Кынвайл помнил о том, не стремясь доверять Оноре, однако, встречу все равно назначил и пришел на нее в гордом одиночестве, оставив людей на других офицеров.
- Добрый вечер, леди ла Марш, - обратился он к чародейке, когда слуга соизволил проводить его к своей госпоже, - Я признателен за то, что Вы согласились меня принять, и обещаю не отнимать у Вас лишнее время. К тому же, уверен, Вы понимаете, что именно меня сюда привело. Ничего не хотите мне рассказать?
Анейрын поинтересовался сухо, особо и не надеясь на положительный или развернутый ответ, и с интересом огляделся по сторонам. Дом, как дом. Гостиная как гостиная, но в убежище магички ловушки и интересные вещи могли быть запрятаны весьма хитро, умело и ловко.

+2

3

В последнее время, дела шли хорошо, но не её маршрутом. Бюро было распущено, начальник сбежал неизвестно куда, а сама Онорада томилась от неведенья и бездействия, изредка разбавляя свой досуг незначительной помощью сирым и убогим. Разумеется, и никаких гостей она принимать не жаждала, искренне надеясь, что командор "Имперы" так и не соизволит  почтить её скромную обитель своим совершенно нескромным присутствием. Однако, как оказалось, чародейкам тоже свойственно ошибаться. «Нет, ну принесла же его холера!», вспомнив, куда именно носит холера своих подопечных, Онорада поморщилась, кивая слуге и всё же позволяя аэп Кынвайлу пройти дальше порога. К счастью, мужчина оказался один, благоразумно не потянув за собой толпу из вооруженных солдат.
   — Здрасьте, здрасьте, какое счастье! Чем я обязана Вашему визиту? — Ясно же “чем”, цепной пес Императора пришел вынюхивать, не знает ли Онорада чего-то эдакого, способного помочь ему разобраться во всем происходящем. К сожалению Айнерына, ла Марш ничего толком не знала, а знала бы, все равно не сказала, ибо это дело касалось всех дознавателей и её в частности, причем в личном порядке. Впрочем, из визита командора можно было извлечь пользу. Пусть Нора никогда не славилась мастерством выуживать сведенья так, чтобы несчастный ничего не заподозрил, но попытаться стоило, тем более что сейчас она совершенно ничего не теряла. «С места, да в карьер, уважаю» — вопрос, заданный с порога, её не удивил. Она знала аэп Кынвайла шапочно, но уже тогда было понятно, что мужчина не привык тянуть кота за яйца.
   — Хочу! Вот знаете, хочу. Здесь на соседней улице из канализации отчетливо воняет мертвечиной, вы бы проверили на досуге, пока не завелось там чего.  —  Хоть тон чародейки был серьезнее некуда, но в ее глазах плясали озорные огоньки.  — Чаю или чего покрепче? — Раз уж им предстояла длинная беседа, Онора предпочитала вести её в неформальной обстановке, на правах хозяйки дома вольготно располагаясь в излюбленном кресле возле камина. Для мужчины же выбор был не велик: занять кресло напротив или ютится на стуле за её письменным столом. Конечно, оставалась ещё софа, однако располагалась оная слишком далеко от кресла чародейки, с кой Айнерын намеревался побеседовать. — Полагаю, что мой ответ вас не удовлетворил? — Даже несмотря на молчание, Онорада легко уловила недовольство мужчины. Оно читалось на его лице, по коему весело плясали блики каминного огня.
   Судя по всему, им предстоял интересный разговор. Чародейке очень хотелось, чтобы он был еще и содержательным, а не ограничивался лишь одним перетягиванием одеяла на свою сторону. Норе нужны были ответы, командор пришел в её дом по той же причине. Только вот сумеют ли они удовлетворить общее любопытство, или их разговор будет всего лишь пустой болтовнёй, в бесполезной попытке вытянуть из собеседника информацию?  Нора усмехнулась, поблагодарив слугу за только что принесенный чай, чародейке было интересно, как будет протекать их беседа и к чему она в итоге приведет.
   — Честно говоря, я удивлена, что после случившегося вы решились прийти в мой дом без сопровождения.  — Разумеется здесь ему ничего не угрожало, ну, по крайне мере, ничего из того о чем Онорада могла знать, или в чем она могла участвовать. Глоток горячего чая согрел её нутро, а тепло от него растеклось по всему телу. Хорошо. В своём доме чародейка чувствовала себя в безопасности, а потому могла позволить себе расслабиться и не думать о поддержании репутации сдержанной дознавательницы Бюро. Бывшей дознавательницы. Сейчас вспоминать обо всем этом было неприятно, и Нора поморщилась, обещая себе, что сделает все возможное ради восстановления честного имени своего начальника. Они сделают всё возможное, ведь никто из бывших сотрудников БОР не собирался сдаваться под гнётом трудностей судьбы, складывая лапки и покорно идя ко дну.

+1

4

На первый взгляд, ничего необычного в доме Онорады не имелось. Не было похоже, чтобы чародейка готовила для своего гостя западню или парочку неприятных сюрпризов, но Анейрын все равно предпочел не расслабляться и устроился в кресле лишь тогда, когда его собеседница разместилась у камина и предложила чай. Если быть точным, она предложила выбор, однако, командор «Имперы» предпочитал не пить вино в сомнительной компании, а потому решение его было более, чем очевидным. По крайней мере, для тех, кто знал его чуть лучше, чем «виделись пару раз».
- Чай, - проговорил Кынвайл, совершенно не меняя ни тона, ни выражения лица. Доброжелательностью от него не веяло вовсе, как не тянуло и дружелюбием, но само появление его на пороге леди Ла Марш уже должно было сказать чародейке, что гость ее пришел не за тем, чтобы обвинить хозяйку в заговоре против короны и сопроводить в места не столь отдаленные.
- Следить за чистотой канализации и городских стоков – не моя задача, - добавил Анейрын, - но если Вы не смогли дойти до нужного ведомства, то я, так и быть, передам Ваши подозрения кому следует. «Не хватало нам еще новой заразы».
Командор чуть дернул губами и, приняв чай из рук слуги, вежливо ему кивнул, давая понять, что в лишних ушах они с Онорадой не нуждаются. Разумеется, в это доме распоряжался отнюдь не он, и не ему было отдавать распоряжения челяди, однако, мужчина слишком привык держать все под контролем, и не собирался отказываться от полезной привычки. К тому же, чародейке стоило уяснить одну простую деталь: она осталась в своем особняке, в безопасности и без дополнительной охраны лишь потому, что может быть полезна и удобна. Кынвайл надеялся, что дознавателям Бюро это и так известно, однако, полу шутка леди Ла Марш убедила его в обратном. «Проклятые чародеи», - заметил он и откинулся на спинку кресла, - «Судя по началу, разговор нам предстоит долгий».
Это угнетало и раздражало, как и всякое отступление от планов и личных желаний, но в последние дни дерьма было слишком много, чтобы злиться еще и на эту малость. Тем более, для подобных бесед требовалась исключительная трезвость рассудка, не затуманенная ни эмоциями, ни алкоголем.
- Нет, Ваш ответ меня не удовлетворил, - произнес Анейрын, - но Вы это знаете и без моих уточнений. Как знаете и причину моего к Вам визита. Мы с Вами, конечно, можем поиграть в игру под названием «ничего-не-понимаю-и-не-желаю-понимать», но давайте не будем тратить время друг друга. Меня интересует, что Вы знаете о декабрьском покушении на жизнь Его Величества, а также о том, чем занимался в последнее время Ваш начальник, и где он может находиться сейчас. Вас же, наверняка, беспокоит Ваше собственное будущее и нынешнее положение. Уверяю Вас, леди Ла Марш, наши интересы взаимосвязаны, если Вы, конечно, ничего не скрываете и ни в чем не замешаны. Я со своей стороны уже продемонстрировал Вам свое отношение к произошедшему и к Вам лично. Если бы я хотел Вас обвинить, разговаривали бы мы в совершенно другом месте и в несколько более широком кругу. Потому я предлагаю Вам оставить забавы и перейти к делу.
Командор «Имперы» хмыкнул и внимательно посмотрел на Онораду. Опасная чародейка она была мила, привлекательна и довольно любезна, но что крылось за приятным выражением ее лица, мужчине еще только предстояло разгадать. «Надеюсь, обойдемся без мрачных тайн и умельцев», - заметил Кынвайл, - «Не хотелось бы портить то, что Вы так тщательно создавали и так старательно поддерживаете. Женщины в определенных местах смотрятся откровенно безобразно». Анейрын кивнул, предлагая собеседнице начать, и, наконец, соизволил притронуться к чаю.
- Вы знаете, что меня интересует, - настойчиво повторил он.

+1

5

Наверное, он был собеседником неглупым, а иногда ещё и весьма интересным,  с которым можно было молча спорить, молча посмеиваться над ним и, разумеется, не верить ему. Онораде хотелось узнать о нем что-нибудь чрезвычайно интересное, и она собиралась приложить все усилия, чтобы этого добиться. Ведь для чародейки, наделенной наблюдательностью, не было ничего занятнее, чем созерцание живого калейдоскопа человеческих эмоций. Нору искренне забавляла его выдержка и сосредоточенность, но ей не нравилась его речь — холодная сдержанность очевидца, бесстрастное свидетельство обвинения. Она всё ещё не верила в вину своего начальника, и не собиралась подставлять его исповедью такому человеку как Айнерын. Не дождётся!
   — Да вы не волнуйтесь так, а то ещё сердце прихватит и что мне потом с вами делать? — Её голос прозвучал без нотки иронии и тени сарказма, а весьма ехидную улыбку очень просто спрятать за чашкой ароматного чая, который так вовремя успел преподнести слуга. На вид ла Марш нельзя было дать и тридцати лет, чем она весьма беззастенчиво пользовалась. Впрочем, на то она и чародейка, чтобы выглядеть намного младше своего истинного возраста.  Знал ли о подобном коварстве аэп Кынвайл? Он просто не мог об этом не знать. — Когда это вы успели продемонстрировать своё отношение ко мне? Не припомню никаких демонстраций, а на память я жаловаться не привыкла! — Она ещё хотела добавить, что никогда бы не забыла подобное, но все же поостереглась. Онорада славилась скверным характером и умением выводить людей из себя, однако чародейка никогда не была хамкой. Ну, почти никогда.
   Ловя долетающие до неё реплики командора “Имперы“, Нора впитывала информацию, отчаянно пытаясь понять, почему именно сейчас и почему именно она. Девушка собиралась всенепременно вернуться к этому разговору. Тема интересная. Тем не менее, сейчас её больше печалило то, что Айнерын не бросился в разговор, словно на амбразуру, совершено позабыв о том принципиальном недоверии, с которым такие как он всегда относились к чародеям. Тогда было легче, намного легче. Впрочем, Онорада не привыкла сдаваться без боя и угроз она тоже не боялась, иначе уже давно не работала бы в Бюро коронером.
   — Я похожа на ревнивую жену, чтобы следить за каждым шагом моего шефа? Должна вас расстроить — он мне не отчитывался, но... — Ла Марш не собиралась быть откровенной, как и не собиралась принимать чью-то сторону, по крайне мере настолько очевидно, однако обида за начальника и Бюро в целом взяла вверх над благоразумностью. — Я не верю что это он. Отказываюсь в это верить. Вам придется потрудиться, чтобы убедить меня в этом, — чародейка действительно не знала ничего, что могло бы помочь ему в этой ситуации. А если бы знала, то сия информация благополучно утекла бы в совсем другие уши. В конце концов, бывшие дознаватели БОР не собирались сидеть сложа руки, пока честь Телора аэп Ллойда с удовольствием полоскали в нечистотах, обвиняя оного во всех грехах. Это касалось всех и каждого, кто работал в Бюро. Это касалось и её.
   — Конечно, знаю, то же, что и всех мужчин. — Она кокетливо улыбнулась, подавая те самые знаки внимания, которые, обычно, ожидает увидеть любой мужчина в присутствии столь очаровательной дамы. Закинув ногу за ногу так, что ее бедро, словно случайно, оголилось, Онорада старательно выводила его из себя в простом расчете на то, что взбешенным собеседником манипулировать куда легче, чем спокойным. Поведется на провокацию — отлично, взбесится — ещё лучше. Чародейка совершено ничего не теряла от своей маленькой игры, хоть и не собиралась вступать в открытую конфронтацию. Играй в свои игры, если тебе так хочется. Но не больше. Не заходи слишком далеко, сейчас не время заводить врагов.

Отредактировано Онорада ла Марш (13.10.2017 20:22)

+2

6

Разговаривать с чародейками всегда было непросто. Направляясь в скромную обитель Онорады, Анейрын помнил об этом, но все равно надеялся на короткий и содержательный разговор. Нет, не так. Полагал, что женщина воздержится от витиеватых речей, громких заявлений и сомнительных утверждений, однако, получил то, что меньше всего желал слышать – саркастичные замечания и ухмылки, спрятанные за дорогим фарфором аккуратной чашки. «Ну что ж…» Это было не удивительно и не ново, но неприятно, и мужчина все же позволил себе коротко хмыкнуть и несколько раздраженно закинуть ногу на ногу. В остальном же он остался совершенно бесстрастным, если не сказать равнодушным. Происходящее, казалось, совершенно не заботило его, а все сказанное просто не могло удивить. Он будто заранее знал ответ и пришел лишь затем, чтобы проверить догадку.
- Не извольте беспокоиться, - небрежно обронил командор «Имперы», - Я не доставлю Вам таких неудобств. «Как не доставлю и прочих, если Вы не продолжите упираться».
Озвучивать мысль Кынвайл не стал. Он мог бы опуститься до угроз и шантажа, но не имел на это ни желания, ни, к сожалению, возможностей. Для подобных тонких бесед ему не хватало хитрости де Ридо, и Анейрын того, в общем-то, не скрывал, предпочитая действовать прямо и откровенно. Он пришел к проклятой чародейке в гордом одиночестве. По сути, одно это было доказательством его намерений, но леди ла Марш толи не захотела задуматься, толи таки предпочла изобразить святую невинность. Жаль.
- Раз Вы ничего не заметили, значит Вы не внимательно смотрели и невнимательно слушали, - проговорил командор, опускаясь до разъяснений. Он редко снисходил до подобного, однако, сейчас предпочел не производить впечатления невоспитанного хама и недоумка, любящего разбрасываться словами. Как минимум, подобное впечатление было бы неверным, как максимум – оскорбительным, - И, повторюсь, я никого и ни в чем сейчас не обвиняю. Ни Вашего бывшего начальника, ни лично Вас. Мне не в чем Вас убеждать. Я, как и Вы, предпочту отыскать и отправить на плаху истинного виновника покушения. И, снова повторюсь, сотрудничество в этом вопросе выгодно нам обоим. Думаю, Вы хотите вернуть прежнее положение. Вот и потрудитесь не ради меня, но ради самой себя и своего доброго имени.
Кынвайл сделал упор на слово «себя» и отпил немного чая. Слова его прозвучали несколько грубее, чем он изначально планировал, но добавлять им мягкости уже было поздно. Впрочем, ничего ужасного в том не крылось – их разговор с Онорадой все равно откровенно не вязался, и чародейка решительно не желала внимать гласу разума. Может быть, то говорила в ней обида, а может быть и гордость. Анейрын не взялся бы утверждать, что из этого хуже, но понадеялся на благоразумие. В конце концов, он не лгал, когда говорил, что пообщаться они могут и в другом месте и при иных обстоятельствах – от безысходности опустишься и не до такого. «Хорошо бы, чтобы Вы это понимали», - заметил мужчина, - «Но Вы, похоже, понимаете не это, и намерены сыграть со мной совершенно в другую игру».
Командор «Имперы» опустил глаза и приложил к губам изящную кружку. Что говорить, Онорада была хороша собой и, определенно, знала, как этим пользоваться. Взгляд даже против воли цеплялся за соблазнительные формы, а теперь их еще и так невинно продемонстрировали. В общем, посыл был очевиден. Чародейка хотела вызнать, как можно больше о том, чего ей следует ожидать, но Кынвайл совершенно не собирался об этом рассказывать. Даже в изменившихся обстоятельствах. Он никогда не занял бы должность, если бы одной провокации хватало на то, чтобы сломить его выдержку.
- Может быть, и так, - добавил Анейрын, - Но сейчас я предпочту поговорить на другую тему и, если нужно, то я напомню. Меня по-прежнему интересует, что Вы знаете о декабрьском покушении и участии в этом Вашего Бюро. Заметьте, я не обвиняю Вас. Я спрашиваю Вас о том, что Вы, возможно, заметили и чего, вероятно, не заметили ни мои люди, ни лично я.
Мужчина замолчал, делая внушительный глоток. Ему уже начало казаться, что они с леди ла Марш ходят по кругу, однако, сдаваться сейчас было еще слишком рано.

Отредактировано Анейрын аэп Кынвайл (16.10.2017 17:49)

+1

7

Ах, эти завуалированные угрозы и попытки надавить на хрупкую женскую психику своим... влиянием. Похоже, что Анейрына не учили — угрожать чародейке в её собственном доме, не только дурной тон, но ещё и глупость, граничащая с самоубийством. «Интересно, как много людей знает о том, что вы здесь?»  О, нет-нет, несмотря на подобные мысли Онорада совершенно не собиралась причинять командору “Имперы” вред. По крайней мере, физический, ну, разве что он сам об этом попросит.
   — Не горячитесь так, Командор, а то ваша броня растает! — Под кислым лицом аэп Кынвайла можно было смело вешать табличку с веселой надписью: «жизнь не удалась, но в остальном все в порядке». Впрочем, Нору это лишь позабавило, как и его тщетные попытки воззвать к её совести и здравому смыслу. Нет, разумеется, ла Марш желала вернуться на прежнюю должность в БОР, за столько лет работы чародейка слишком прикипела не только к самой работе, но и к веселому коллективу. И это не считая того, что служба в Бюро хорошо оплачивалась и считалась элитарной.  — Вам не стоит беспокоиться за Моё честное имя, с этим я вполне разберусь сама. — Его слова совершенно не убедили Онораду, а вероятность, что любое сказанное ею слово, будет использовано против начальника, вынуждала девушку молчать. 
   — А насчет моего внимания, ну как я могла обделить им Вашу персону? — В голосе чародейки прозвучал смешок, а в глаза плясали озорные бесенята. Командор “Имперы“ оказался куда сдержанней, чем она предполагала, однако Онорада умела достать любого до печенки, и вытрепать нервы. — Спешу огорчить вас — наше Бюро не участвует в сомнительных предприятиях, а если мой шеф и был на месте преступления, то это не более чем совпадение, хотя я больше склоняюсь к варианту с подставой.  — Разумеется, Анейрына совершенно не интересовало её мнение по этому вопросу, потому она и поспешила его высказать, не собираясь сообщать мужчине ничего из того, что в будущем могло пагубно отразиться на всех бывших работниках Бюро. Интересно, поверил бы он ей, скажи Онорада, что ничего не знает? Вряд ли, ведь мужчины подобные аэп Кынвайлу просто уверены — верить чародейкам нельзя, они ведь гнусные и коварные создания. Впрочем, вскоре ему придется убедиться в этом лично.
   Всё, — пришла к неутешительному выводу ла Марш — закончился в пороховницах порох. Тем не менее, сдаваться чародейка не соглашалась. Запретный плод всегда сладок, а неприступный мужчина не более чем миф. «Так продолжим же нашу увлекательнейшую дискуссию!».  Пожалуй, Норе стоило отдать ему должное, мужчина был упрям и настойчив в своём желании, во что бы то ни стало выяснить истину, добытую как награда за долгий путь к правде, а его преданность императору не вызывала никаких сомнений. Похоже, что для командора это было личным. Он явно считал случившееся своей промашкой, в итоге обернувшейся настоящим кошмаром, а значит, Анейрын пойдёт на все, дабы исправиться сложившуюся ситуацию. Только не за мой счет, — усмехнулась Онорада, решив продолжить свой импровизированный спектакль.
   — А может…— вкрадчиво произнесла чародейка, принимая более соблазнительную позу, — может это всё не более чем предлог, и на самом деле совсем иная причина привела Вас в мой дом? — Уже давно она не позволяла себе подобных развлечений, как и не позволяла себе искушать судьбу, намеренно испытывая терпение мужчины и наслаждаясь его реакцией на свои слова. — Признайтесь, Вы ведь не просто так пришли именно ко мне. — В словах Онорады, разумеется не считая откровенного ехидства, была ещё и крупица истины. Помимо неё в Бюро работало ещё немало чародеев, но почему-то с допросом пришли именно к ней. И чем только, спрашивается, заслужила подобную честь? Весьма сомнительную честь.

+1

8

Язвить, похоже, было давней привычкой Онорады. За время прошлых их бесед Анейрын как-то не успел отметить эту черту проклятой чародейки, но теперь сполна наслаждался далеко не самым завидным и похвальным из качеств. Благовоспитанные леди подобные особенности, как правило, скрывали до поры, но госпожа ла Марш наверняка считала себя в праве прятать достоинства и выпячивать недостатки. Что ж, знавал командор и таких, и, как правило, они его раздражали. Раздражала и Онорада, но не на столько, чтобы прервать беседу и уйти не солоно хлебавши. Не для того он это все затевал и начинал, чтобы наесться воображаемой дулей.
- Вам, видимо, никогда не доводилось общаться с теми, кто имеет обыкновение горячиться, - протянул Кынвайл, поднимая на собеседницу совершенно бесстрастный и холодный взгляд, - Да и моя броня выкована отнюдь не из сахара и глазури.
Пустое уточнение, ничего не стоящее и ни к чему не обязывающее. Будь мужчина, хотя бы, в сносном расположении духа, к словам придираться не стал бы, однако, сейчас каждая нелепость, оброненная леди ла Марш, дополняла и без того переполненную чашу его терпения. «Много слов и ничего по сути», - заметил Анейрын, - «Бесполезная трата времени, которое можно было бы провести с пользой. Еще немного, и Вы заставите меня пожалеть, о том, что я не прислал Вам личного приглашения в палаты для откровений. Глядишь, там Вы не вели бы себя столь вольготно». Командор отставил полу пустую чашку на небольшой столик, стоящий между креслами, и неторопливо постучал пальцами по подлокотнику кресла. «Вы испытываете мое терпение», - подумал он, - «И, видимо, полагаете, что оно бесконечно. Опасное суждение. А впрочем, что Вам еще остается делать? Подставлять своего сбежавшего начальника Вы не хотите, ничего стоящего предложить не способны, а выставить меня за дверь просто не можете. Будь Вы не чародейкой, Вы смели бы оскорбиться, но магия и положение лишают Вас и этого простого женского права. Но, постойте, что Вы сейчас сказали?»
Вопреки мнению Онорады, Кынвайл не только был готов ее выслушать, но и хотел этого, а потому пропустив мимо ушей несколько громких и высокопарных заявлений, ухватился за смелое предположение собеседницы. Признаться, он думал об этом и сам (да о чем он только не успел подумать за время поисков Его Величества и виноватого во всем ублюдка), но так и не смог раскрутить и развить идею. Для этого у него было слишком мало доказательств, и слишком много подозреваемых. По мнению мужчины, сбрасывать со счетов было нельзя никого, в том числе и леди ла Марш, слепо верить которой было затеей опасной и неразумной. И, тем не менее, Анейрын счел возможным явиться к клятой чародейке и выслушать ее мнение.
- Значит, Вы полагаете, что Вашего бывшего начальника подставили? – протянул он, не столько спрашивая, сколько утверждая, - И кто же, по-вашему мог это сделать? Быть может, у Вас даже подозреваемые есть?
Командор тихо хмыкнул. Побеседовав с Онорадой несколько минут, он уже не очень-то верил, что женщину вдруг потянет на откровения, но все равно на что-то еще надеялся. В конце концов, это было приятнее, нежели увериться в собственной беспомощности. Хотя… В ней он и так уже убедился. Если бы нет, ни за что не ступил бы на порог чародейского логова. И даже странно, что его собеседница не поняла сего до сих пор. Впрочем, ему же лучше. Если леди хочет заблуждаться и строить глазки, вместо того, чтобы думать, он, так уж и быть, ей подыграет.
- Разумеется, не просто так, - честно признался Кынвайл, даря собеседнице надежду на успех уловки, но тотчас же отобрал ее, - Совсем недавно Вы говорили, что не жалуетесь на потерю памяти, а, значит, должны помнить, что мы с Вами уже имели удовольствие встречаться. Ваша ответственность и умения тогда позволили мне составить о Вас определенное положительное мнение, и именно оно подсказало мне Вашу кандидатуру. «Считайте, что Вы просто оказались не такой стервозной и самоуверенной, как остальные Ваши коллеги».
Озвучивать мысль Анейрын не стал. Конечно, его не смутила бы и подобная прямота, но откровенничать с Онорадой он не планировал. Пусть думает, что хочет, и делает такие выводы, какие ей нравится. Может даже решить, что он ее похвалил. Иногда женщины на это покупались. Особенно те, что не пользовались у мужчин спросом.

+1

9

Вопреки всем её надеждам, аэп Кынвайл продолжил строить из себя рыцаря без страха и упрека, оставаясь нарочито безразличным ко всем её уловкам и словам. Впрочем, упрек в его сторону у Онорады все же был, ведь мужчина посмел выставить чародейку едва ли не самым слабым звеном среди других дознавателей Бюро.  Он не выразил это словами, нет, для этого Анейрын был слишком умен, однако Онорада прекрасно умела читать между строк, тут же недовольно поджав губы и откинувшись на спинку своего кресла. Глухой гнев медленно закипал в ее душе, что, впрочем, совершенно не отразилось на лице чародейки. За столько лет Нора научилась контролировать свои эмоции не доставляя противникам такого удовольствия.
   — Ох, право слово, не делайте вид, будто вас интересуют мои догадки! — Она не верила в благородно напускные слова мужчины. Как и не верила в то, что цепной пес Императора способен взглянуть на ситуацию трезво и спокойно, позабыв свои предрассудки и отринув прежние версии с обвинением в сторону её начальника. Его слова были всего лишь удобной ложью, призванной усыпить бдительность “наивной“ молодой чародейки, кою Анейрын видел пред собой и коей её считал. Только вот мотив его странного визита, Онораде всё ещё был неведом.
   — Такие как вы, мсье аэп Кынвайл, не видят ничего дальше своего носа, особенно, когда под рукой есть козел отпущения на голову коего можно свалить все грехи. — Похоже, что после столь резких слов, чародейке предстояла большая буря, но, считая себя правой, Онорада не чувствовала за собой вины. Конечно, Анейрын легко мог вставить палки в колеса её счастливой и беспечной жизни, да вот только жизнь чародейки, в последнее время, итак катилась козе в трещину. Деятельность Бюро приостановлена, аэп Ллойд скрывается, а сама ла Марш мается, словно неприкаянная, в пока ещё тщетных попытках выяснить, что все-таки случилось и кто повинен во всем этом хаосе.
   — Или вы рассчитываете, что я куплюсь на скудные комплименты и выложу вам все как на духу? — Пожалуй, её действительно можно было считать самой ответственной, учитывая страсть чародейки к работе и её увлеченность делами Бюро, да вот только применять свои знания и навыки, она предпочитала исключительно в кругу друзей, в ряды коих Анейрын, на данный момент, не входил. — Единственное, что мне пока непонятно… — плавно поднявшись с кресла, она в задумчивости прошлась по комнате, помимо воли выдавая собственную заинтересованность этим загадочным мужчиной.
   — Почему вы не пришли сюда со стражей? Мне всегда казалось, что для вас предпочтительнее беседа в форме допроса, а не допрос в форме беседы. — В прошлый раз он показался ей умным, циничным и рассудительным, а его взгляд — жестким, словно солдатский мундир, что совершенно не вязалось с нынешним добродушием и заботой о её благополучии в целом.  — Разве что ваше положение настолько бедственное, что вы хватаетесь за любую соломинку.  — Онораде и Бюро в целом не помешал бы такой союзник, да вот только можно ли было ему доверять? Как всё сложно — выдохнула чародейка, допивая свой чай и вновь наполняя кружку до самых краев.
   — В связи со сложившейся ситуацией у меня есть к вам встречное предложение, — она смотрела на него так внимательно, так требовательно, словно подозревала какой-то подвох. — Поделитесь со мной информацией, и я поверю, что мы с вами плывем в одной лодке. — Небрежно закинув ногу за ногу, Онорада сделала глоток чая, внимательно следя за реакцией её собеседника. Пока Анейрын молчал, обдумывая её предложение, чародейка размышляла о том, что, пожалуй, могла бы растопить ледяную стену неприступности командора, потребуйся ей это в данный момент времени. Несмотря на всю сдержанность аэп Кынвайла, не заметить его оценивающий взгляд Онорада просто не могла.

0


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Потерявшиеся эпизоды » [10.01.1272] Стучат – закройте дверь!


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC