Ведьмак: Меньшее Зло

Объявление

Добро пожаловать на форумную ролевую игру по циклу «Ведьмак»!
Время в игре: февраль 1272.
Что происходит: Нильфгаард осаждает Вызиму и перешел Понтар в Каэдвене, в Редании жгут нелюдей, остальные в ужасе от происходящего.
А если серьезно, то загляните в наш сюжет, там весело.
Кто больше всего нужен: реданцы, темерцы, партизаны, а также бойкие ребята с факелами.
11.04 У нас добавилась еще одна ветка сюжета и еще один вариант дизайна для тех, кто хочет избежать неудобных вопросов на работе. Обо всем этом - [здесь].
17.02. Нам исполнился год (и три дня) С чем мы нас и поздравляем, а праздновать можно [здесь], так давайте же веселиться!
17.02 [Переведено время и обновлен сюжет], но трупоеды остались на месте, не волнуйтесь!
Шеала де Танкарвилль — главная в этом дурдоме.
Эмгыр вар Эмрейс — сюжет и репрессии.
Цирилла — сюжет, прием анкет.
Человек-Шаман — техадмин, боженька всея скриптов.
Стелла Конгрев — модератор по организационной части.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Альтернатива » Hier kommt die Sonne


Hier kommt die Sonne

Сообщений 31 страница 60 из 66

31

Обычно подобные истории убивали взаимную неловкость, а ещё - делали всё намного удобнее, были полезными в конце концов; но в этот раз всё выходило больно уж странным, в том числе потому, что ничего из вышеперечисленного не задумывалось.
Фата хотела уточнить, за что именно на неё злятся, хотела по привычке всех собственников закинуть поверх ноги, чтобы точно не ушёл никуда, ещё, кажется, хотела поменять положение на более удобное, но выключилась – даже не заснула, а упала в темное беспамятство – стоило только опустить голову.

Вопреки тщательно пестуемому (прежде всего самим эльфами) общественному мнению, они испытывали почти полный спектр физических неудобств. Холод, жара, боль, жажда, страх – возможно потому, что сами когда-то сделали такой выбор, сочтя жизнь без подобных ощущений слишком уж пустой и скучной. Тщательно маскировали всё это ради коллективного престижа, но, поскольку сейчас всё выходило так, как выходило, фата Шеала решила наплевать на это.
Для начала снова испугалась, вспомнив всё, что произошло за последние сутки. Темнота давила, синтетические огни за окном светили тревожно, а постель, удручающе небольшая по сравнению со всем тем, к чему она привыкла, казалась удручающе же опустевшей и холодной. Потом пришла боль в руке, которой, видимо, не стоило шевелить вовсе. Ещё что-то саднило, но терпимо. Некоторое время эльфа созерцала упавшую на потолок тусклую полосу света, изредка пересекаемую крупными, быстрыми тенями вышедших на ночную охоту городских хищников, потом почувствовала запах кофе и успокоилась.
Не сбежал. Хорошо. Хорошо, с этим можно что-то делать.

Зябко передернув плечами, Шеала оставила одеяло на кровати – испортит ещё и это, и спать будет невозможно, хотя появится ли ещё такая возможность? – с сожалением переступила через сброшенную прямо на пол пилотскую куртку.
Нож, торчащий в пороге, истончился. Пятна крови превратились в ржавчину, а ржавчина постепенно создавала из металла кружево. За ними приходили, час-два назад – оперативно - пока что ничего не нашли, но это был вопрос времени.
Должно было быть захватывающе и увлекательно, но пока что получалось только тревожно, потому что всё ещё оставалось множество вопросов, в том числе относительно дела. Чего-то она не понимала.
Хорошо, что в ванной не было света, и она не рискнула заглянуть в зеркало – хоть бы не треснуло. Поэтому приведение себя в порядок закончилось на реквизировании очередной рубашки - прекрасная иллюстрация нездоровому образу жизни, хоть сейчас на плакат.
Больно уж странно выходило, потому что эльфам, вообще говоря, было положено портить жизнь, нервы и имущество, но она в этот раз то ли не хотела, то ли не могла. Опять чувствовала острое желание извиниться за все то, во что втянула – хотя всё равно втянула бы – и за то, как всё получалось. Поганец злился на неё, это чувствовалось, злился и защищал – от кого? – и оберегал так, будто она сама не могла ничего сделать.
А, видимо, не так уж могла, раз допустила всё это – не стоило забывать о вечере акционеров, хотя, казалось бы, за пилотом должны были приглядывать, да и он сам был предупрежден, а раз был предупрежден, то…
Как неприятно-то получается.

Фата была непривычно тихой. Формулировка указаний не удавалась, процесс создания инструкций пошёл наперекосяк где-то с самого начала, и даже принятое в подобных случаях вежливое уточнение, добрым ли является утро – вне зависимости от настоящего времени суток – не получилось.
Херня, а не утро, если вспоминать обо всех их проблемах.
На мерцающем экране беззвучно раскрывала рот золотоволосая ундина из военной приемки, в правом углу циклически повторялись кадры, на которых горел цех, а красная бегущая строка безостановочно оповещала о количестве погибших и пропавших без вести.
- Вы неплохо вышли на этой розыскной фотографии, - заметила Шеала, отведя взгляд от экрана.
Стоило, наверное, избегать смотреть в глаза, помня об этой злости, и не вынуждать злиться снова – как будто без того мало проблем. Из благодарности, или что там положено испытывать.
Фата испытывала что-то другое, почему-то царапающий изнутри сложный спектр чувств, поэтому, сделав два шага вперед, вжалась лбом в плечо и вздохнула. Может, сделала хуже, но пока что полегчало.
Технически, после секса должно было стать проще - но не в этот раз.
- Надо собрать все вещи, которые были на заводе, и сжечь. Бинты, катетеры, форму – всё, - глухо, слегка удивляясь собственной собранности мыслей, произнесла эльфа, - и расскажите наконец, почему вы меня увели оттуда. Я благодарна, но почему? Там был кто-то не тот?
[nick]Шеала Танкарвилль[/nick][status]в штопоре[/status][icon]http://i.imgur.com/BJfxL8d.jpg[/icon][sign]- Правда ли, что вы находитесь в особых отношениях с фатой Танкарвилль?
- Разумеется. Она ненавидит меня и хочет моей смерти.

[/sign][info]Эльфийская фата, психически нездоровое насекомое, немного дракон[/info]

+2

32

Он, разумеется, злился. Но вряд ли на нее. Да и вообще не слишком понимал, на что - точно не на судьбу, потому что злость на обстоятельства никогда не входила в список жизненных ценностей Кадваля. Он не задавал себе вопросов, как так вышло, почему, за что именно с ним, и это спасало от долгих часов мучительной рефлексии. Он не злился на фату, потому что это глупо и бессмысленно, и еще потому что…
Не мог.
Потом, когда она излечится, когда пройдет ее ожог, и ее враги погибнут - как она обещала, и почему-то у него не было в том ни малейшего сомнения - так вот потом, наверное, он будет. Это было неизбежно. Возможно, даже возненавидит совершенно, потому что ненавидеть могущественную фату Танкарвилль, восседающую в своем кабинете на вершине башни Дората, было очень просто.
Но сейчас он не мог.
И от того обращал всю злость - и ненависть - привычно на себя.

- Это из удостоверения, - флегматично сказал Поганец, наливая кофе во вторую чашку, - конечно, неплохо. Являешься фотографироваться помятым - сразу выговор, а то и гауптвахта, прости Мать за к ночи сказанное.
Весь список идиотских шуточек, который он мог бы выдать от одолевающей неловкости, к счастью, схлопнулся - в тот момент, когда фата Шеала шагнула вперед, и полукровка вздохнул, чувствуя ее прикосновение, отозвавшееся дрожью. Дрожь прокатилась вниз по спине мгновенным уколом мороза, и вот от этого мороза, повинуясь некой непреодолимой силе, он попытался защитить ее, почти что против воли поднимая руки: притянуть поближе, прижать к себе и греть, тихо дышать в спутанные волосы, медленно гладить по голове, очень осторожно, будто опасаясь прикоснуться, и от чего-то страшного, болезненного, комок подкатывал к горлу и хотелось держать крепче. Еще крепче.
Если она шагнет назад, думал он, я умру.
Неясно было только, успеет ли убить ее перед этим.
Если она шагнет назад...
- Не сегодня, - сказал пилот, - я всё сделаю, но не сегодня. Пейте кофе, фата, я расскажу.

Рассказ о платке и русалке не затянулся надолго, как все повествования о бедах. Упоминание смерти Одноглазого, указывающую на участие в этом деле еще и каких-то армейских чинов, или, возможно, политиков, далось сложнее - потому что сожрал бы Тейнд всю эту политику. Предполагалось, что капитан Арфел ненавидит всех, но были те, кому досталось меньше, и их было катастрофически мало.
Настолько, что сокращение списка больно било по нервам.
С другой стороны, он вообще чувствовал себя так, будто онемел изнутри и просто делает то, что требуют обстоятельства, не задумываясь о причинах, и что тому виной - странная история, итогом которой наверняка будет в самом лучшем случае смерть, или присутствие могущественной эльфы рядом постоянно - Кадваль понятия не имел.
Он жил, наливал кофе, усадил могущественную эльфу на кухонную столешницу, потому что так удобнее следить за тем, съела ли она вот ту гадость, которую он развел в кружке:
- Давайте, фата, я знаю, что запах так себе, - уговаривал Поганец, не слишком интересуясь, действительно ли она не хочет есть эту кошмарную овсянку из пакета, возможно, потому что нужно было себя чем-то занять, отвлечься от этой странной, лихорадочной дрожи, распространившейся, будто болезнь: и у него в самом деле дрожали руки, - но вам нужно. Я налью вам кофе, и, если хотите, виски, но поесть надо, иначе выздоровление затянется.
Новости закончились, на экране замелькали кадры из какого-то телешоу с популярным ведущим, и на кухне, до того освещенной практически только подсветкой над разделочным столом, стало несколько светлее.
- Я унес вас оттуда, - обреченно закончил Кадваль, который даже бросил попытки отойти, и самым невежливым образом  пытался скормить могущественной эльфе очередную ложку дряни с запахом каких-то ягод, - потому что не смог оставить.Хотите виски, фата Шеала? Нас ждет долгая ночь, а здесь еще… почти бутылка. Но сначала каша. Взамен я готов сделать вид, что это не моя рубашка, и вы не…
Ложка упала.
Это было хуже, чем жажда.

[nick]Поганец[/nick][status]пикирующий хроник[/status][icon]http://s6.uploads.ru/Bb1nZ.jpg[/icon][sign]We are damned in the night
Sanctified with dynamite
And at midnight we come for your blood
[/sign][info]Укротитель диких тварей, пилот боевого дракона, маньяк, алкоголик[/info]

Отредактировано Истредд (29.06.2017 20:06)

+2

33

- Нет, сегодня. Нужно сделать это быстро, потому что иначе по вещам нас найдут. Придут сюда, заговор не поможет.
Она внимательно слушала. На агрессию, обиды и злость не хватало ресурса – кажется, наступил тот момент, когда опасно нависаешь над какой-то чертой и приходится выбирать, на что тратить силы, поэтому, поняв, как далеко распространилось предательство, фата только вздохнула.
Всё так же беззвучно на экране раскрывали рты эльфы – это очень похоже на её сородичей, легкомысленно перескочить от трагедии к развлечениям. Без звука сложно было что-либо понять, но, вероятно, в очередной раз мусолилась личная жизнь одного из популярных певцов. Господин, выбравший своим сценическим именем Ранунколо, с явным удовольствием демонстрировал свое грязное белье всем желающим.
Эльфа отвела взгляд и заставила себя есть. От каши пахло дешевой синтетической сладостью и миндалем, его горечь отчего-то на долю секунды вынудила голову закружиться, погрузив в смазанное состояние дежавю, но потом отпустило.
Это на самом деле было почти бесполезно – пока «Махлат» не починят, вероятно, она так и будет ходить в темнеющих бинтах, так что можно было даже не напрягаться. Бесполезно, но необходимо как процесс, которым можно себя отвлечь на какое-то время, в сложные времена приходится искать смысл в примитивных вещах. Еда, горький кофе, виски - чем не резон жить.
- Так вы алкоголик, Кадваль, - прозорливо заметила фата, - но это нормально, я тоже. Давайте сюда виски, но немного, потому что…
Ночь действительно должна стать долгой, нужно сделать очень много вещей до того момента, как поднимется солнце.
- Мне жаль, что он умер, - закончила она совершенно невпопад, - я бы этого не хотела. Так, по крайней мере. Я видела, во что этот дракон превращает людей, не слишком милосердно.
Весь мир и озеро напалма в придачу – фата прекрасно понимала её мотивы, понимала и методы – спектр доступных, в общем-то, был невелик, но сейчас всё равно отчего-то было грустно.
Может потому, что было грустно и тревожно в принципе. В этой истории постоянно умирали - намного больше, чем во всех остальных историях.
- Видимо, нужно будет задать несколько вопросов Телору. Ненавижу с ним разговаривать, он козёл, - пожаловалась фата, - но сейчас это на руку, потому что он так себя ведет вообще со всеми. Всё, что его интересует – это драконы и их пилоты, так что может, у нас есть шанс заручиться помощью. Придется пробовать, вариантов немного.
Кофе был таким крепким, что почти вяз на языке, начисто забивая любое чувство голода.
- Но сначала следует наведаться к Лорелей, её ответы меня интересуют на порядок больше, - сухо продолжила эльфа, - к тому же у нас с ней один размер одежды, а мне пока что нельзя светиться на улице и в магазинах. Особенно в таком виде. Кадваль, вы дрожите. Прекратите свои попытки выглядеть браво и идите сюда, так будет проще.
«Идите» - это очень громко сказано, между ними нет и шага, но всё равно будет проще. Судя по всему – обоим, хоть это и не слишком удобно, но взаимное неудобство, строго говоря, вообще вещь неоднозначная, иногда может приносить не только неприятности.
- Если уже зашла речь о вашей рубашке, - спокойно поясняла фата Шеала, притягивая к себе пилота, для верности – не руками, - вам не нужно делать вид. Это немного смахивает на одержимость, понимаете? Но думаю об этом постоянно. Поцелуйте меня, и взамен я готова показать кое-что интересное. Обещаю, безо всякой магии.
Возможно, звучало чересчур откровенно, но в ответ на любые мысли об этом фата смогла бы лишь вздохнуть и развести руками.
- Только больше не ругайте меня за синяки, я не переживу.
Мыслей, впрочем, не было.
[nick]Шеала Танкарвилль[/nick][status]в штопоре[/status][icon]http://i.imgur.com/BJfxL8d.jpg[/icon][sign]- Правда ли, что вы находитесь в особых отношениях с фатой Танкарвилль?
- Разумеется. Она ненавидит меня и хочет моей смерти.

[/sign][info]Эльфийская фата, психически нездоровое насекомое, немного дракон[/info]

+2

34

У Кадваля вот не было времени рассмотреть, что дракон сделал с Одноглазым - но могло быть всякое, и, при некотором хорошем стечении обстоятельств, даже мгновенная смерть: волна драконьего гнева, если не совладать с ним, может буквально испечь тебе мозг в черепной коробке, и почему-то этим вечно пугают неопытных, будто оно самое страшное, что может с тобой случиться.
Откуда-то берется это в них, может, от человеческой крови - убежденность, что нет ничего страшнее смерти, что даже вечная боль лучше, пока бьется сердце. Совершенно безосновательная. Опасная. Ошибочная. Глупая, наконец.
- Да, вы правы. Есть только одна трудность - вы ведь не пойдете в больницу в моей рубашке? И, кстати, как далеко вы сможете уйти?
Может, еще от того, что на такие вещи смотришь со стороны, пока жив, и думаешь не о своей смерти, порой готовый променять что угодно и платить чем угодно, чтобы чужое сердце билось - даже своим, что уж там - и он-то думал, что никогда, никогда с ним такого не случится.
Пока Аграт не посмотрела на него золотыми эльфийскими глазами.
- Я пойду один. В больницу - так точно.
Если ее разберут…
Если ее разберут, не будет ни фаты, ни дракона.
Но здесь-то понятно, одно имя на двоих.
А вот...
- Я не алкоголик, - слегка обиделся пилот, - нельзя быть алкоголиком один месяц из двенадцати. Просто… так вышло.
Это был едва ли не первый раз с довольно давних времен, когда он - вероятно, забывшись - вообще с кем-либо говорил без сарказма. Сказал - и сам удивился.
Генерал Ллойд, разумеется, был козлом, в авиации других не держали. Да что там, в армии не держали. Однако, если эльфийская фата о нем что-то такое говорит, наверное, стоит пересмотреть степень генеральской поганости. Потом. Как-нибудь потом, когда будет время и желание.
Пока не было ни того, ни другого.
- Смахивает? - Поганец болезненно зажмурился, касаясь губами острой ключицы, - то есть, вы меня не заколдовали. Даже не знаю, утешает это, или наоборот.
Как его бы кто спросил, так одержимостью оно и было, или вот чьим-то злым колдовством, потому что иначе это не объяснить. Ничего из этого не объяснить, даже мучительного стыда от всего происходящего и не менее мучительной невозможности прекратить.
Находясь в таком положении, проще всего подхватить за бедра, но куда приятнее - опустить ладони на колени, тоже будто заточенные, и слегка надавить. Не слишком сильно, здесь достаточно любой малости.
Да, будет больно. Им обоим. В совершенно любом случае.
И некоторое время тянулась одна замершая секунда, пока полукровка, отступив на шаг, молча разглядывал фату Танкарвилль в этом весьма непривычном, должно быть, для нее положении. Здесь бы плюнуть на все и упасть в безумие с головой, рук не убирать, на прелюдии не размениваться, но что-то подсказывало ему, что фата именно этого и ждет.
Эльфы. Женщины. Хуже нет сочетания.
- Нет, - тихо сказал Кадваль, - это я вам кое-что покажу, моя фата.
Медленно опустившись на пол, он убрал-таки руки, скользнув вниз, до щиколоток, и склонился над узкой белой ступней, почти целиком поместившейся в ладонях.
- Наверное нужно поторопиться. Но я не хочу.
Солоновато-горькая ее кожа сводила с ума даже такого, как Поганец, давно и безнадежно с него сошедшего.

[nick]Поганец[/nick][status]Holy lord of dynamite[/status][icon]http://s6.uploads.ru/Bb1nZ.jpg[/icon][sign]We are the storm an the wicked inside
More than a martyr can take
Fire them back to the dark of the night
Pray for this time we awake
[/sign][info]Укротитель диких тварей, пилот боевого дракона, маньяк, алкоголик[/info]

Отредактировано Истредд (07.07.2017 19:17)

+2

35

- Заколдовала? - видимо, наступило время и самой слегка обидеться, но фате удался только короткий смешок.
Потом она задохнулась.
Не имела ни малейшего понятия, как ему удавалось каждый раз совершать то, чего она не ожидала, и ни разу - того, чего бы ей не хотелось. Тут вправду стоило бы заподозрить колдовство, и чужие заговоры, пожалуй, считались хорошим вариантом - потому что есть на кого переложить ответственность и найти удобные объяснения чему угодно, но Богиня не оказалась настолько милосердна - всё было хуже. Намного. Поэтому объяснений не находилось.
На какой-то короткий миг показалось, что вся долгая жизнь до этого момента была не более чем иллюзией, кибернетическим сном - воспоминания о ее «Дорате», кабинете на вершине башни, всём хитросплетении путей подернулись то ли пылью пополам с пеплом, то ли помехами. Возможно, она всегда существовала только тут и в это мгновение - полоса света на потолке, остатки сверкающей паутины, твердое под затылком, голубые лица эльфов на экране, и неспособность дышать, а ведь ещё ничего толком не началось.
- Что же вы делаете…
Наконец - судорожный вздох.
Среди эльфов считалось чем-то вроде признака хорошего вкуса страдать (вернее, наслаждаться) различными спектрами извращений. Высокое общество не имело табу, и отсутствие запретов толкало их к скуке, от которой они вечно бежали. Спорадическими и холодными были все собрания, на которых каждый играл отведённую ему роль, набрасывая маску интереса - и любая роскошь была им доступна. А всё, что у фаты Шеалы было сейчас, ей не принадлежало, и не находилось в этом здесь ни малейшего оттенка той роскоши, но отчего-то отчаянно драло и разрывало - от малейшего прикосновения чужого дыхания, от неполученного поцелуя, от несбывшегося ожидания, и от того, что она получила взамен - драло так, что впору было кричать.
Желая, она понятия не имела, что получит, не могла ожидать ни малейшего намека на то, что сейчас было и что не назвать ни одержимостью, ни сумасшествием: зачем чему-то давать имя тогда, когда можно - необходимо - делать другое?
- Я сожгу вам ещё и плазму, - пообещала фата почему-то грустно, - что же вы делаете?
Скользнула вниз, оперевшись на ладони и высвобождаясь - им действительно нужно было спешить, она действительно всегда могла обратиться к собственному непоколебимому самоконтролю, остановив себя в любой момент: дело превыше всего и долг обязывает, и все прочие славные установки любой уважающей себя эльфийской фаты - но совершенно не понимала, как сделать это, если настолько задыхаешься.
Надо рассказать все про Лорелей, думала уважающая себя эльфийская фата, страдальчески морщась тогда, когда приходилось напрягать пальцы - всё лишнее вон; потом наконец-то вообще ничего не думала, потому что он снова пах железом, войной, смертью и напалмом, драконом - забрать себе, выпить и смерть и напалм, оставляя за собой на бледной горячей коже прикосновение мгновенно испаряющейся влаги, слишком недостаточной, чтобы охладить хоть что-то; остатки табачной горечи на длинных, аристократически изящных фалангах - у кого какие фетиши, но кажущаяся их хрупкость, за которой прячется сила, окончательно обрушивает эльфу в что-то, что можно было бы назвать сумасшествием; может было бы, но не стоит всему имеет имя, когда можно - необходимо - окончательно избавиться от собственного разума.
Ещё ничего толком не началось, а фата сама себе напоминает одержимую, возвращаясь назад вслед за током крови: ладонь, предплечье, плечо - и снова собирая губами мелкую россыпь проступившего пота. Почему-то стыдно только от того, что она не может остановиться и прекратить хотя бы на время, а ведь опять довольно неудобно.
Соль почти покалывает на языке, и быстро становится очень, до судорожности, недостаточно.

- ...я могу туда пойти без вашей рубашки. Знаете почему? Даже если она пострадала и требует лечения, следует не забывать о том, что Лорелей - русалка. И то, что ей требуется - это большое количество воды, заводской госпиталь не сможет этого предоставить. Ставлю бутылку виски на то, что ее отправили домой - приставив дежурных медиков, разумеется, но с этим что-то можно сделать. Вы бы видели размеры ее джакузи… Слушайте, Кадваль, а ведь на этом можно сыграть. Я уверена, если вы заявитесь к ней на порог с цветами… в форме… не знаю, кто бы смог удержать себя в руках. О, догадываюсь, сейчас вы снова будете меня ненавидеть за то, что использую ваш этот агрессивный секс, но простите, не могу удержаться. Уверяю, это сработает.

- «Добро пожаловать на борт»?! - не зная, возмутиться или просто, закрыв глаза, незамедлительно выбросить это из головы, фата слегка жалеет, что плазма пока ещё не сгорела и освещает их синтетическим синим светом.
А потом, разогнув спину и сжав пальцы в длинных светлых прядях, теряет себя окончательно.
[nick]Шеала Танкарвилль[/nick][status]в штопоре[/status][icon]http://i.imgur.com/BJfxL8d.jpg[/icon][sign]- Правда ли, что вы находитесь в особых отношениях с фатой Танкарвилль?
- Разумеется. Она ненавидит меня и хочет моей смерти.

[/sign][info]Эльфийская фата, психически нездоровое насекомое, немного дракон[/info]

+2

36

Совершенно неожиданно, посреди всей этой больной истории, полной одержимости, странных желаний, совершенно детского ужаса перед собой же - совершенно неожиданно, капитан Арфел не находит ничего лучше, как рассмеяться в голос, на мгновение вынырнув из огненной темноты.
- Великая Мать, - восхищенно говорит он, - вы страшная женщина, фата Шеала. Вы первая, кто в самом деле стал это читать.
А потом было уже неважно. Ничто из этого не важно, потому что она танцевала, и он смотрел, как положено - с земли, обеими руками держа ее, чтобы не взлетела, как можно подумать, если находишься в центре сверкающего урагана крыльев. И воздух кончился, а слова так и не начинались.
И плазма всё-таки сгорела, а за ней и кухонная подсветка, так что грохот рухнувшего во мраке ночи телевизора был, собственно, первым звуком, который они оказались способны воспринять, и Кадваль, занятый в этот момент тем, что рассеянно пробовал на вкус эльфу в самых неожиданных местах, легкомысленно заключил:
- Всё равно я его никогда не смотрел.

- У формы есть множество достоинств. Например, никто не смотрит тебе в лицо, - пилот поправил манжеты и добавил, - ну как-то так Одноглазый говорил, и, судя по сочетанию его рожи и легионов девиц - он был прав. Сейчас проверим.
У дверей он пообещал, что вернется.
Звучало довольно глупо.

Я не буду вас ненавидеть. Это хороший план, моя фата, но его следует исполнить в двух частях.

Такси Кадваль поймал в трех кварталах от башни - в противоположную на всякий случай сторону - и такси в эту прекрасную ночь не повезло оказаться какому-то человеку-оленю на здоровенном мотоцикле. Он остановился выяснить, в тот ли район зашел полукровка в парадной форме в три часа ночи, а потом - именно такова была версия, изложенная Поганцем фате Танкарвилль несколько позже - вдруг устал, решил отдохнуть от мира и подарил свое средство передвижения Кадвалю. Возможно, ему тоже понравился синий китель.  Поганец такие заходы всячески порицал, поэтому подарок взял, но с отшельником больше не общался, и вообще не в курсе, выбрался ли тот из мусорного бака.
Скорее всего, нет, но про короткий вопль и последующее чавканье он фате рассказывать не стал.
Ну мало ли.
Вдруг ей олени нравятся - просто, как вид.
Ненависть, с ней было легко: существовать, думать, делать, не рефлексируя о том, что будет дальше, удивительно, но то, что происходило чуть раньше, вообще никак не изменило его картину мира. А ведь принято считать, что…
Впрочем, вышло, как с неловкостью, которая никуда не пропала.
Вот и ненависть тоже - она просто аккуратно обошла с двух сторон упавший в нее камень и продолжила сносить всё на своем пути: сопротивляющийся мотоцикл Кадваль скинул в реку с моста, а следом скинул подошедшего с каким-то глупым вопросом гоблина. Раздумывал, что будет делать с охраной, и каким образом.
Целых полчаса, пока курил в облысевшем от драконьего излучения скверике у главного входа “Дораты” - у него было три часа, один из которых нужно потратить на дорогу обратно, потому что они договорились встретиться с фатой у дома ее секретаря, и потому стоило торопиться.
Но ведь не взывать же к дракону, - усомнился пилот сам себе, скорее для проформы, чем на самом деле.
Здания корпорации молчали. Молчали драконы в ангарах. Спала техника, которую пригнали ремонтировать площадь перед входом.
Кадваль мысленно извинился перед фатой Шеалой и прикрыл глаза: в ночной темноте под веками вспыхивали силовые линии - связь, защитные и сигнальные узоры и печати “Дораты”, красные всполохи пробуждающихся и любопытствующих драконов. Воздух отдавал железом и почему-то морем.
Аграт, ты слышишь меня?
Аграт?

...мягенький, это ты?

Далеко за забором взвыла сирена.

[nick]Поганец[/nick][status]Holy lord of dynamite[/status][icon]http://s6.uploads.ru/Bb1nZ.jpg[/icon][sign]We are the storm an the wicked inside
More than a martyr can take
Fire them back to the dark of the night
Pray for this time we awake
[/sign][info]Укротитель диких тварей, пилот боевого дракона, маньяк, алкоголик[/info]

Отредактировано Истредд (11.07.2017 11:10)

+2

37

Он пообещал, что вернется, она пообещала, что будет спокойно ждать, ничто из этого не было правдой.
Впрочем, после ухода пилота фата не торопилась – уже спокойно привела себя в порядок, расчесала вымытые волосы, придирчиво изучив в зеркале - при свете оставшихся в комнате светильников - все свежие синяки и ссадины, увиденным осталась почти удовлетворена, заколов тяжелый пучок на затылке чем-то относительно острым, разысканным на разорённой кухне. Не то чтобы стоило всерьез на это рассчитывать, но так было спокойнее.
Идти в город, который тебя разыскивал, почти голышом – ощущалось чем-то почти увлекательным. Усталость сменилась мрачным предвкушением, сейчас она сама себе казалась заряженным оружием, оттого готовой на подвиги; рубашку пришлось спустить с плеч ниже и перехватить в поясе, отчего силуэтом она стала напоминать клубное платье со смелым мини – не мать ведает что, но в темноте сойдет.
Дальше по плану было самое сложное – собственно, миновать стадию города.

- Тебе плохо? Надралась, что ли?
Шеала, ничуть сейчас не напоминая эльфийскую фату, вытерла губы.
- Нет, - с трудом ответила она, разгибаясь, - просто укачало, - и подняла слезящиеся глаза на вопрошающего.
Тот был в фирменном комбинезоне. Очень удачно. Отшатнулся, но второе касание вышло лучше.
- Я заглохла в соседнем квартале, - четко произнесла фата, не отпуская, - ничего подозрительного, все по ночам водят пьяные. И мне очень нужно топливо, два галлона. В канистру, плачу кредиткой. И… да, закурить есть?
Над заправкой громадиной возвышалась башня «Дората», окна на верхних этажах не светились.

Она шла туда, где её никто сейчас не стал бы разыскивать - слишком абсурдным было бы подобное предположение. Шла по нескольким причинам, самым главным из которых было желание отомстить – за то, что у неё отняли и за то, куда её окунули с головой: фата была не из тех, кто прощал обиды, пусть и получив приличную компенсацию. Даже если она будет достаточно осторожна, о ее присутствии здесь быстро узнают - но, с другой стороны, дела и не требовали много времени.
Голова неприятно кружилась, иногда сознание раздваивалось - но это можно, нужно было вытерпеть.
Пришлось заморочить сознание одному из охранников – она не знала его в лицо, значит, её парней уже убрали, это было одновременно и плохо, и хорошо - хорошо тем, что не приходилось испытывать лишних иллюзий. Фата обчистила его карманы и поднялась наверх на служебном лифте, чудом не попав впросак – но ситуация требовала очевидных жертв, а милый парень проживет и без пальца, у него их всё равно осталось ещё не меньше тридцати, и это если считать только верхние конечности.
Про многое, находящееся тут, была в курсе только она, и информация была уникальной.
С непривычки выламывало суставы, и с какого-то момента эльфа могла двигаться только на силе упрямства, вынуждающего действовать; шум снизу был слышен даже тут, на вершине, и стоило не терять времени, если она хотела, чтобы всё удалось. Она не теряла. Потом осталось только бросить окурок и проследить, чтобы тот не погас.
Жалко не было.
Потом она взойдет сюда снова и отстроит своё гнездо.

Служба безопасности «Дораты», вероятно, уже не знала, разорваться или же просто сидеть, сложа руки, в ожидании новых сюрпризов. Выли сирены, а за  высокой стеной бесновалось что-то ужасное, чья ядовитая злоба опалила ледяным холодом – и отступила, направленная не на фату; передернув покрывшимися холодными мурашками плечами, эльфа спустилась на одну из взлетных площадок, надеясь на везение. Удача улыбнулась ей – в веренице пустых стойл нашлась озлобленная клокочущая тварь, в которой с большим трудом можно было опознать орла, он был чужим и не желал признавать в ней хозяйку, но в конечном итоге сдался, стоило только выжечь часть микросхем и подобраться к живому и чувствующему.
Это казалось временным, но перемирием.

К тому моменту, как начал заниматься рассвет, по-городскому поздний, она уже спустила остаток на кредитке, придирчиво выбрав те цветы, которые нравились Лорелей – видимо, только ради этого и стоило бывать у неё дома - и ждала, спрятавшись в тенях, ежеминутно пытаясь не отключиться, уткнувшись лицом в жесткие, пахнущие машинной смазкой перья.
Впрочем, когда пилот появился, сон как рукой сняло.
Он был как обычно.
- Что же вы так, - ради проформы сказала фата, - теперь придется жечь освещение, чтобы она ничего не заметила. Держите.
И соскользнула вниз, ступив босыми ступнями на холодный бетон.
[nick]Шеала Танкарвилль[/nick][status]в штопоре[/status][icon]http://i.imgur.com/BJfxL8d.jpg[/icon][sign] [/sign][info]Эльфийская фата, психически нездоровое насекомое, немного дракон[/info]

+1

38

- Цветами меня еще не встречали, - сказал капитан Арфел, подхватывая сначала фату с бетонного пола, а потом уже букет в другую руку. Вот после этого пришло время обидеться.
- Все прошло отлично, просто “Махлат” еще молодая и немного промахнулась, - с достоинством сказал он, размещая эльфу на плече, - мне говорили, что легкий беспорядок в одежде выглядит привлекательно.
Закопченная левая сторона кителя и свисающий лохмотьями рукав определенно привлекательными не выглядели, как и свежие ожоги под лохмотьями, но вел себя Кадваль так, будто ничего этого не чувствовал и был слегка пьян, хотя всё, чем от него пахло - табак, копоть и холодное железо.
- А это - что? - пилот с любопытством наклонился к орлу, бесцеремонно поворачивая клюв, чтобы разглядеть заводское клеймо и номер модели, - мм… хорош, чертяка, прошлого года сборки… а почему так херово выглядит?
Удар когтистой лапы - правда, мимо - был ему ответом.
Железом от Кадваля пахло очень сильно. Напалмовой гарью тоже.
С виска стекала струйка крови, засыхающая в районе скулы.
- А ходить босиком не только вредно, но и опасно, можно наступить на стекло, вы вообще видели, на что здесь асфальт похож? - Поганец пнул разбитую бутылку из-под дрянного верескового меда. Его неудержимо несло, поэтому по пути к лифту он поведал своей ноше эпическую сагу с поучительным финалом о том, как дружба и дипломатия побеждали всё на своем пути. Если верить капитану Арфелу, а верить ему стал бы только совершенно опустившийся наркоман, в госпитале “Дораты” его встретили радушно, напоили чаем с пончиками, а заместитель начальника госпиталя сам искал ему не только вещи фаты, но и медицинские отходы. Это было, пожалуй, единственной небольшой частью правды во всем этом повествовании, но капитан Арфел, разумеется, умолчал о том, как именно для этого был применен разводной ключ на двадцать четыре из холодного железа, позаимствованный у заводского техника. С его полного ведома и попустительства - а попробуй откажи такому обаятельному гостю, особенно, когда он уже вывернул тебе копыто.
Поразительно, в общем, как изменяется правда, если опустить всего пару-тройку подробностей.
Если верить капитану Арфелу, он без каких-либо проблем добрался сюда с ветерком, и, в принципе, он ни словом не соврал.

На лестничной площадке и без того было довольно мрачно: вылизанный интерьер в стиле хай-тег кое-как проступал из мрака только благодаря подсветке к зеркала. Этаж был не запредельно, но все же дорогой, и тем более неуместным казался сладковатый запах, разливающийся в воздухе.
- Может, мусоропровод забился, - отрицать очевидное у Поганца получалось обычно неплохо, но не в этот раз, и, сделав пару звонков в дверь, он вздохнул, опуская букет и глядя в сторону прячущейся в темноте эльфы. Собирался было что-то сказать, но тут дверь распахнулась.
На пороге стояла Лорелей в шелковом пеньюаре, и на невысказанный вопрос пилота ответила вслух:
- Духи. “Падаль” - лучшие в этом сезоне. А я знала, что вы придете, капитан.
- Еще бы, - с чувством заметил Поганец, вручая даме букет.
Дама заорала, дернулась, но рук отнять не смогла. Кадваль втолкнул ее в прихожую, прижимая к стене - странно, на вытянутой руке, будто не хотел приближаться даже на расстояние шага - и держал за горло, пока ее трясло от прикосновения к…
- Вот за этим нужно было положить ключ в букет, моя фата, - запоздало пояснил полукровка, - вы его, главное, сами не трогайте. Итого, как видите, это не Лорелей… та, наверное, пошла на духи, верно, радость моя?
“Русалка” попыталась плюнуть в него, но промахнулась. 

[nick]Поганец[/nick][status]Holy lord of dynamite[/status][icon]http://s6.uploads.ru/Bb1nZ.jpg[/icon][sign]We are the storm an the wicked inside
More than a martyr can take
Fire them back to the dark of the night
Pray for this time we awake
[/sign][info]Укротитель диких тварей, пилот боевого дракона, маньяк, алкоголик[/info]

Отредактировано Истредд (15.07.2017 01:36)

+1

39

Кадваль совершенно бессовестно врал, фата слушала, подперев ладонью подбородок, и даже мысленно спросила себя, в какой именно момент жизни стала согласна исполнять роль безвольного мешка с тряпками, и только тогда, когда пилот опустил её на холодное ковровое покрытие коридора в темном углу, поняла, что всё это время левая рука её почти не беспокоила. Дракона починили, надо думать, а это значило, что не всё потеряно – заживление тканей займет ещё какое-то время, но с двумя рабочими руками несомненно удобнее.
- Какая нелепая случайность, - плотно закрывая за собой двери и блокируя систему сигнализации шестизначным кодом, который, к счастью, не сменили, посетовала Шеала, - видимо, некстати перегорела сплит-система. Не иначе, Лорелей сопротивлялась.
Эльфа вздохнула – нельзя сказать, что предположительная смерть секретаря слишком уж выбила её из колеи, но, в конце концов, их отношения были достаточно тесными и порой выходили за рамки рабочих вопросов.
- Кадваль, вы такой поганец, я в восторге, - честно призналась она, попытавшись выбросить из головы все посторонние мысли и сосредоточиться на том, что имеет сейчас: поворачивать время вспять не умел никто из эльфов, но можно было постараться и хотя бы исправить своё личное будущее, пока ещё не поздно. Склонила голову набок, позволив себе несколько секунд полюбоваться картиной, потом осторожно, стараясь держаться подальше от плода творчества военного флориста, прикоснулась к той, что выдавала себя за русалку.
Пилот дал ей возможность смотреть со стороны на то, как он общается с женщинами, пытающимися им вертеть, она ответила взаимностью – носящая чужую личину закричала, потом затихла, обмякнув и опустившись на пол – на её ладонях расцветали страшные красные ожоги, а кожа пошла пузырями, от которых даже эльфе стало не по себе.
- Вообще говоря, это отличная идея, - ровно произнесла фата, глядя на перламутрово-розовую чешую, - надо только найти тот предмет, с помощью которого она носит эту личину. Я заберу её себе. Оттащите её вон туда, Кадваль? Беседовать нужно в приятной обстановке.

В окна били первые солнечные лучи, и фата прошлась по всем комнатам, закрывая жалюзи – оттягивала неизбежный момент, когда придется искать то, ради чего, собственно, они сюда пришли. В квартире, несмотря на немалую площадь, повсюду находились следы сопротивления, многие вещи были разбросаны, а в спальне на кровати лежало измятое вечернее платье. Возможно, Лорелей подменили ещё перед вечером акционеров, с неприятным холодом думала фата, а потом наконец пошла на источник запаха.
Вернулась быстро, сжав губы так, что скулы заострились. В руках тем не менее держала аптечку.
- Они почему-то не успели убрать там, в ванной. Спешили. Она даже пеньюар накинула наизнанку и не тот – видите, цвет не совпадает с комплектом. Учитывая обстоятельства вашего с ней последнего общения, я думаю, начать расспросы приятнее будет вам, а уж я гарантирую, что она расскажет правду. Только подождите несколько минут, я оденусь. И… снимите китель, это надо обработать и перевязать.
Ободранный, слегка помятый и растрепанный, он всё равно выглядел привлекательно, фата понятия не имела, почему – и почему её не смущает даже труп, находящийся в квартире. Но, во имя собственной безопасности, следовало подождать – выход из строя сигнализации и всей попавшей в радиус электроники несомненно заинтересует тех, кого не следовало бы, причем весьма несвоевременно.
Но когда они покончат с делами, это будет даже на руку – не оставлять же всё это вот так - и фата определенно решила вытребовать по меньшей мере вдумчивый поцелуй перед тем, как они покинут квартиру.

Совершенно беззастенчиво Шеала обшарила лежащую без сознания женщину, и вскоре выудила небольшое карманное зеркальце с затейливой крышечкой, усеянной кристаллами – пожалуй, носить такое в непосредственной близости от груди было сущим мучением.
Личина незамедлительно сползла – по кускам и пятнами, и зрелище было не слишком приятным, счастье, что закончилось быстро. Это была молодая светловолосая эльфа, и её лицо показалось фате смутно знакомым.
В чужих руках заговор работал немного хуже, но в целом, если не присматриваться, Шеала действительно начала напоминать русалку. С брезгливым любопытством протянула пальцы сквозь собственные позеленевшие кудри.
- Начнём?
[nick]Шеала Танкарвилль[/nick][status]в штопоре[/status][icon]http://i.imgur.com/BJfxL8d.jpg[/icon][sign] [/sign][info]Эльфийская фата, психически нездоровое насекомое, немного дракон[/info]

+1

40

В ванную, видимо, идти не стоило. В ванной определенно нечего было смотреть, кроме сомнительной свежести тела, в котором наверняка уже завелись шмели - или что там порождают мертвые русалки? Ну не головастиков же и не жабью икру. Ну и не то, чтоб Поганец очень хотел уточнять.
Вообще после этой ночи он хотел всего пару вещей, и - удивительно - ни одна из них не была связана с убийствами и разрушением: собственно, сейчас бы устроиться в постели, вроде вот этой - не обязательно с подсветкой и шелковым бельем, но пусть она будет большая, чтобы можно было вытянуться, и… уснуть. Попытаться, потому что без фаты на плече эта картина в его голове отказывалась быть полной, а с фатой даже сон выходил какой-то непристойный.
В квартире убитой и наедине с убийцей - самое то, о чем следовало думать, но капитан Арфел, как большинство военных, отличался практичностью, доходящей до цинизма, а зачастую и переходящей его - что же касается эльфы… ну, что тут скажешь?
Но следовало довольствоваться малым, вот хотя бы предоставить ожоги для обработки и попытаться не язвить о бережном отношении к своей собственности - тогда Кадваль просто взял за талию фату свободной рукой и притянул к себе, уткнувшись в волосы. Так и оставил, больше не мешал.

- Да ладно, - на удивление цензурно удивился Поганец, когда с эльфы сошла личина, - да ладно!
“Начать” в ближайшее время он бы, вероятно, не смог, потому что основательно удивился, а в удивленном состоянии иногда убивал чуть быстрее, чем нужно, впрочем, вслух признавать то, что выбит из колеи, не собирался.
- Блодвид.
...и это было плохо.
Потому что Поганец не привык точно знать, что если одна из его сестер на виду, то две другие точно находятся где-то поблизости, и, либо они изменили своему обыкновению, либо кто-то сделал это за них - не то, чтобы ему не нравилась эта мысль, но вовсе не внушала того восторга, который он испытал бы, будучи зеленым новобранцем. Мысль о том, что ими тоже теперь кто-то владеет.
Может, так же, как…
- Моя сестра, - пояснил он фате Шеале, - Блодвид Арфел. Старшая.

Тишина давит на уши, звенит, очень душно - и от того в виски впиваются иглы, будто только что надел шлем. Кадвалю физически неприятно быть собой, или, может, быть живым - запах пота и гари не только кажется густо намазанной на него грязью, но и усугубляет боль в голове, вот этот дрянной звон.
-...Не Инколоре, глупенький. Танкарвилли. Ну просто не до всех дошло разделенное… имущество.
Ей очень, очень больно, и все, присутствующие здесь, знают, что Блодвид скоро перестанет существовать, даже не потому, что об этом позаботится ее единокровный брат - или, может, лично фата Танкарвилль - а потому что холодное железо уже делает свое дело. Оно уже в ней, разъедает ее облик, растворяет ее суть, и ей даже не вернуться, не стать снова частью Матери - здесь бы молчать, но молчать она не может.
Кадваль курит.
Однажды они сообщили ему свои имена, все трое, и Поганец не хотел даже примерно вспоминать, что этому предшествовало, но им казалось веселым утверждать, что он никогда не решится эти имена использовать - и вовсе не потому, чем карается нападение на любого из эльфов. Просто не решится. Не сможет.
- Это потому что теперь у тебя другая хозяйка, - насмешливо выплевывает Блодвид, - а в сущности ничего не поменялось. Фата, я тоже могу быть вам полезна - у вашего дяди хватает секретов, и многие из них мне известны. Между прочим, со мной интереснее, чем с младшим.
Запах гниющей рыбы встает комом в горле. Табак не помогает.
- Я пойду.
Сестра смеется.
- Он глупенький, фата Танкарвилль.
[nick]Поганец[/nick][status]Holy lord of dynamite[/status][icon]http://s6.uploads.ru/Bb1nZ.jpg[/icon][sign]We are the storm an the wicked inside
More than a martyr can take
Fire them back to the dark of the night
Pray for this time we awake
[/sign][info]Укротитель диких тварей, пилот боевого дракона, маньяк, алкоголик, военный флорист[/info]

Отредактировано Истредд (17.07.2017 13:37)

+1

41

Очень много смертей – погибель висела в воздухе, пока фата Арфел говорила, изредка прерываясь на то, чтобы, изломав светлую бровь, с хрипом набрать воздуха. Ей было очень, очень больно, и боль с каждой минутой только усиливалась.
Фата Танкарвилль задумчиво смотрела в зеркало, где тонкой пленкой застыл облик Лорелей – последнее, что от неё вообще осталось, если не считать вот той неоформленной смрадной кучи, плавающей в побуревшей воде; с удивлением познавала, насколько отвратительным бывает эльфийское высокомерие, и складывала в голове кусочки услышанного в цельную картину.
То, что на месте русалки оказалась именно сестра Поганца, могло быть случайностью, но вероятнее всего ей не было: эльфы – её родичи никогда не упускали возможности нанести красивый штрих. Настоящее удивление вызывало имя, названное ею, и было ли оно правдивым – фата Танкарвилль пока не знала.
Видимо, это было что-то, связанное с семьей – вот это безудержное, на грани безумия, веселье, когда смерть заглядывает в глаза, но в отличие от Кадваля, фата Блодвид не вызывала ни сочувствия, ни желания (нужды?) помочь. Она была расходным материалом, ей воспользовались, а потом выбросили, не испытывая больше в ней необходимости – предполагая, что Шеала разыщет, иначе не оставили бы здесь.
Очередные игры. Должно было быть печально, но было никак.
Может быть именно потому, что слишком его, это сочувствие, требовала, торгуясь до последнего.
- Не уходите, Кадваль, - попросила фата, - пожалуйста. Если вдруг сейчас что-то пойдет не так, вы сможете меня удержать.
Фата Арфел вздрогнула, а после Шеала положила пальцы ей на висок.
- Будет не больно.
Она, разумеется, солгала.

Несколько раз она была опасно близка к грани, за которой начиналось безумие, но каждый раз выныривала обратно, ухватившись за запах напалма, железа и гари, а последние несколько минут фата Арфел провела без сознания, к счастью для себя отключившись и уже не пытаясь кричать - и хорошо, что дорогие апартаменты обладали пристойной звукоизоляцией.
Шеалу продолжало колотить, когда она уже не смогла удерживать касание и задыхалась – а как назло, дышать было нечем, сплошная гниль и источаемый ей самой отвратительно тошнотворный запах бензина, накрепко впитавшийся в волосы; трясло, когда она, растирая горящие пальцы, рассказывала о том, что пришлось выдирать, как раскаленную проволоку из огня голыми руками.
Только потом, под конец этой исповеди, ей пришел в голову вопрос, зачем пилоту об этом знать – фата немного удивилась, но значения этому удивлению не придала. Ему нужно было знать всё – для того, чтобы им двоим что-то удалось.
Потому что на Кадваля никто не сделал ставок – кроме неё.
- …отца эта конкуренция, видимо, развлекает. Самое главное заключается в том, что Инколоре тоже вмешались. Она не знает, что именно назревает, но среди командования идут слухи о том, что «Дората» должна утратить позиции в драконостроении, громко, и они будут добиваться сокращения производства любыми методами, что будет следующим шагом – я не знаю… Возможно, ваш приятель погиб именно поэтому. Он вряд ли был согласен с идеей, скорее всего его заставили. Это саботаж среди высших чинов.
Сквозь щели в жалюзи отвратительно ярко бьет поднимающееся над крышами солнце.
- Омерзительно, я никогда так раньше не делала. Мне плохо, - почему-то признается Шеала.
Хотя расписаться в собственной не-всесильности для любой эльфийской фаты - что-то сродни тому, чтобы выйти на публику в грязной одежде.
- Нам нужна помощь со всем этим, - повторно расписывается в собственном бессилии она, отдирая прилипший к взмокшему лбу зеленый локон, - всё только началось, а я уже так устала. Кадваль, скажите, что с вами всё в порядке. Нам нужно идти.
Велик соблазн оставить её так – просто забыв, как звено, в котором давно исчезла нужда, но фата Арфел действительно оказалась полезна, хоть и не так, как предполагала.
- Простите, - произносит в пространство Шеала, почти удивленно, а потом заканчивает всё это.
Первая.
Удается с первой попытки, впрочем, оставившей в голове такую боль, что смотреть куда-либо становится очень сложно.
[nick]Шеала Танкарвилль[/nick][status]в штопоре[/status][icon]http://i.imgur.com/BJfxL8d.jpg[/icon][sign] [/sign][info]Эльфийская фата, психически нездоровое насекомое, немного дракон[/info]

+1

42

- Я в порядке, - спокойно уверяет Кадваль, так же, как до этого рассказывал о чаепитии с медиками “Дораты”, малоубедительное вранье - его конек, но сейчас правда от него не нужна. Нужно что-то совсем другое. И он, естественно, делает вид, что всё так и надо, ничего не случилось, и совершенно естественно то, что фата рассказывает ему вещи, которых он не должен знать, и - честно говоря - не хочет, и кто бы спросил, так лучше остаться ничего не знающим орудием. Хотя бы потому, что если (когда, говорит он себе, когда) они выпутаются: нужно начинать обратный отсчет до момента, в который снова всесильная фата Танкарвилль решит, что полукровка знает слишком много.
Но почему-то это знание оставляет его совершенно равнодушным.
Потому что вот она - не в порядке.
- Нужно, - легкую, словно чей-то хитиновый скелет, Поганец подхватывает фату на руки и устраивает на постели, положив под спину все найденные подушки, а их много. Ищет сумку, собирает вещи, ничего не смысля в женском гардеробе, наверняка эльфа потом скажет, что он был множество раз неправ, но самой ей лучше не шевелиться, но капитан Арфел даже пытается мыслить практично и потому с негодованием отбрасывает четвертую по счету пару туфелек из кожи василиска на умопомрачительных шпильках. Пятую, впрочем, приходится взять, впридачу к кедам и чему-то, подозрительно похожему на тапочки - она слишком льнет к рукам, как и все вещи, впрочем, им страшно.
Они знают, чем это кончится.
Вещи, кредитки, документы. Сигареты. Стакан воды для фаты - сейчас. По пути он переступает несколько раз тающее на глазах тело сестры, но ловит себя на этом далеко не сразу.
- Держитесь, еще немного и мы пойдем.
В застоявшемся воздухе запах падали почти осязаем.
Затем они идут - то есть, как, сильно сказано, потому что идет Поганец, привычно закинув на себя всё сразу, и сумку, и фату, в общем, это всё весит примерно столько же, сколько обычное армейское снаряжение для долгого перехода, но он и забыл, когда в последний раз его таскал, возможно, на последних курсах академии, когда их еще гоняли в марши, а лейтенанты-кентавры орали над ухом, что пока они не в действующей армии, то они говно собачье, а не достояние государства. Ну, в общем, минутка приятной ностальгии.
Даже несмотря на то, что никакой марш не включал в себя аккуратно уложенную на плечо голову высокой эльфы: здесь нужно было идти очень, очень осторожно, чтобы лишний раз не тряхнуть.
Собственность, сказала Блодвид.
Кадваль вдруг хмыкнул, остановившись у лестницы.
Перед выходом он открыл настежь окна: кажется, колония горгулий, обитающая на этой стене, будет совершенно счастлива. А вот механическому орлу счастья в этот день практически не досталось.
- Парень, - душевно предупредил Кадваль, - я пилотирую драконов. Тебя, если будешь выделываться, сожру и вы...плюну. Если будешь выделываться умеренно - разберу наполовину и брошу в реку. Усек?
В фарах птицы не промелькнуло ни тени мысли, но вел он себя дальше, как паинька.
- Моя бедная фата, - бормотал он, и что-то непривычно утешительное, когда они, наконец, добрались, когда укладывал ее в постель и обтирал лицо холодной водой, переодевал во что-то более удобное, чем его рубашка - знать бы еще, как оно называется - и чувствовал себя странно.
Строго говоря, капитану Арфелу еще никогда не приходилось о ком-либо заботиться.
Не то, чтобы ему нравилось, но почему-то вид зеленоватого лица фаты Шеалы вызывал неприятное тянущее чувство, похожее на острое желание вдохнуть.
- Все будет хорошо, всё будет…
Кофе - пожалуй, нет. Чай, сахар… снотворное. Половина таблетки. Взять в руки и укачивать.
Собственность.
- А меня всё устраивает, знаете?
[nick]Поганец[/nick][status]Holy lord of dynamite[/status][icon]http://s6.uploads.ru/Bb1nZ.jpg[/icon][sign]We are the storm an the wicked inside
More than a martyr can take
Fire them back to the dark of the night
Pray for this time we awake
[/sign][info]Укротитель диких тварей, пилот боевого дракона, маньяк, алкоголик, военный флорист[/info]

+2

43

Это пугало.
Без любых «но», это пугало до дрожи в коленях. Привыкшая находиться в эльфийском обществе, в мгновение оборачивающемся стаей пираний, множеством чудовищ из дурных снов и порождением кошмаров, фата давным-давно научилась жить по его правилам. Не давать спуску ни себе, ни другим, жрать протянутые руки, бить по больным местам не тогда, когда следует мстить, а при любом удобном случае; никому никогда не верить, ни за что никогда не доверять даже тем, кто очень убедителен в своей доброжелательности, потому что стоит показать свою спину – и из неё вырвут крылья. Убить свои страхи, уничтожить любые эмоции, могущие сделать слабее, выстоять – выстаивать всегда, чтобы самой крупной проблемой становилась нужда вытереть каблучки от крови, когда проходишь по трупам неприятелей.
По всем заветам эльфийского общества, согласно всему, чему её учила жизнь, фата обязана была вскоре пилота убить. Ну, когда он немного меньше перестанет быть нужен и при этом почему-то не убьет её, и вот все пункты этого плана приводили в недоумение, потому что она отчетливо понимала, что не выйдет. Не сможет.
Видимо, стоило попасть в эту неприятность лет на десять, двадцать позже – фата очень тщательно старалась никому не выдать то, насколько по эльфийским меркам молода, и до недавнего удавалось, а потом как-то вдруг они с полукровкой – её дорогой собственностью - поменялись местами. И теперь ничего с этим нельзя было поделать, хотя она отчаянно, до незаметных слез сопротивлялась.
Фата даже малодушно хотела на капитана наорать, но потом передумала.
Бедный мой… Поганец.
Вслух, разумеется, не сказала.

- Из вас вышел бы неплохой мафиози, - одобрительно-бессмысленно говорила эльфа, послушно глотая таблетку и щурясь куда-то мимо падающей на лицо светлой щекочущей пряди, - просто отличный. Если когда-то надумаете сменить работу, направьте мне резюме.
И вздохнула, никак не сумев смириться с тем, что ей катастрофически плевать на то, что это очень сильно отличается от её обычного положения - логова на вершине башни и привычки шагать по щиколотку в крови.
Но ладно, пусть оно ещё несколько минут побудет так, как есть. Нужно подождать, пока снотворное подействует и её перестанет трясти – заснуть не заснет, но, может быть, избавится от этого жуткого, угнездившегося где-то под диафрагмой страха.
Странно, что у них двоих всё получалось. В квартиру капитана больше не приходили, и заговор продержится, пожалуй, ещё сутки-двое, если всё так пойдет и дальше, а потом снова удастся найти какого-либо маргинала. У неё теперь есть одежда, есть чужой облик – зеркальце всё ещё продавливало ладонь – и уже можно идти на улицы, не боясь быть пойманными, уйти и затеряться в огромном городе, разыскивая всех, кто мог бы помочь. Договариваться, убеждать, угрожать и уговаривать, пить кофе в какой-нибудь дыре, дожидаясь ночи, и нарушать правила воздушного движения, снова наведываясь к кому-либо в гости.
Фата вздохнула ещё раз, испытывая острое желание молчать, отдавшись всему, что ей давали – и это было очень удивительно, до душевной дрожи – но долг, кажется, требовал двигаться вперед.
Или хотя бы не дать другому отправиться назад, провалиться в пропасть – а ведь он мог, потому что отчего-то совершенно не думал о себе.
Почему?
- Кадваль, ложитесь. Нет, просто ложитесь, вам очень надо, потому что у вас такое лицо, что это не устраивает уже меня, - она очень вяло спорила, на полпути оставив попытки выбраться наружу, из кольца рук – даже не думала о том, что правильнее было бы настоять на этом, возвращая себе статус госпожи.
Кто, в конце концов, будет судьей этому «правильно»?
Голос его почему-то отдавался такой странной, тягучей тоской, что фата невольно забивала эти ощущения глупостями. Боялась, что иначе – и сама свалится в бездну, выхода из которой не будет.
- Жаль, что нельзя посмотреть новости, думаю, там есть на что полюбоваться. Я потом вас пристойно расчешу, и мы полетим в пригороды. Знаете, там, на западе, есть один госпиталь. Вы знали, что Телор женат? Когда он в городе, то по вечерам иногда в этой дыре пьет кофе, ждет, пока смена закончится. Что характерно, ни единого чина поблизости, они все брезгуют там находиться. Это шанс. Но до вечера ещё долго, так что попытайтесь отдохнуть. Справитесь с этой инструкцией?
Это вот «меня все устраивает» пугало, уносило за собой в глубину, и не узнать - стоит ли искать путь назад, хотя здравый смысл об этом попросту кричит.
- Я знаю, - запоздало и весьма невпопад призналась фата, теряясь где-то между шеей и ключицей, - как-то глупо. Но меня тоже. А теперь спите.
[nick]Шеала Танкарвилль[/nick][status]в штопоре[/status][icon]http://i.imgur.com/BJfxL8d.jpg[/icon][sign] [/sign][info]Эльфийская фата, психически нездоровое насекомое, немного дракон[/info]

+2

44

- Да ну вас, фата, - вяло сопротивляется Кадваль, который, кажется, впал в ступор, и не может сменить положение ни для чего - ни чтобы встать, ни чтобы лечь, и всё, на что его хватает, это не менять позы, мерно укачивая протестующую эльфу. Вообще, конечно, позор: физически ничто из происходящего не тяжело, ну, кроме того факта, что пошли третьи сутки с момента, когда он в последний раз нормально ел. Приученный ко всякому желудок не протестовал, адреналин окочательно закрыл ему все пути к бунту, а вот тело - мышцы, которым недоставало питания, мозг, который, оказывается, тоже работал - всё это стремительно отказывало.
Поганец так же вяло и равнодушно ужаснулся своему поведению и мысленно пообещал себе, что завтра будет вести себя прилично и не станет больше посягать на эльфийское чувство собственного достоинства. Но не сейчас, нет.
“Нет, просто ложитесь”.
Стыдно признавать, но ни на что другое его бы все равно сейчас не хватило.
Вероятно, будь им обоим получше, пришлось бы согласиться, что это безоговорочная победа фаты Шеалы, потому что пилот успел только завернуть ее в одеяло, непонятно с каких пор пахнущее чем-то живым, а не пыльной тканью. Затем собирался издевательски поцеловать в лоб, но что-то случилось.

Сбитый режим добром никогда не заканчивался. Раньше Кадваль специально оставлял последние пару дней от отпуска, чтобы прийти в себя и заново начать просыпаться до рассвета, теперь же у него не было никакого шанса, и, одурев от ночного существования еще в период работы с “Доратой", сейчас он чувствовал, что сойдет с ума задолго до окончания всей этой истории.
Или уже сошел
Тем не менее, проснулся Поганец ночью, когда кое-как заработавший рассудок сообщил, что дальше так нельзя, и саморазрушение прекрасно только до определенных пределов. Еще рассудок предательски нудел нечто об… ответственности.
Пилот попробовал отжаться еще сто раз, но не помогло, только в войну с собой включилось всё остальное и дало понять, что без топлива этот полет не потянет.
Фата мирно спала под одеялом и ведать не ведала обо всех этих проблемах - вот, между прочим, думал Поганец, он-то ко всякому привык, но в какой момент свалится с ног женщина, которая даже свои документы сама не носила?
Вопрос был, понятно, риторический. Вчера вот уже свалилась.
И, раз их обоих всё устраивало, пора было начинать с этим как-то жить.

— Я починил пернатого мудака, — отчитался полукровка, когда колючая и холодная аура фаты Танкарвилль заполнила кухню, — и принес поесть. И только попробуйте отказаться.
Сам он получасом раньше уже прозревал подвиги, на которые способен, основательно оголодав - эльфу решил этим не шокировать, зато вид дожевывающего кусок полусырого мяса Поганца неизвестно почему произвел уже ослабевшее было впечатление на орла, так что их общение прошло без неожиданностей. И вот еще обитателей холодильника пришлось выселять, потому что они бы, как пить дать, сожрали всё, что Кадваль успел принести.
Остатки их цивилизации отправились в мусорное ведро.
— Не спрашивайте, — честно предупредил он Шеалу, ставя перед ней чашку с разогретым супом и бутерброды, — давайте считать, что я сходил в магазин. У нас есть еще полтора часа, если мы хотим застать генерала, поэтому попробуйте подкрепиться.
Это было невыносимо, неловко, страшно, но да и пошло оно всё — Поганец подхватил эльфу в обе руки, просто чтобы вдохнуть ее запах, будто до этого и вовсе не дышал, будто готовился к вылету и холодные иглы входили в виски, и облегчение, испытанное им, тоже было невыносимо.

[nick]Поганец[/nick][status]Holy lord of dynamite[/status][icon]http://s6.uploads.ru/Bb1nZ.jpg[/icon][sign]We are the storm an the wicked inside
More than a martyr can take
Fire them back to the dark of the night
Pray for this time we awake
[/sign][info]Укротитель диких тварей, пилот боевого дракона, маньяк, алкоголик, военный флорист[/info]

Отредактировано Истредд (26.07.2017 15:41)

+1

45

Любая, даже самая вязкая и заманчивая трагедия не могла продолжаться долго – раз у них не было под рукой ни антидепрессантов, ни амфетамина, то нужно было как-то заставлять себя жить, хотя бы в минорных тонах. Это не было победой фаты Шеалы, но было продолжением войны – войны, на которую она обещала отправить капитана, а так вышло, что они ступили в неё вдвоем, без оружия; и хорошо, если выйдет так, что их внутренние демоны окажутся сильнее противника.
Впрочем, может ли получиться иначе?
Она почти привыкла засыпать не в одиночку, проваливалась в сон так глубоко, что ничего не слышала, хотя обычно спала чутко, привыкла к тесноте, к низкому потолку и запаху пыли; никак не могла привыкнуть к тому, что по каким-то причинам капитан взял её под опеку, хотя было бы очень просто сделать вид, что каждый барахтается в своем озере проблем самостоятельно, и взаимодействовать исключительно на том уровне, который необходим.
И только не надо что-то про то, что после секса люди сближаются, ладно? Дело было явно в чем-то другом.

- Не буду, - отозвалась фата, безропотно и с затаенной благодарностью приникнув в ответ: каждый раз, просыпаясь, ожидала, что он сбежит, решив, что такая спутница слишком опасна даже для него, это было бы логично и рационально. Что бы она ни рассказывала, какие бы вещи не обещала – они оба понимали, что войну выиграть сложно.
- Надеюсь, это не… сделано из ваших соседей. Они испорчены, - сморщив нос, эльфа отстранилась, стряхнула со столешницы на пол осколки, признаки недавнего великолепия. Чинить проводку своим присутствием она не умела, поэтому вокруг было по-прежнему сумрачно и размыто, но, наверное, это даже к лучшему, потому что при свете наверняка окажется, что по квартире пронесся локальный апокалипсис, а это могло расстроить.
Где-то снизу, пробившись сквозь стекла, выла сирена – оставалось надеяться, что не по их душу. Что Танкарвиллям, что Инколоре пока что было чем заняться вне этого квартала. Дальние здания светились – желтым и неоновым белым; мигал чуть ниже уровня окна рекламный щит, оставляя на потолке кислотные пятна. Салатовый, красный, синий, снова желтый.
Зеркало она оставила где-то рядом с постелью – лишь бы не потерять в этом бардаке – и сейчас, разравнивая едва покрывающее бедра холодно-мятное платье, отстраненно отмечала, что, отлично идущее к бледно проступающей чешуе, её родную внешность оно превращало в подобие трупной. Хорошо, что здесь было сумрачно, да и свидетелей не так уж много – жизнь, видимо, налаживается, думала фата, раз в голову приходят мысли о совместимости гардероба с этой самой жизнью.
Как приходят, так и уходят – в сумраке плохо различим трупный оттенок кожи, выражение лиц, остатки былой роскоши и намеки на уничтоженную цивилизацию, эльфа надеялась, что в нем плохо различимо вообще все, но, споткнувшись, уже не смогла оторваться – демоны в его глазах не спали никогда.
Ну его к дьяволу, это платье.
За полтора часа можно успеть многое, а поесть удастся и за рулем.

Шнурки путались в пальцах, и сделать так, чтобы кеды не сваливались, представлялось неожиданно трудной задачей. Поганец собирал вещи наобум, но в чем-то угадал – оставалось помнить про манеры и то, что не нужно перебарщивать в попытках выглядеть оторвой из умеренно статусных.
И попытаться не засветить крылья – такое точно не поймут.
- Я поведу.
Орёл временно жил на крыше – кажется, совсем недавно здесь жил кто-то ещё, и его вещи, разодранные на клочки, сейчас были разбросаны как попало. Гудрон пружинил под подошвой и был ещё теплым.
Потрепав щетинистый, частично латунный загривок, фата неласково (и невнятно, потому что действительно пришлось жрать на ходу) уточнила:
- Готов, чудовище?
И хорошо, что эти кибернетизированные твари не имели выбора.
[nick]Шеала Танкарвилль[/nick][status]в штопоре[/status][icon]http://i.imgur.com/BJfxL8d.jpg[/icon][sign] [/sign][info]Эльфийская фата, психически нездоровое насекомое, немного дракон[/info]

+2

46

- Готов, - машинально отозвался Поганец и внутренне вздрогнул: вопрос, на этот раз обращенный не к нему, обычно перед вылетом задавал Одноглазый. Примета, только неясно, хорошая или дурная, - наденьте мою куртку, фата. Он быстрый, а ветрозащиты нет.
Знал, что нарывается, но остановиться не мог.
Не мог, и всё тут.

“Водила” фата лихо, ну, чуть более лихо, чем позволяли технические возможности и аэродинамика орла, и клятая птица, видимо, чувствовала себя ущемленной: однажды даже пыталась уйти в штопор, да вечно норовила забрать крылом поближе к горгульим гнездовищам, видимо, собиралась предпочесть смерть постоянному унижению, и в эти моменты  Кадваль мысленно клялся себе перетряхнуть твари всю начинку, но найти-таки тот участок мозга, что отвечает за подобный выпендреж. Остальное время он сидел, вцепившись в эльфу одной рукой, а в перья другой, и сомневался в том, что какое-нибудь “потом” когда-то случится. В общем, было отлично, почти как боевой вылет, только дракон почему-то управлял транспортным средством.
Кроме того, пилот следил, чтобы горгульи не приближались: в какой-то момент они и впрямь стали кружить поблизости, пришлось показать им гадко искрящий зеленым магический жезл и даже пару молний, которые он производил: до конца пути это держало прожорливых тварей на расстоянии, хотя  чего остро не хватало, так это напалма. Или вот еще ракет “Га-Булг”, тех, что воздух-воздух. Но что уж поделаешь, приходится жить с тем, что есть.
Тем более, что Поганца нещадно тошнило.
- Вы просто не представляете, - признался он, когда зеленый после приземления, как гоблинский абсент, пошел продышаться у стены закусочной, - просто не представляете, как я ненавижу летать пассажиром. Просто невероятно.
Обычно Кадваль просто не делал это трезвым, о чем сообщать было как-то неловко. И так проклятая пернатая тварь уже злорадно скребла когтями заплеванный асфальт, видимо, предвкушая обратный путь и выяснение, кто же всё-таки прочнее. У пилота было устойчивое подозрение, что фата этот поединок воли обломит в самом начале, но твари он предоставил заблуждаться на этот счет сколько угодно.
В конце-то концов, кто здесь личность?
Рифма к последнему слову, моментально возникшая в голове, лишала Поганца какой-либо надежды на ответ в свою пользу.
Опустились они на заднем дворе “МакМирддинс” - ну вот если верить мигающей желтым вывеске, или тому, что было видно из-за козырька крыши - и это было единственым светом, который хоть как-то позволял ориентироваться среди пропахших мочой коробок и остатков еды, которую… скажем, Кадваль очень уважал с похмелья. Ничто так быстро не приводило в себя, как бургер из жабы. И местный кофе.
- Неудивительно, что Ллойд здесь ждет. От этого варева можно никогда в жизни больше не уснуть, - доверительно поделился Поганец, открывая дверь черного хода, - надо будет взять пару стаканов с собой - от горгулий, опять же, отбиваться…
Осоловелый парнишка за кассой повернулся к незваным гостям, пару раз втянул воздух свиным пятачком и отступил на шаг, упираясь задницей в стойку:
- Я устал? - с надеждой спросил он.
- Ты хочешь спать, - мрачно покивал пилот, поддерживающий фату Шеалу под локоть.
За столиком в дальнем углу зала генерал Ллойд поднял глаза от газеты.
[nick]Поганец[/nick][status]Holy lord of dynamite[/status][icon]http://s6.uploads.ru/Bb1nZ.jpg[/icon][sign]We are the storm an the wicked inside
More than a martyr can take
Fire them back to the dark of the night
Pray for this time we awake
[/sign][info]Укротитель диких тварей, пилот боевого дракона, маньяк, алкоголик, военный флорист[/info]

Отредактировано Истредд (08.08.2017 22:35)

+2

47

Фате Шеале оставалось подкрепить почти физически ощутимое внушение пилота импульсом – не то чтобы она всерьез опасалась того, что парняга отважится вызвать патруль или службу безопасности, но привычка подчищать за собой следы казалась весьма перспективной и требовала закрепления.
Им очень повезло – в эту дыру заглядывали настолько нечасто, что генерал на сегодняшний вечер был единственным – видимо, последним - поздним посетителем.
Фата первой подошла к выкрашенному в смешной кислотный цвет столику – на углах краска облупилась, а на торце столешницы кто-то выцарапал непристойность из трех рун – и сняла темные очки, аккуратно сложив их перед собой. Глаза остались родные, совершенно не свойственные русалке – некоторое время назад это вызвало у неё неиллюзорную досаду у зеркала, а сейчас даже не пришлось ничего объяснять, и генерал постепенно начал понимать.
- Не могу сказать, что рад вас видеть, - Телор показательно небрежно отложил газету в сторону, но выглядел напряжённо и, кажется, одну из рук положил на оружие, спрятанное под одеждой, - надеюсь, у вас есть какие-то объяснения, капитан. Фата?
Не произнес вслух её имени – это уже внушало оптимистичные мысли, мимоходом отметила про себя эльфа. Назвал Поганца капитаном - значит не предубежден и готов выслушать. Отлично.
— У вас есть пять минут?
Телор сделал вид, что посмотрел на часы.
Эльфа говорила много, стараясь не упускать деталей, имеющих отношение к делу, попутно пытаясь выяснить то, что творилось в окружающем мире, пока они с капитаном находились в своем пыльном логове - изредка выползая, чтобы совершить удар.
— Мне неинтересны ваши внутрикорпоративные интриги, - морщился генерал, с сожалением качая опустевшим стаканом. Кофе здесь пах так, словно его пережарили в преисподней, — а что Инколоре?
В пять минут, конечно же, не уложились.

Когда все подробности, за исключением нескольких мелочей (в конце концов, выдавать свое истинное имя ещё одному полуэльфу казалось очень большой ошибкой, генерал этого не сможет простить – отхватит руку по локоть при удобном случае), были выложены, Телор очень задумчиво поднялся и пошёл к стойке, под которой сопел единственный представитель персонала. Заглянул внутрь – фата готова была поспорить, что привычно – достал ещё один стакан, почти не глядя что-то нажал на кофемашине. Совершенно не смущаясь, закурил.
- Ваши внутрикорпоративные интриги меня не интересуют, - повторил он, морщась, - но я понятия не имею, почему Инколоре, дом, поставляющий пилотов, вдруг решил избавиться от драконов. Не понимаю. Одно ясно – ваш дядя, фата, сам или же посредством своих подручных, попал под их влияние, потому что за все произошедшее отвечают они. Вы не рассказали, что произошло в день испытаний – но это как-то связано с вами лично, фата, и я не уверен, что хочу жить с этим знанием. У меня тоже есть руководство, знаете ли, заинтересованное в деньгах. А я – я заинтересован в работе, а чтобы эту работу я мог выполнять, мне нужны драконы. Так что сделаем вид, что этой встречи не было. А ещё я вам – вам, Кадваль - не рассказывал про то, что на западном фронте прорыв, и через три дня все командование соберется на совет. Там будут и представители обоих домов, фата. Если вы сможете там, на месте, каким-то образом разыскать доказательства их связи и предательства внутри дома – весомые, физические доказательства, то я думаю, врио вице-президента, ваша кузина, в тот же день добровольно сложит полномочия, и эта семейная ветвь лишится покровительства. Остается надеяться, что я тоже получу повышение - полетят головы, много голов. Постарайтесь, потому что в случае неудачи вас никто не будет защищать.
Он выдернул стакан из-под машины, глотнул – и тут входная дверь хлопнула.

Что сказать, везение фаты с пилотом было недолгим – это оказалась не жена Ллойда, даже не случайно забредшие в опасный район нетрезвые посетители, а самый натуральный полицейский патруль из высоких эльфов, ещё и с гончими – собаки были бодры и злы, а горящая слюна, свешивающаяся с их зеленых брыл, оставляла на кафельном полу дымящиеся пятна.
- Ну и денек, да? – хохотнул один второму, вытирая об ножку одного из столиков налипшую на подошву грязь. Потом поднял глаза и встретился взглядом с Ллойдом.
Тот цыкнул:
- Какая неприятность.
И, отбросив окурок, снова положил руку на оружие.
[nick]Шеала Танкарвилль[/nick][status]в штопоре[/status][icon]http://i.imgur.com/BJfxL8d.jpg[/icon][sign] [/sign][info]Эльфийская фата, психически нездоровое насекомое, немного дракон[/info]

+2

48

У капитана Арфела были проблемы - то есть, вот за исключением всех тех, которые он успел на себя собрать за последнее время. Но сейчас их количество перевалило за критическое, и виной тому был всего-то один стакан кофе, незаметно выпитый под увлекательный рассказ фаты Шеалы генералу Ллойду.
В общем, знал же, что не стоит этого делать.
Если в начале беседы Поганец все еще пытался продышаться и не пытался вникнуть, потому что мало интересовался повествованием (в основном по причине присутствия в нем, как спутника главного героя), то потом вощеный бумажный стаканчик опустел и мир предстал перед Кадвалем в новом свете.
И в этом свете ему срочно необходимо было реализовать свои базовые потребности. Известие о прорыве Западного фронта выглядело многообещающей, но уж слишком отложенной перспективой - а вот триумфальное появление полицейского патруля…
- Капитан, - Ллойд, как полагается хорошо знающему свой зоопарк начальству, ситуацию оценил первым, ради такого дела даже оторвавшись от лица полицейского. Он, судя по всему, был готов к схватке, но определенно не к тому, что ее будут провоцировать. Что же касалось младшего по званию, тот просто в такие высокие материи не вдавался.
Когда у капитана Арфела не было напалма и драконьих ракет “Га-Булг воздух-воздух”, он прекрасно обходился тем, что ему послала жизнь в это время суток.
Эльфийский полицейский успел заметить на его лице явное радостное оживление, почти неприличное для существа, которого разыскивают не первые сутки все, кто причастен и непричастен. Затем в глаза полисмену прилетела полная солонка с предусмотрительно сорванной крышкой, а гончую в прыжке встретил пинок тяжелым армейским ботинком в морду.
Было во всем этом кое-что новое.
Например, тот факт, что Поганец занял позицию между полицейскими и фатой Танкарвилль, и явно не собирался ее менять.
- Капитан Арфел! - генерал явно собирался пообещать нечто страшное, вроде отставки и жертвования Тейнду, но ему самую малость не хватило времени, потому как пришлось стрелять в представителя закона, а вторая рука и вовсе была занята: капитан Арфел от чистого сердца всучил ему тот самый заводской ключ на двадцать четыре. Следовало бы что-то об это сказать, но не успелось.
Поганец встретил вторую гончую на полпути к фате - ударом довольно тяжелого стула - и немного увлекся, так, что даже пропустил момент, в который открылась дверь. Высокая бледная эльфа на миг замерла, затем молча опустила на затылок готового стрелять полицейского бутылку газировки.
Все это вместе занято секунд пять, учитывая те два явно лишние удара, которые Кадваль нанес несчастному животному, заплевавшему кислотой его ботинки.
- Какого хера вы здесь устроили? - поинтересовалась эльфа, обтирая руки о белый халат. Пилот решил, что это на его голову слишком много и виртуозно выкрутился:
- Генерал всё объяснит. А нам пора. Спасибо, фата Нерис! Мы все поняли, генерал!
Внутренне он очень сочувствовал Ллойду. Почти так же, как злорадствовал. Хорошо, что не было времени на сочинение всех тех трех тысяч злобных комментариев о связях с высшими, субординации, внеуставных взаимоотношениях и прочем, что касалось внезапного знания о том, что твой начальник женат на твоем враче.
Это стоило того, чтобы выжить, в самом деле.
На этой восхитительной ноте под звуки сирены тревоги и местной сигнализации полукровка подхватил свою собственную фату (вот кстати, стоит ли сочувствовать Ллойду?) и вылетел в заднюю дверь.
- Блядь, - сказал он секунду спустя. Механическая тварь таки успела слинять, не дождавшись своих новых хозяев, а ведь они почти подружились! Что за жизнь такая, ну, - фата, во мне слишком много кофе.
С полным боекомплектом он по пересеченной местности бегал.
С эльфой в роли рюкзака - еще нет, но начал неплохо.
К тому же, было безудержно смешно.
- Так, я бегу, а вы говорите, куда, - через пару кварталов обозначил Поганец разделение труда, - потому что так-то мне все равно, я долго могу… э… черт, фата Шеала, ну прекратите тыкать меня коленом в бок! Это больно!
Кофе.
Слишком много кофе.
Где-то в подворотне выли вурдалаки.
[nick]Поганец[/nick][status]Holy lord of dynamite[/status][icon]http://s6.uploads.ru/Bb1nZ.jpg[/icon][sign]We are the storm an the wicked inside
More than a martyr can take
Fire them back to the dark of the night
Pray for this time we awake
[/sign][info]Укротитель диких тварей, пилот боевого дракона, маньяк, алкоголик, военный флорист[/info]

Отредактировано Истредд (13.08.2017 00:58)

+2

49

Фата Танкарвилль обладала обширным спектром полезных навыков и умений, и с большим удовольствием могла уничтожать противников подобного ранга в практически неограниченных количествах – но только не в подобных обстоятельствах. Такая вот драка её пугала и заставляла осознавать всю собственную бесполезность, и всё, что она могла сделать – так это попытаться сделать так, чтобы не мешать своим и не давать чужим слишком много надежд на собственную доступность.
Мироздание было к ней милосердно, и неприятностей удалось избежать – ну, имелись в виду физические. Пара синяков и мелкий ожог от кислоты были не в счет, в конце концов, после неработоспособной руки это являлось сущей мелочью.
Мироздание снова капризно изменяло плюс на минус, а недовольство – на благосклонность, так что явление госпожи Ллойд оказалось как никогда своевременным. В умении этой четы избавляться от подобного толка некрупных неприятностей фата не сомневалась, поэтому угрызений совести не испытывала, даже если бы и умела.
Испытывала острое желание очутиться на твердой земле.
И как-то избавиться от погони, которую несомненно за ними отправят в самом ближайшем будущем.
- Не сомневаюсь, капитан, - пыхтела она, ничуть не собираясь прекращать тыкать коленом в бок, - что вы можете долго, но это сейчас не поможет.
Лучшим способом избавиться от эльфийских гончих было бы найти текущую воду и перейти её вброд, но о реках, пусть даже помойных, в этой части пригородов она не была осведомлена, а ничего похожего как назло не попадалось на глаза, но потом, стоило на мгновение избавиться от взбалтывающей все мысли в голове тряски, она поняла.
Впрочем, на реализацию плана требовалось немалое время.
Следуя доброй традиции всех волшебниц, путешествующих в компании приятных молодых избранников, за которыми злой папа отправлял погоню, фата Танкарвилль выдрала из волос то, что выполняло роль гребня, и швырнула за спину. Лес, разумеется, за спиной не вырос – не подобное не хватало ни времени, ни доступных сил, но то, во что гребень превратился, должно было отбить нюх гончих на какое-то время, и тем самым сбить со следа.
- Стоки, - торопливо говорила она, - нам нужно спуститься вниз, в канализацию. Приятного мало, знаю, но с тем, что мы уже не можем улететь, это единственный надежный вариант. А потом придется спрятаться в госпитале. Будем молиться Матери, чтобы нижние пути вывели именно туда. Он не подчиняется юрисдикции местной полиции, поэтому никто не сможет добиться обысков. Или, во всяком случае, не сразу - это не под силу даже моему отцу, так что у нас будет время. Вы удивитесь, что на самом деле изучают в закрытой его части.
«Риссберг» формально считался областной больницей, финансируемой государством. В самую маленькую его часть привозили убогих и пичкали аспирином, изредка - феназепамом, оттого место и прослыло дырой редкого разлива. В левом крыле также практиковались некроманты из числа старшекурсников, что отнюдь не добавляло репутации, но самая важная часть была спрятана в подземной части. Об этом знали совсем немногие, и путь для них сюда, разумеется, лежал не через грязные, полные вурдалаков и прочей обшарпанной нечисти улицы, и не через канализацию. Но фата Нерис, будучи высокородной эльфой и немалых навыков специалистом – а других к пилотам, в общем-то, не подпускали - совсем не просто так, по чистой благотворительности, работала именно здесь.
- …мутации, генетические опыты, свежие разработки магии, прогрессирующие достижения некромантии, все на благо эльфийского благосостояния, - сбивчиво поясняла Шеала, - когда ваших предшественников убила… Махлат, их изучали здесь. Возможно, мой доступ ещё не удалили из системы, но надеяться на это не стоит. Вниз, теперь ищите пути вниз.
[nick]Шеала Танкарвилль[/nick][status]в штопоре[/status][icon]http://i.imgur.com/BJfxL8d.jpg[/icon][sign] [/sign][info]Эльфийская фата, психически нездоровое насекомое, немного дракон[/info]

+1

50

Где-то на полушаге Поганец остановился и подумал. Хорошо так подумал. И колено фаты его беспокоило на порядок меньше, чем мысли, которые пришлось переваривать.
- Знаете, фата Шеала, - зло сказал он наконец, - если вы не заколдовали меня, наверное, я вас люблю. Понятия не имею, что это, просто сложно придумать другую причину, по которой я полезу в дерьмище под землей, а потом к… этим.
И умолк надолго, даже не потому, что нечего было сказать - вот на это пилот как раз-таки не жаловался - и не потому что был неспособен: когда это Кадвалю обстоятельства мешали давать этим обстоятельствам характеристику?
Но он-то предпочитал думать, что занят.
Опустив на землю высокородную наездницу на полукровках (однако, казалось, что это звучит лучше), Поганец огляделся в поисках подходящего рычага. Канализационный люк найти было совершенно несложно, они встречались с завидной периодичностью даже в этой части города, на задворках какого-то ночного клуба, куда беглецов занес их хаотичный маршрут.
Не сказать, чтобы здесь, под мигающей лампочкой заднего хода и взглядами парочки  упоротых шишиг, Кадвалю очень нравился воздух и его запахи. Ветер доносил всякое, воняло чьей-то рвотой, застарелым табачным дымом, травой даже, из полуоткрытой двери тянуло сложным набором из горелого масла и хренового алкоголя - и еще крови и ладана - но здесь хотя бы был ветер!
Печальные размышления об этом едва не отвлекли его от конструктивного, и заодно от полуразвалившегося стенда пожарной безопасности: возможно, фата Шеала успела таки помолиться Матери, ну, или Мать забавлялась, наблюдая весь этот бедлам. Сорвав с креплений багор, пилот поддел крышку люка и, запоздало вспомнив, обернуося к оторопевшим шишигам.
Одна из них выплюнула сигарету и достала откуда-то косяк.
- Что? - с намеком поинтересовался Кадваль.
Девочки разговор не поддержали.
С душераздирающим звоном крышка упала на заплеванный асфальт, и полукровке явилось видение их общего с фатой (и это в лучшем случае - общего) будущего: оно было непроглядно темно, вонюче и пролегало в районе мирового дна.
- Я сейчас спущусь, - сказал Поганец, - а потом поймаю вас.

- Где-то здесь должна быть схема, - счастье, что никому из них, ни высокородной эльфе, ни полукровному летчику не нужны были никакие источники света, чтобы иметь возможность ориентироваться в полном мраке. Легче от этого, на самом деле, не становилось: подхватив фату под колени, Кадваль брел по колено в черной жиже, и, кажется, за это самое колено его только что кто-то укусил - сложно сказать, потому что в какой-то момент начало казаться, что эта самая жижа его ноги переваривает.
Между прочим, версия вполне рабочая. Так или иначе, хромать в таких обстоятельствах оказалось неприятно и опасно: самому навернуться еще куда ни шло, а уронить вот в это свою ношу казалось совершенно непристойным.
- Не могу поверить, - чтобы заглушить печальные мысли, поделился Кадваль, - генерал Ллойд. Фата Нерис. Мой мир рухнул. А, кстати, вот и… ага, направо, до второго коридора, не дайте мне забыть. Затем влево и вверх. Кстати, почему вы считаете, что оттуда нас не выдадут? Или, тым нам предстоит прятаться по дальним кладовкам и питаться подопытными?
Отчего-то его трясло: то ли от боли в ноге, то ли от азарта - сбежать и не попасться - а то ли от предвкушения.
Безнадежного предвкушения непонятно чего, безнадежной жажды: крови, железа и пламени, от этого “прорыв Западного фронта”, от близости Дракона, который не дракон, от желания остановиться и принять бой.
Может, последний, зато не таскаться под землей.
Но он шел вперед, направо, до второго коридора.
- Мне нужно будет угнать… её.

[nick]Поганец[/nick][status]Holy lord of dynamite[/status][icon]http://s6.uploads.ru/Bb1nZ.jpg[/icon][sign]We are the storm an the wicked inside
More than a martyr can take
Fire them back to the dark of the night
Pray for this time we awake
[/sign][info]Укротитель диких тварей, пилот боевого дракона, маньяк, алкоголик, военный флорист[/info]

Отредактировано Истредд (20.08.2017 02:37)

+1

51

Когда люк неплотно закрылся, шишиги переглянулись.
- Да ну нафиг, - констатировала первая и сплюнула.
Потом сделала пять шагов вперед и подпихнула люк грубым ботинком с рифленой платформой. Тот наконец встал на место.
Спустя какие-то двадцать минут усиленный полицейский патруль, совершенно удивительный для этих мест, опрашивал свидетелей, но те, пойманные за шкирки, отказывались говорить что угодно.
Их посадили на сутки за употребление, но потом пришлось выпустить – слишком много тут было таких, у кого были секреты; учитывая то, что предместья были под покровительством совсем другой семьи, в конечном итоге в их головы никто лезть не стал: себе дороже.

Канализационный сумрак расцветал ворохом неприятных ощущений. Пахло просто ужасно, до рези в глазах, несколько раз она замечала чьи-то тени, лишь немного отличающиеся от покрытых толстым плотным слоем темной слизи стен. Кто бы тут ни жил, падать уже было некуда, поэтому местные обитатели наверняка отчаянно не боялись никого и ничего, и то, что их с Поганцем не сожрал кто-нибудь, Живущий В Темноте, было очередной улыбкой фортуны. Видимо, Мать благоволила к фате, потому что ничем иным объяснить того, что она практически преодолела путь до госпиталя под землей не то что целая - почти не запачкалась, было нельзя.
Вернее, у пилота было ещё одно объяснение, достаточно странное, чтобы его пришлось обдумывать несколько минут, оторвавшись от сложных расчетов дальнейшей тактики.
- Направо, Кадваль. И следующий проход.
В конечном итоге, наиболее правильным и здоровым вариантом было бы решить, что это все – типичное проявление попавшего в кровь адреналина, проигнорировать и с чистой совестью забыть. Потому что только в таком случае никому потом не будет неловко. Не то чтобы участники экспедиции были в том возрасте, в котором становится мучительно стыдно из-за неуместно употребленных слов, но…
- Вы первый, знаете, - зачем-то, притом тоже с необъяснимой досадой наконец поделилась знанием фата Танкарвилль.
Расшифровывать не стала. Странно, но любые слова, которыми ее в пылу эмоций награждали любовники и любовницы, проскальзывали мимо памяти, не оставляя в ней ровным счетом никакого следа – намного более витиеватые, произнесенные с более верными интонациями, совершенно правильные с точки зрения социальных правил, абсолютно, безупречно стерильные и пустые.
Даже хорошо было, что они с Поганцем в такой заднице, что на размышления об этом не остается времени. Фата понятия не имела, зачем ей вообще нужно об этом размышлять, и это ее тревожило.
Там, на Западном фронте, наверняка всё было проще. Вылет, отбой, отгул, никаких сверхъестественных задач, импровизация строго в пределах отданного приказа. Наверное, фата Шеала и все связанные с ней события должны быстро затереться в памяти привыкшего к войне, не мыслящего себя без войны Поганца, и это, пожалуй, было хорошо.
Осталось дотянуть до этого момента.
- Верно мыслите. Мы будем прятаться. Отличие этого госпиталя от остальных дыр – в том, что теперь, когда мы перешли бегущую воду, нас будут искать где угодно, но не там. Слишком… мала вероятность. Вряд ли кому-то придет в голову. А если и будут – то не найдут. Там едва ли не более опасно, чем снаружи, разница только в том, что там нет и не может быть ни моего папы, ни его брата. Вероятно, следует начать с мертвецких – в такое время там если кто-то и работает, то только фата Нерис. Вдобавок в морге есть вода, которой обмывают трупы - а вот в дальнейшем придется импровизировать и мимикрировать под подопытных, питаясь врачами. Они всегда так делают. Думаю, мы вполне достойны того, чтобы стать одним из лучших экспериментальных образцов. Первые в своем роде, - невесело хмыкнув, Шеала ещё сильнее вцепилась в удерживающие ее руки.
- Думаю, лучше будет, если вы меня опустите вниз. Я заслужила и это будет педагогично. К тому же, я почую, если там будут ловушки, так что мне нужно пойти… полезть вверх первой.
Странно, думала фата, всё ещё очень странным было то, что он иногда видел в ней дракона, но совершенно не пытался управлять, хотя знал, где нужный рычаг.
Странно и то, что она не думала об этом и совершенно не боялась.
- Как я могу помочь вам в угоне?
[nick]Шеала Танкарвилль[/nick][status]в штопоре[/status][icon]http://i.imgur.com/BJfxL8d.jpg[/icon][sign] [/sign][info]Эльфийская фата, психически нездоровое насекомое, немного дракон[/info]

+2

52

- Знаю, - мрачно заметил капитан Арфел, пытаясь в черной жиже ступать так, чтобы не ухнуть в нее неожиданно с головой, - и почему-то совершенно, вот совершенно этому не удивлен.
Неловко ему не было, он привык - и это стоило ему многих лет борьбы - говорить то, что думает и не отказываться от сказанного - во многом, потому, что это нарушало эльфийские завитушки, портило им беседы, настроение и, порой, замыслы. Это стоило ему некоторого количества боли, а потом - карьеры, но последнее к лучшему, существовать в штабе, оторванный от неба и войны он не хотел и не смог бы.
Не думал, что дальше будет, как теперь жить, не думал, что и кого забудет, когда (если) вернется на западный фронт, по правде говоря, Поганец совершенно определенно считал, что не будет никакого если и когда. Он умрет - и думал он об этом без всяческого пиетета, печали, или мрачной задумчивости, что там, даже не считал особенным, из ряда вон выходящим событием. Это как думать “а затем я выйду покурить”.
Именно с этим легким оттенком удовольствия, потому что, по правде, он не знал, что делать, если будет иначе. Был совершенно уверен, что не поймет и после.
Что это не сотрется из памяти, сколько бы городов он ни уничтожил, сколько бы имен ни скормил дракону, и тоска о несбывшемся и невозможном, которой досыта кормили его товарищей по несчастью, и которой он никогда не знал, нашла его. Настигла и больше никогда не покинет.
- Врачи довольно гадкие на вкус, - совершенно серьезно возразил Кадваль, но развивать тему не стал, проверяя одной рукой прочность лестницы. По всему выходило, что выдержит еще пару сотен лет и набег горных троллей.
- Ни в какой вперед вы не пойдете, - полукровка огрызнулся, пожалуй, злобновато, когда снимал со спины фату Шеалу и укреплял на летнице. Сам ухватился с другой стороны и полез вверх, - если с вами что-то случится, всё это будет совершенно бессмысленно, так что… поднимайтесь, теперь можно.
Тяжелый чугунный люк над ними, несмотря на почти старинный вид, был заперт на очень современный замок, сложная печать которого наверняка размыкалась по капле крови или дыханию входящего, смотреть, как с этим справляется эльфа, Поганец не стал, отвернувшись в темноту, но после нужно было поднять тяжелую крышку, и…

Пилот припал к кафельному полу, огляделся и со смешком констатировал:
- Морг.
Воняло и впрямь характерно, да и металлические ящики, температуру воздуха и прикрытые простынками тела на каталках было ни с чем не спутать. Лампа над головой омерзительно мигала, как бы намекая на то, что ее давно пора менять, и в белесых вспышках виднелись странной формы изогнутые стены да отблески на банке с глазными яблоками, стоящей у шкафа.
Из дверцы пробивалась пожухлая травка.
- Никого. Дайте руку, - буквально выдернув фату из люка, Поганец поймал ее в руки и ровно поставил на пол, в который раз удивляясь тому, что она все еще не попыталась его убить за такое поведение. С другой стороны, удивительного мало, она, скорее всего, просто запоминает, чтобы в подходящий момент, когда всё кончится…
Надо успеть умереть до того.
С ног стекала черная грязь, с левой - подозрительно теплая: колено пульсировало болью и отказывалось сотрудничать. Капитан Арфел трогать его не стал, больше из нежелания пачкать руки, вместо этого аккуратно поправил на фате капюшон ее куртки.
- Там какая-нибудь охранная магия, - сказал он отчего-то тоскливо, - ее нужно будет отключить. Я могу и без этого, но это такое рискованное удовольствие. Скажите, фата Шеала, потом… ну, потом, вы…
Незаданный вопрос повис в воздухе и был отброшен, как совершенно кретинский.
И спрашивать, можно ли поцеловать ее - было тем более глупо, потому он просто наклонился к ней, к сухим и соленым потрескавшимся эльфским губам - вот почему так всегда, как же косметика? Всегда как будто больная - может, дело в том, что Мать смотрит сквозь них, и от Ее взгляда они всегда в лихорадке?
Но почему от этого так стремительно наваливалась темнота - железная и огненная - он не смог бы сказать никогда.
[nick]Поганец[/nick][status]Holy lord of dynamite[/status][icon]http://s6.uploads.ru/Bb1nZ.jpg[/icon][sign]We are the storm an the wicked inside
More than a martyr can take
Fire them back to the dark of the night
Pray for this time we awake
[/sign][info]Укротитель диких тварей, пилот боевого дракона, маньяк, алкоголик, военный флорист[/info]

Отредактировано Истредд (20.08.2017 17:43)

+1

53

Не знаю, что будет и как, и будет ли вообще, это «потом».
Правда была в том, что ее тоже могут уничтожить, сожрут и не подавятся костями, и капитана проглотят вместе с ней, даже не заметив. В эльфийской войне всегда гибло много тех, кто даже был непричастен, а о причастных – таких, кто помогал по своей воле, и таких, кого использовали, порой даже без их ведома – и говорить не приходилось.
Здесь, в холодной атмосфере умирания, мысли о собственной смерти переставали пугать – вот она, смотрит из каждой пары невидящих глаз, пересохших и мутных, заползает душком гниения в нос, стучит по плечу – оглянись, я тут. Еще один облик Богини - из тех, которые не гравируют на статуэтках, лежащих дома у каждой женщины.
Какое-то странное чувство кольнуло фату, но о чем это было – она сразу же забыла и не смогла вспомнить. В любом случае, оно являлось не слишком тревожным и было связано с чем-то из ее красивой жизни, и, вероятно, к этому стоит вернуться только тогда, когда все закончится.
Сейчас же вся жизнь пахла гниением, помоями, почему-то – горьким табаком, имела привкус виски и несбывшихся чаяний, а еще – железа, и запах был слишком сильным как для того, чтобы ей просто казалось.
- Вы ранены, - недовольно отстранившись, констатировала фата. Тонкие эльфийские чувства без труда различали эту опасную ноту в богатом шлейфе остальных неприятных запахов, - магия подождет. Где-то здесь должны обмывать трупы, значит, есть вода, а еще тут наверняка есть дезинфекторы. Если у вас раньше времени начнется гангрена, я вас побью.
Лампа над головой недовольно мигнула и с щелчком потухла – чтобы через мгновение зажечься и светить в половину яркости, но хотя бы без перебоев. То ли так наступал ее последний час, то ли она чутко реагировала на эльфийское настроение.
- Я не знаю, - отозвалась эльфа в ответ на незавершенный вопрос, отворачиваясь и начиная рекогносцировку, - не знаю, капитан.
Почему-то было сложно. Она слабела, потому что никак не могла надеть обратно свой царственный хитин и этот облик леди из холодного железа. Почему-то, отвернувшись, было проще говорить неприятные вещи – и отчего вообще эти вещи ей казались неприятными? Как будто здесь мог существовать какой-либо другой ответ.
Слишком много размышлений в единицу времени, так не пойдет.
Сначала она нашла спирт – скептически понюхав прямо из откупоренного горлышка, едва не лишилась чувств - потом разыскались и какие-то более современные средства, пахнущие ещё более гадко.
Потом выяснилось, что у большого каменного стола, по низу украшенного легкомысленным цветочным барельефом, есть душ с ледяной водой, которой, судя по всему, отмывали трупы, и это казалось едва ли не самой светлой новостью за сегодняшний день.
Жизнь не налаживалась, нет, просто продлевалась на какой-то неясный срок – до того самого момента, камня на тропе, за которым снова начинается туман.
- Стаскивайте эту дрянь. Давайте, чего я не видела – потом ограбим какой-нибудь труп, где-то тут есть их вещи, я уверена.
Жизнь не налаживалась, но до этого самого камня обрела определенность, некий вектор, вехи, которые нужно благополучно пройти и вещи, которые нужно сделать. Распланировав программу, фата её выполняла, почти механически и не думая. Это было просто – промывать, осматривать, обеспечивать себе безопасность. Оно должно было им быть. Этим обеспечением.
Запах железа казался просто сумасшедшим, пока кровь стекала вниз, через покрытые зеленым налетом медные решетки. Просто потрясающе. Как они вообще до этого докатились и долго ли ещё катиться вниз?
Эльфа зло шмыгнула носом. Выключив воду, аккуратно положила лейку подальше.
- Мне за вас больно, - сообщила она в пространство, старательно глядя мимо, - зачем вы вообще… Не будет никакого «потом».
И, некрасиво и зло изогнув губы, расплакалась.
Вот теперь точно было неловко.
[nick]Шеала Танкарвилль[/nick][status]в штопоре[/status][icon]http://i.imgur.com/BJfxL8d.jpg[/icon][sign] [/sign][info]Эльфийская фата, психически нездоровое насекомое, немного дракон[/info]

+2

54

- Предположим, вы не видели мое бельё, - попытался отшутиться Поганец, вышло так, будто он огрызается снова, - я ваше тоже не запомнил, так что мы квиты.
Пропитанные грязью форменные штаны шлепнулись на пол, чтобы не шипеть сквозь зубы, он изучал взглядом рунические орнаменты на кафельной плитке - потертой и старой, кое-где потрескавшейся: кажется, орнаменты должны были от чего-то охранять, но, за неимением должного образования в этой области, пилот мог понять и прочесть только это.
Он покорно подставлял колено и не хотел думать - от мыслей мутило, легкие прикосновения эльфы почему-то не делали лучше, скорее наоборот, так, что в какой-то момент ему захотелось наорать и забиться в угол, требуя оставить его в покое, и только к моменту перевязки стало ясно, что физические ощущения здесь совершенно ни при чем.
А самое странное, что, похоже, он был такой здесь не один.
Не верь, говорила Поганцу мать, никогда не верь. Они притворяются. Мимикрируют. Как если бы то, что хочет тебя съесть, заманивало и звало тихим детским голоском, прося о помощи. Не верь, говорила она и поглубже вбивала, к ее сожалению, совсем не железный нож в портрет отца.
Потом господин Арфел не вернулся с инспекции на заводе, и через очень немногое время Кадвалю на базу пришло известие, что мать уснула. Ну, насовсем.
Не верь, говорила она, не открывай двери, не впускай, но самой страшной тайной было то, что она слишком хорошо знала, о чем говорит, потому что впустила сама.
И ее съели.
Он тогда думал, что не открыть легко, и каким нужно быть совершеннейшим дураком, чтобы…
Поганца подбросило с каменного стола, и он не смог бы потом вспомнить, как оказался рядом - да почему она такая маленькая? - запустив пальцы в прохладные темные волосы, вытирал слезы, баюкал, касался губами прозрачного виска, сам не зная, зачем, и подействует ли это вообще:
- Ну не будет, и ладно, - с легким сердцем сказал Поганец, заглядывая в золотые глаза, - ну подумаешь. Знаете, фата, я каждый вылет думал, что “потом” не будет, на самом деле в этом ничего страшного нет. У вас всё будет хорошо. А ко всему остальному я готов.
Звучало, как неуместная бравада, но было правдой, несмотря на то, что “быть готовым” вовсе не значило “принимать с радостью”.
Ходили слухи, что перед тем, как пойти на таран, пилоты испытывали короткий миг ослепительного восторга, то ли отголосок восторга драконьего, то ли от перепада давления и перегрузок в принципе, да и вообще, неизвестно, правда ли это, но просто удобно сочинять, что перед смертью есть какая-то утешительная пилюля, но слухи - да - ходили. Сначала ты испытываешь эйфорию, а потом восходит твое последнее солнце.
- Но, если не будет - тогда обнимите меня, фата Шеала. Прямо сейчас.
Поздно, впустил. Дверь открыта. Солнце восходит.
Кадваль стряхивает кровь с руки и коротко молится Рогатому: стол холодный, вода холодная, кожа у высокородной эльфы, как положено, холодная под курткой, но его, похоже, лихорадит, и он обжигается сам о себя, а значит, этого хватит на двоих чтобы согреться. Может, станет легче, как от воды или свежего воздуха, потому что, в конце концов, именно это и было нужно.
И Поганец легко поднимает эльфу, чтобы усадить на колени и избавить от необходимости касаться мокрой каменной поверхности, и потом не вспомнит, как лихорадочно стягивал через голову одежду, с себя, с нее, чтобы привлечь ближе и согреть хотя бы немного.
- Не плачьте, фата. Прошу вас. Пожалуйста, - и, как в прошлые разы, желание накрывает с головой, лихорадочное, бредовое, от которого не остается ни рассудка, ни логики, - пожалуйста. Хотите нож?
И он, пусть Рогатый не даст соврать, готов повернуться спиной и покорно ждать, пока она дополнит коллекцию шрамов - не впервой, но эти руны принять готов:
- Пусть лучше мне будет… фата, моя фата, - и захлебывается словами, скользит по бледной коже пальцами, ниже, еще ниже и, кажется, очень нужно, чтобы она - как в тот раз - чтобы кричала, потому что иначе он перестанет дышать. И, прижатая к нему спиной, фата Танкарвилль напоминала диковинный музыкальный инструмент: держать одной рукой, играть на ней - другой, и все это ради… ну да, звукоизвлечения.
И немного - ради несуществующего “потом”.
[nick]Поганец[/nick][status]Holy lord of dynamite[/status][icon]http://s6.uploads.ru/Bb1nZ.jpg[/icon][sign]We are the storm an the wicked inside
More than a martyr can take
Fire them back to the dark of the night
Pray for this time we awake
[/sign][info]Укротитель диких тварей, пилот боевого дракона, маньяк, алкоголик, военный флорист[/info]

Отредактировано Истредд (21.08.2017 13:18)

+2

55

Она все равно плакала – слезы лились сами, пока не вылились целиком, и теперь можно было потерпеть еще лет десять-двадцать, до следующего раза.
- Я не могу, – сбивчиво говорила невпопад, качая головой, - больше не могу, понимаете? Я смотрю на вашу рану и мне больно…
Как так вышло, она не понимала сама, наверняка ничерта не понимал и Кадваль, и, в целом, наверное, в этом помещении спокойней всего было трупам. Впрочем, сомнительный вывод – но скрежета из-за металлической затворки в пылу выяснения того, кто как к кому относится, фата не услышала. Или не захотела слышать.
Она сначала плакала, потом перестала, выгибаясь дугой и губами ловя горячий, быстрый ток крови в беззащитной шее.
Потом стало жарко и совсем невмоготу терпеть нехватку желаемого. Жутко, наверное, это все смотрелось – могильно холодный камень под коленями, потеки крови и грязи на полу, грязь, спирт и разбросанная одежда, но, к счастью, лампа таки перегорела, погружая все в сомнительного уюта сумрак, и оценить было некому.
Одна на двоих растерянность… потерянность даже, пожалуй, и ранила она не хуже железа. Железо было в колючих серых глазах, и взгляд оставлял ожоги ничуть не хуже того, которым ее наградила Аграт.
Каково дракону, которого ведет пилот?
Потом фата все-таки кричала, хотя это было опасно – поэтому сразу же давила этот крик, до крови вцепляясь в предложенную спину. Пожалуй, шрамы могут остаться – это все, что она сейчас могла предложить, а всего остального – больше не могла. И вряд ли сумеет справиться с этим потом.
Держала волосы в попытке оградить их от разводов грязи на камне, это, учитывая обстоятельства, было абсурдно и глупо, поэтому фата смеялась, нервно и вытирая слезы с горящих щек, целовала куда могла дотянуться и брала всё, что могла взять.
Потом умирала, долго, тяжело и мучительно, не чувствуя лица, рук, пальцев, удивительное и странное тепло свивалось где-то под сердцем, которого у эльфов не существовало, и так и не смогло потом сбежать. Зацепилось за крючки, которыми её драло изнутри вот уже который день.
После должно было стать тихо, но не стало – потому что вокруг неожиданно шаркало и мычало, а в темноте что-то двигалось, и это было непонятно и даже почти страшно.
После за дверью послышались шаги, и фата поняла, что им конец.

Дверь распахнулась, и на пол упал резко очерченный прямоугольник холодного, почти синего света. Темная фигура протянула руку и бешено забила по выключателю, но света, на счастье, так и не появилась, и эти попытки были прекращены.
Фата замерла, как статуя – в темноте еще оставался мизерный шанс, что их просто не заметят. Если вошедший, разумеется, был не из высоких – и спустя пару мгновений она его рассмотрела.
Видимо, Богине нравилось глумиться над ее противниками.
- Ну, суки, чего снова орете? – неласково поинтересовался взъерошенный – это было видно даже в густой темноте – тег в помятом белом халате.
- Ыааэээээ! – возмущенно махнул рукой мертвец, качаясь в сторону каменного стола.
- Что, опять вакханалию устроили, мерзавцы? – спросил тот, - ух я вам! Ложись на место, кому говорю.
- Петер, ты там что застрял? – гаркнул кто-то из коридора, так нетерпеливо, что сразу стало ясно – ситуация важная дальше некуда.
- Да щас, щас, - тег наощупь, споткнувшись о старый механический стул без спинки, прошел вдоль стеллажа, ловко разыскал бутылку со спиртом и поспешил обратно.
- По местам, кому говорю! – уже уходя, рявкнул он в сторону стола, - чтобы утром все было прилично. У-у, дебилы мертвые. Нам нужен толковый некромант…
Последнее слово утонуло в грохоте захлопнувшейся створки – Петер, видимо, очень спешил, потому что даже не проверил, закрылась ли за ним дверь.
Гуляющий мертвец, недовольно мыча, все же принялся неловко забираться в свой ящик.

- Простите, Кадваль. Простите. Вечность не плакала. Уже лет… знаете, сбилась со счета. Когда мне было пятнадцать, что ли… они решили, что я уже достаточно хорошо воспитана, и подложили меня под первого из… ваших. Ничего не вышло. Ничего. Всё пошло не так. Мне сказали, что я должна исправить ошибку, или буду до конца дней позором семьи. Тогда я взяла нож – почти такой же. И исправила. Ругали, конечно, перевод ценного ресурса. Но так, больше для проформы. А спустя еще лет пять мне сказали, что он сам по себе был испорченным, и это была проверка. Для меня. Справлюсь ли я с принятием таких решений. Если вам скажут, что власть дается дешево – не верьте. Все мы - чудовища. Просто каждый создан для чего-то своего.

- Как все удачно складывается, - легкомысленно заметила фата, мало-помалу возвращая нормальное состояние разума. Это смахивало на наркотик или сильную зависимость, возможно, на нимфоманию с небольшими поправками, одно было хорошо – в отличие от сильных зависимостей, от этой она при всем желании не получит рак легких или цирроз, а несколько укусов и десяток синяков заживают очень быстро. Пустяки, а не последствия.
И после очередной дозы настигала временная эйфория. Опасная, но позволяющая хоть как-то жить дальше.
- Магию теперь ломать не нужно. Но, боюсь, нам придется искать какое-то другое логово. Зато в случае чего прикинемся восставшими, их тут, кажется, любят.
[nick]Шеала Танкарвилль[/nick][status]в штопоре[/status][icon]http://i.imgur.com/7xkKiUd.png[/icon][sign] [/sign][info]Эльфийская фата, психически нездоровое насекомое, немного дракон[/info]

+2

56

- Это называется “удачно”? - Поганец едва пошевелился, отчего-то совершенно не впечатленный тем фактом, что над ними все это время стоял мертвяк, а некий тегианский дежурный выжил исключительно по причине собственной лени. Может, потому что пилоту тоже сейчас было всё лень, тем более - вставать и куда-то идти.
Впервые за несколько прошедших дней, а как бы и не за всю жизнь, ему было хорошо и спокойно - и ведь это порядочной сложности упражнение, сделать так, чтобы тебе было хорошо и спокойно, когда лежишь ободранной спиной на каменном прозекторском столе, на который тихонько льется из шланга ледяная вода. И нежно так журчит где-то над ухом.
Фоном в своем ящике подвывает мертвец, крайне возмущенный происходящим. Но Кадваль был так благодушен, что не раздражался даже этим.
- И кроме того, фата, ваша аура. У меня есть встречное предложение, - он рывком встал, нашаривая джинсы, обреченно выругался и параллельно попытался сообразить, что такое можно с ними придумать, чтобы надеть и при этом не умереть от отвращения пополам с сепсисом. К ботинкам, впрочем, был тот же вопрос.
- Во-первых, нам нужен здоровый сон, а здесь где-то рядом комната дежурных. Во-вторых, а как насчет напугать их внезапной проверкой? Я хочу сказать…
Он хотел сказать, что шлейф присутствия, холода и ужаса, распространяемый фатой Танкарвилль, не следовало прятать. Драконы не скрываются, драконы атакуют, пикируют сверху и не оставляют ошарашенному противнику ни единого шанса выжить и задуматься.
Он хотел сказать, но не сказал.
Знал, что она поймет
Вместо этого протянул руку - обычно она после… после становилась такой вот деловитой и отстраненной, будто и впрямь получила дозу, но в этот раз в отстраненность не верилось (еще не сделала шаг назад, еще не время, и этим нужно пользоваться) - протянул руку и опустил на острое плечо, притягивая к себе.
И, зарывшись во влажные еще волосы, долго и невесомо гладил по спине и почти растаявшим в воздухе  крыльям.

В дежурке было тесно, но тепло и, что немаловажно, ребята сообразили себе неплохое место для отдыха: спирт Поганец пробовать бы не решился - сейчас, конечно - а вот кофеварка и коробки с каким-то фастфудом были очень кстати.
- А у вас тут уютно, ребята, - резюмировал полукровка, по-хозяйски оглядывая помещение. С его точки зрения, недостаток здесь был один: слишком яркая лампа под потолком.
Ей наверняка будет неуютно спать.
Оба тега молча смотрели на него и пара секунд, отмеренная на крайний шок, явно подходила к концу, один вставал, второй тянулся к выразительной красной руне на стене, но удар железным ключом сломал этот порыв и руку заодно.
Камера под потолком жалобно пищала и пыталась отвернуться - видимо, общение с высокородной эльфой не проходило даром технике так же, как живым организмам было тяжело с капитаном Арфелом. Во всяком случае конкретные два организма он, подумав, запихнул в железный шкаф и закрыл на ключ, все равно они были не такие уж живые. А до утра и того меньше будут.
А потом, насвистывая, вытер от крови ножку стула и ключ.
- Моя фата, всё готово. Можно отдохнуть. Кофе? Пончик? - а вот руку мыть было лень, пришлось облизывать, - массаж?
Запах железа и крови совершал такие чудеса, что спирт можно было и не трогать. 

[nick]Поганец[/nick][status]Holy lord of dynamite[/status][icon]http://s6.uploads.ru/Bb1nZ.jpg[/icon][sign]We are the storm an the wicked inside
More than a martyr can take
Fire them back to the dark of the night
Pray for this time we awake
[/sign][info]Укротитель диких тварей, пилот боевого дракона, маньяк, алкоголик, военный флорист[/info]

+2

57

- Фу, капитан, - ласково ответила фата, - прекратите жрать всякую гадость.
Она обшаривала все ящики – и старания вскоре увенчались успехом. Кофе и кое-какая еда позволяли жить, а вот найденные под кучкой мятых, покрытых кругами от кофе отчетов пропуска позволяли жить хорошо и красиво как минимум ближайшие несколько часов. Ещё, возможно, у этих получится позаимствовать одежду. Кадвалю с его ростом, вероятно, не повезет, но это тоже не было большой проблемой – можно обокрасть кого-то ещё.
И мысль насчет проверок была до невозможности правильной – уж что-что, а нагонять на окружающих страху она научилась достаточно давно и, надо полагать, гордилась навыком небезосновательно.
- Кофе, пончик, массаж и разговор, - несмотря на приятный улов, стоило не прекращать поиски, - нам несказанно повезло, это почти джекпот. Разверните камеру в стену, пожалуйста, я не уверена, что она не придет в себя.
Она бросила на стол наполовину полную пачку сигарет – её бывший хозяин при жизни был редкостным пижоном и позволял себе дымить запахом шафрана, медовника и детских кошмаров (торговая марка, основной ингредиент остается секретом производства). Сильный, слегка синтетический запах начал расползаться над столом, несмотря на то, что пачка была плотно закрыта.
Фата помяла в пальцах одну сигарету, потом со вздохом отложила, так и не закурив.
Наговор без поддержки заклинателя окончательно испортился, и зеркало легло на стол следом, но для него это стало не последним испытанием, потому что, за неимением других царственных мест, эльфа присела на столешницу и сама. Сейчас, в общем-то, у них было несколько часов (если повезет) передышки, и в этом всём главным было не расплакаться снова, любить тихо и спать чутко.
И, разумеется, как следует подумать, раз уж выпала такая редкая возможность.
Близость то ли развязки, то ли конца всё делала острее. Скоро всё как-то, но закончится – даже если она одержит верх и победит – но пока можно протянуть руку и снова прикоснуться. Это ощущение, связанное с неотступным желанием, было очень странным – фата старалась не рефлексировать, думать пореже, сосредоточившись только на делах, но не удавалось.
Капитан её не просто привлекал физически. Безусловно, сложно было спорить с запахом холодного железа в крови – и соблазн снова попробовать её на вкус был очень сильным, хотя с прошлого раза прошло совсем немного времени. Но было что-то ещё, невидимое, невербализуемое, сложное в восприятии – будто он ей был ближе по сути своей, чем вся её семья, вместе взятая, и взяться этому ощущению было решительно неоткуда. Но оно бралось и не спешило уходить.
Может так оно бывает - всё то, о чем она читала и слышала, но никогда не ощущала? Это она, непокорённая ею эмоция? Чувство?
Фата опустила ресницы.
- Расскажите, о чем говорил генерал. Западный фронт – до него сколько? Вы успеете… на ней? И что – вы тогда не ответили – я могу сделать для того, чтобы вы её смогли угнать?
Генерал явно говорил не просто о том, чтобы они явились в назначенный срок в нужное место. Эльфе не нужно было быть военным, чтобы понять тактику: требовалось что-то, что спасёт ей, Аграт, шкуру – обе шкуры, и железную, и родную – что-то, что станет переломным моментом, моментом, в который дракон должен атаковать и пикировать. Пусть и с тыла, зато по уязвимым местам.
Лишь бы она что-то успела раскопать. Лишь бы смогла.
Лишь бы никто из них троих в этот день не погиб.
- Вы лучше меня знаете свое командование. Какие подводные камни могут быть? Они же не будут сбивать вас, учитывая прорыв фронта?
[icon]http://i.imgur.com/BJfxL8d.jpg[/icon][info]Эльфийская фата, психически нездоровое насекомое, немного дракон, влюбленная наркоманка[/info][sign] [/sign][nick]Шеала Танкарвилль[/nick]

+2

58

- Ну почему, будут, - неземное спокойствие, снизошедшее на капитана Арфела, не давало сбоев, - неопознанный борт, без предупреждения… я бы первый отдал приказ в таком случае, кто его знает, чужака, что он задумал.
“Жрать всякую гадость” он послушно перестал, хотя не очень хорошо понял, чем обыкновенная кровь хуже неизвестного происхождения пиццы и странных пончиков - но почему бы и нет, в самом деле. Фата приказывала, он иногда слушался, всех это устраивало, кроме рискнувших вмешаться в недавно установившийся порядок вещей.
Поэтому Кадваль и камеру отвернул, и даже договорился с пожарной сигнализацией, и только потом принялся разбираться с кофемашиной. Судя по запаху, должно было быть только чуточку получше, чем в той закусочной.
- Мне нужно, чтобы охранные системы ангарной части в ту ночь работали плохо. Или не работали вовсе, тогда я смогу до нее добраться и мы взлетим. Надеюсь, что часть, где нас не сбивает воздушная оборона, обеспечит генерал Ллойд. Будет идеально, если получится отозвать охрану, или как-то их запутать, потому что ну… лишние препятствия, - последнее замечание требовало определенной самодисциплины, однако, как бы ни любил Поганец хорошую драку, нельзя отрицать, что численное преимущество имеет значение.
Особенно, если речь идет о толпе хорошо вооруженных троллей и техномагов.
- Далеко, - хмыкнул пилот, подозрительно принюхиваясь к пицце, - мм… с жабьей икрой, да они тут мажоры... Но ведь это дракон, фата. Мне только выйти на нужную скорость, и мы там будем через считанные минуты… В этом весь смысл. А если взять барьерную скорость, то и вовсе мгновенно, но на Махлат я бы рисковать без особой необходимости не стал. Слишком велик риск ошибиться и оказаться где-то далеко за линией фронта. А там нас снимут едва ли не быстрее. И - самое главное - мне нужен полный боекомплект. Иначе никакого прорыва не состоится.
C этим было сложнее, но просто угнать дракона - мало, и нужна большая удача, либо редкое стечение обстоятельств (и самоубийственный план), чтобы сделать необходимое на безоружном железном ящере. Одного напалма здесь не хватит.
Поганец аккуратно поставил перед эльфой стаканчик с кофе и педантично уложенный на салфетку пончик - вообще, происходящий в дежурке бардак явно вызывал у него почти физические страдания, и сам он плохо понимал, как только что выжил в глубинах канализации.
Парадоксальным образом, эти страдания помогали не думать обо всем остальном: о нетерпении, с которым он ждал конца, почти уверенный, что не вернется. Да, сделает всё, что может, даже то, что не может - почти наверняка. И лучше бы это закончилось восходом солнца. По нескольким причинам, главной из которых было эгоистичное и болезненное нежелание видеть, как…
Как в конце она благодарит его за содействие и удаляется пожинать плоды триумфа.
О том, что может быть иначе, полукровка даже думать не хотел - тогда они ничего не увидят оба, и даже это не так плохо.
И он думал, осторожно разминая хрупкие плечи, что в этом и есть беда. Пришедшая, откуда не ждали: сначала ты смеешься и ненавидишь, а потом они все равно победят, и вот ты готов вырвать себе сердце и положить его в руки странного существа, которому, может, и не совсем всё равно, и оно будет иногда ностальгически вспоминать этот момент, засушив его в банке с жуками.
А ты думаешь - хорошо бы так и было.
Потому что главное - это чтобы она не плакала.
- Я забыл, - небрежно признался Поганец, - когда это будет? Собрание.
[nick]Поганец[/nick][status]Holy lord of dynamite[/status][icon]http://s6.uploads.ru/Bb1nZ.jpg[/icon][sign]We are the storm an the wicked inside
More than a martyr can take
Fire them back to the dark of the night
Pray for this time we awake
[/sign][info]Укротитель диких тварей, пилот боевого дракона, маньяк, алкоголик, военный флорист[/info]

+2

59

Фата накрепко задумалась. Следовало учесть дикое количество нюансов, от каждого из которых зависели их с Поганцем жизни – все остальные она привычно не принимала в расчет, бездумно расставляя приоритеты.
- Я попробую что-то сделать, - наконец кивнула она. В этом – в том, что он выполнял ее просьбы – было нечто безумное, то ли потому, что он в принципе их выполнял не сопротивляясь, то ли в абсурдности и макабричности обстановки и ситуации в целом.
Ей нравилось.
Фату вдруг охватило неуместное веселье, в котором любые болота были по колено.
- Это, в конце концов, мой завод, я уж как-нибудь смогу попасть внутрь и выяснить у инженеров, все ли в порядке с боезапасом. Махлат после вас чинили, – она легко двинула левой рукой, показывая о чем речь, но не желая, чтобы пилот убирал ладони, - и вполне могли пополнить комплект, но если нет, не беда. Я знаю методы, как это исправить. Пока они поймут, в чем дело… ведь там нас точно уже не ждут. Там для нас слишком опасно. Как и здесь.
Эльфа прикрыла глаза, едва удерживаясь от того, чтобы не растечься по столу. Было до странного хорошо, пусть и лихорадочно.
Слезы отступили и запрятались очень глубоко – пожалуй, хватит на ещё несколько десятков лет, хотя, если каждый раз это будет заканчиваться так, она пересмотрит некоторые решения относительно своей стойкости.
В конце концов, плакать – это скандально. Не то что жрать младенцев, такое-то уже давно всем приелось.
- Через три дня. Оно будет через три дня – вероятно, уже через два с небольшим, если я правильно оцениваю время, которое мы потратили на разнообразные глупости. Нужно дать себе какой-то запас, который спустим на запутывание следов и форсмажоры. Понять, когда именно нужно прибыть на этот совет – так, чтобы это стало неожиданностью, и так, чтобы вправду для всех. Чтобы застать врасплох. Исходя из этого, мы сможем выяснить, сколько времени нам остается на валяние дурака и попытки скрыться от полиции. Возможно, успеем пройти тернистый путь от обычной комиссии до… словом захватить власть в госпитале, забрать себе самые вкусные пончики и обесчестить стол главного врача.
Она дернула уголком рта, давая понять, что это как минимум наполовину – шутка.
- Но мне довольно сложно сокращать путь для себя, даже если вы меня будете нести на руках. Если нам попадется кто-то из высоких эльфов – не убивайте его, пожалуйста, сразу, он перед этим сможет послужить великой цели и отправить нас на завод, когда это потребуется.
Заниматься делом было просто. Это значило – не терзаться ощущением приближающегося конца, который то ли накроет, как грозовой фронт, то ли обойдет, задев только краем. Через три дня все закончится – так или иначе, и действительно не будет ничего.
Фата, больное насекомое, заранее чувствовала, что будет ощущать себя так, словно у неё самой что-то засохло и отвалилось, и теперь лежит в банке с жуками. Но иначе, судя по всему, нельзя и не получится.
Не может никак получиться, этот мир так создан.
На время отстраненная от дел, но ничуть не бывшая госпожа вице-президент, лишь волей случая кратковременно загнанная в неудобные обстоятельства, невесомо улыбнулась:
- Не грустите, Кадваль, мы прорвемся. Вот увидите, новые погоны будут вам к лицу. И новое звено – тоже, как только мы наладим выпуск этих зверюг как следует. Я постараюсь, чтобы все было на высшем уровне.
А фате было заранее горько, и потому фата задумчиво клала ладонь на щеку, отводя растрепавшиеся светлые волосы от лица. Просто потому что могла и имела на это право.
- Обнимите меня, - попросила она, - это смешно, но я, кажется, разучилась спать одна.
Признание вызывало приступ тоски, прочем, чересчур досрочной, чтобы стать глухой и слишком горькой.[nick]Шеала Танкарвилль[/nick][icon]http://i.imgur.com/BJfxL8d.jpg[/icon][sign] [/sign][info]Эльфийская фата, психически нездоровое насекомое, немного дракон, влюбленная наркоманка[/info]

+2

60

- Что поделать, я тоже разучился, - даже весело отмахнулся капитан Арфел, - такие дела, моя фата, дурным привычкам надо потакать.
И бессовестно потащил высокородную фату Танкарвилль в постель - или то, что таковой можно было назвать с натяжкой: впрочем, когда за последние дни их это волновало?
Спать оно и вышло “спать”, потому что даже проклятый кофе, черный, как души их эльфской родни (всей сразу), и тот не помог. Последнее, что помнил Поганец - это как расстегнул пуговицу на джинсах (не поручился бы, своих или ее), а потом его накрыло совершенно неожиданной темнотой.

Лампа в коридоре умирала, характерно мигая и позванивая. От этого звука Кадваль и открыл глаза, первое время озадачившись вопросом, где находится и когда успел попасть в медчасть, потому что на нее это и было похоже, даже пахло похоже - кофе, кровью и антисептиками.
Странно, но уверенность в этом поколебало только движение где-то в районе плеча, и тогда пилот осознал, что, во-первых, на нем не одеяло, во-вторых, фата Шеала почему-то считает, что закинутых на свою собственность конечностей недостаточно и надо заползти целиком (с другой стороны, кровать и впрямь узкая), а в третьих - на часах почти пять утра, время идет, и его нужно использовать с толком.
Поэтому джинсы с фаты всё-таки снял.
Будить не стал: даже сейчас ее аура, такая же тяжелая и холодная, как у всех высоких эльфов, всё равно отдавала железом, и полукровка даже не мог поручиться, что не именно это лишает его разума, просто ждал, когда от неосторожного движения пальцев эльфа проснется. А когда дождался - намеренно приближая этот момент - то притянул ближе, судорожно вдыхая.
Он знал, почему не произносит ее имя и не пытается использовать.
В сущности, что еще можно хотеть?

- Я бы на вашем месте поторопился, - Поганец многозначительно поднял брови. Главный врач “Риссберга” с каждой репликой смотрел на него всё менее скептически, а сам пилот убедительно делал вид, что дела плохи ровно до того, чтобы сочувствовать совершенно незнакомому высокому эльфу. Сам факт сочувствия, которое смеет выразить низший высшему, шокировал достаточно сильно, чтобы поверить.
Да что там, остатки скепсиса моментально сносило ударной волной высокородного гнева, распространяющейся из-за двери так, что со стен уже стремительно облезала краска. О перегоревших в первые две минуты лампочках и говорить не стоило - он даже не подозревал, что такое представила себе фата Шеала, чтобы дойти до нужной кондиции, но вероятно, это было нечто действительно впечатляющее.
А Поганец, ощущая себя совершеннейшим психом, закрыл за главой медиков-извращенцев дверь и прислонился к стене, улыбаясь и думая, что чудовище по ту сторону очаровательно до неприличия.
И стол действительно следует осквернить, но позже.
Навытяжку стоящие в коридоре теги улыбку “сопровождающего” расценили своеобразно, не то, чтобы прямо отступили, но переглядывались с подозрением, кому, как не им, было знать, с какой радостью эльфская челядь наблюдает за тем, как высокие уничтожают друг друга, по дороге снося и всех причастных.
Что касается капитана Арфела, то он был непристойно счастлив: посреди всех окружающих опасностей, за пару дней до конца - в лучшем случае, никогда еще не было так хорошо.
Что же, оно того стоило.

[nick]Поганец[/nick][status]Holy lord of dynamite[/status][icon]http://s6.uploads.ru/Bb1nZ.jpg[/icon][sign]We are the storm an the wicked inside
More than a martyr can take
Fire them back to the dark of the night
Pray for this time we awake
[/sign][info]Укротитель диких тварей, пилот боевого дракона, маньяк, алкоголик, военный флорист[/info]

+2


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Альтернатива » Hier kommt die Sonne


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC