Правила Персонажи Сюжет Гостевая

Ведьмак: Меньшее Зло

Объявление

  • Приветствие
  • Новости
Добро пожаловать на форумную ролевую игру по циклу «Ведьмак»!
Время в игре: январь 1272.
Что происходит: гонения на ведьм и колдунов, война Нильфгаарда с Севером, мрачные монархические истории, разруха и трупоеды!
А если серьезно, то загляните в наш сюжет, там весело.
Кто больше всего нужен: реданцы, темерцы, партизаны, а также бойкие ребята с факелами.
31.10 АМС поздравляет всех со своим профессиональным праздником с Саовиной! По этому поводу открыт [праздничный раздел], в котором для празднующих найдутся и хороший тамада, и интересные конкурсы. Спешите принять участие!
14.09 [Мы перевели время на 1272 год], а также переработали сюжет и хронологию. Не болейте!
16.08 [Очень Важное объявление], просьба ко всем игрокам прочитать и при необходимости отметиться с пожеланиями.
14.08. Нашему форуму исполнилось целых ПОЛГОДА! С чем мы нас и поздравляем, [подробнее в объявлении], спешите поучаствовать в конкурсах и поздравить друг друга с тем, что злишечко стало побольше!
  • Акции
  • Администрация
Шеала де Танкарвилль — главная в этом дурдоме.
Эмгыр вар Эмрейс — сюжет и репрессии.
Цирилла — сюжет, прием анкет.
Человек-Шаман — техадмин, боженька всея скриптов.
Стелла Конгрев — модератор по организационной части.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Завершенные эпизоды » [03.1269] Ad mortem festinamus


[03.1269] Ad mortem festinamus

Сообщений 1 страница 23 из 23

1

Мы спешим на смерть

Время: второе марта и дальше, несколько дней
Место: Велен
Участники: Нерис, Картия ван Кантен, Шеала де Танкарвилль
Краткое описание: после долгих зимних вечеров, посвященных расшифровкам и выяснению того, откуда древний артефакт мог появиться в Велене и что он, собственно, собой представляет, небольшая чародейская экспедиция отправляется в весенние топи с целью во всем разобраться и законсервировать объект для дальнейшего изучения. Но отчего-то всё оказалось сложнее, чем казалось на первый взгляд.
NB! инвективная лексика, мрак, хтонь

0

2

Исторические свидетельства свидетельствовали на удивление мало. Несмотря на все потраченное на поиски время, найти удалось немного – несколько врановских источников, пара эльфских манускриптов, множество фольклорных источников, поражающих многообразием кровавых подробностей, однако ничуть не приоткрывающих завесу тайны над тем, что же происходило на самом деле и что же лежит в истоках культа Мары. Разумеется, ни единой дожившей до сегодняшнего дня жрицы, могущей пояснить любопытствующим хотя бы что-то – казалось, божество давно покинуло этот мир, оставив о себе всего несколько свидетельств, и то, сомнительных.
Находка, сделанная весной, с каждым этапом исследований казалась всё страннее. Разумеется, притягательнее. В какой-то момент, практически отчаявшись, Шеала отважилась на рискованный шаг – связалась с коллегой по Ложе, так же тяготеющей к исследованиям, и это, как ни удивительно, дало свой результат.
Доступ к некоторым манускриптам черных сеидхе помог лишь самую малость, но, что самое ценное, Ассирэ подсказала методики и концепции, на основе которых Шеале наконец-то удалось сообразить достаточно эффективную защиту, позволяющую работать с артефактом без… неприятных последствий. Разумеется, нильфгаардская магичка не собиралась оказывать помощь безвозмездно, но этого никто и не ожидал.

К началу весны Шеала сочла, что степень подготовки наконец позволяет совершать самые активные действия. Экспедиция намечалась самая серьезная, хоть и малочисленная: присутствие агентессы госпожи Ассирэ не обсуждалось, но кроме неё Шеала, подумав, пригласила ещё и агентессу госпожи Филиппы. Не потому что Филиппа тоже оказывала помощь, просто, так получилось, агентесса была давней коллегой Шеалы по Риссбергу, а также человеком сдержанным и не подверженным тому, чему часто были подвержены северные чародейки - можно было рассчитывать не только на то, что журналы будут заполнены грамотно, но ещё и на то, что эта история не будет свободно распространяться. Научная жадность, она такая.

Зима выдалась холодной, и начало весны не спешило радовать теплом – сугробы немного плыли под солнцем, но не собирались таять окончательно, а после захода солнца иногда начинал идти мокрый снег. Впрочем, учитывая сырость Велена, это даже не было плохо – ещё неделя-другая, и в болотах можно будет утонуть, а сейчас же чародейки имели возможность передвигаться по покрытому крупными порами, грязноватому, но всё же снегу, а вода большей частью ещё была покрыта достаточно убедительной коркой льда. Координаты места, в котором с ней приключилась такая страшная трагедия, Шеала помнила накрепко – поэтому открывала портал без задержек, сразу, как только стало ясно, что сборы закончены и все готовы приступать к делам.
- Деревня не очень большая, - поясняла она для напарниц, - и лежит далеко от торговых путей и большака, поэтому таверны или обычного гостевого дома нет. В прошлый раз меня и мою спутницу приютила одна старушка, за весьма скромную плату. Это всё равно лучше, чем ночевать в лесу, к тому же она неплохо – ну, как для села - готовит. Если её уже нет в живых, найдем что-нибудь ещё.
В Велене было теплее, чем в Оксенфурте и верхнем Каэдвене, воздух был сырым и туманным, несмотря на то, что день не перевалил за полдень. Справляясь с головокружением после телепортационного перехода, Шеала стащила перчатку и провела ладонью по лицу. Мир поплыл ещё сильнее, крыши домов, покрытые потемневшей за зиму соломой, подернулись рябью и неясной дымкой, но стоило сделать несколько глубоких вздохов, как это прошло.
Старушка была жива, но её не узнала – впрочем, в таком возрасте это было и немудрено, она была настолько древней, что, наверное, застала рождение короля Гериберта, а темные глаза почти пряталась в морщинах, превративших лицо в почерневшее яблоко.
На удивление Шеалы, другие встреченные селяне тоже не тыкали в неё пальцем, как это было прошлой весной – впрочем, вероятно, дело было в теплой одежде и накинутом на голову капюшоне. К тому же, это наверняка было к лучшему – меньше будет расспросов.
- Предлагаю оставить вещи, которые не жалко оставить, в доме, и отправиться в пещеру прямо сейчас. Если не справимся сразу, хотя бы определим поле деятельности и проведем разведку, - рассуждала Шеала, проверяя, все ли магические инструменты компрессировала и захватила с собой, - тут конечно ничего не своруют, мы для них богомерзкие ведьмы, покушающиеся на… волю Хозяек, что ли, я так и не поняла, кто это. Но что-то может отсыреть.

+2

3

- О, - при упоминании Хозяек Леса внезапно оживилась молчавшая до того Нерис, - я собирала про них истории в одной из фольклорных экспедиций. Очень противоречиво описанные дамочки: с одной стороны, вроде бы хранительницы и защитницы, а с другой -  кровавые божки, каких поискать, в чем я прослеживаю, кстати, влияние древних огненных культов. Очень похоже на двойственную природу пламени в них всех, так что мне кажется, что истории о Хозяйках - это какой-то забавным симбиоз местечкового полидемонизма и эльфских верований. Вышло бы интересное исследование на самом деле, но меня отвлекла темерская разведка, от которой пришлось улепетывать. Не уважают эти господа фольклор до обидного прямо.
В воздухе висела изморось.
Нерис поправила перчатку на руке и поглубже натянула капюшон.
Велен, кажется, был создан для того, чтобы иллюстрировать собою понятие "гиблое место": особый колорит этого края складывался из неизменной промозглости, унылого пейзажа и своеобразного менталитета местных жителей, привыкших принимать выпадающих на их долю лишения с печальным стоицизмом, очевидно, жизненно необходимым жителям топей. Кроме того, Велен представлял собой отличную модель огурца, ибо процентов на девяносто состоял из воды - вода то хрустела, то хлюпала под ногами, мокрыми хлопьями летела с небес, и была равномерно взвешена в воздухе; она затекала за шиворот, оседала на лице и одежде, и Нерис, просто неподвижно стоя посреди деревушки, ощущала, как на ней отсыревает нижняя рубашка.
Велен Нерис не нравился.
Зато ей нравилась возможность переключиться от обычной шпионской возни на что-то более научное, тем более, что возня эта в последнее время все чаще казалась ей бессмысленной, а ее собственная деятельность - довольно бестолковой и не дарующей удовлетворения. Наука, однако же, всегда действовала на чародейку успокаивающе - даже если ради нее нужно было забраться в промозглую веленскую глушь и общаться с бесцветными, отсыревшими местными жителями; кроме того своим наличием Нерис несказанно обрадовала...
- Банька! - чародейка слегка пихнула Картию вбок, кивая на бревенчатый домик чуть поодаль. - Ты глянь. Завалимся потом? Это же входит в плату за постой?
Баня все делала лучше - к тому же, мысль о том, что им будет, где смыть с себя веленскую болотную грязь несколько примиряла с необходимостью по этой грязи ползать - а им наверняка придется, потому что сходивший проплешинами снег уже кое-где открывал взору раскисшую землю, и по закону подлости, именно в месте их раскопок его должно было остаться ничтожно мало.
Ну, это если мир продолжал работать в привычном режиме.
Хозяйка дома оказывалась старушкой древней, но вполне милой; и в дорогу гостий напутствовала строгим:
- Возвращайтесь к ужину! - а потом прибавила, с сочувствием глядя на чародеек. - Тощенькие-то какие, страх прямо.
В доме она не оставила практически ничего: во-первых, оттого, что их действительно было немного, а во-вторых, потому что она привыкла носить с собой все свое, и без дорожной сумки ощущала себя почти раздетой, так что своя ноша ее плечо не тянула. Покинув временный приют, они по ноздреватому, рыхлому снегу пошли в сторону редких зарослей, которые выступали тут в роли леса - казалось, что бесплодная веленская земля напрягла все свои скудные силы, чтобы выродить эти чахлые деревца, ранней весной выглядевшие особенно убого; впрочем, лето их вряд ли делало краше. Жиденький лесок обрывался почти неожиданно, и за ним вверх, к низким тучам, поднимались невысокие холмы, склоны которых неравномерно поросли неожиданно крепкими елями, чьи вершины вонзались в пушистые брюха облаков, и туман кровью стекал по их склонам, заполняя болотистую низину белесой дымкой.
Нерис смахнула с лица капли и, запрокинув голову, поглядела наверх.
- Далеко еще?

Отредактировано Нерис (25.04.2017 18:34)

+2

4

Картия была необычно для себя серьезна. Ей ничего не нравилось, и он даже не могла для себя рационализировать причину этого, но радушная хозяйка злила, деревенька доводила до нервного тика, а воодушевление двух исследовательниц, которых девица ван Кантен сопровождала, казалось по меньшей мере неуместным.
- Б… что? - отвлекшись от разглядывания ползущего по рукаву первого весеннего клеща, переспросила Кантарелла, - Банька? О, нет! Хотя не слушай меня, через пару-тройку часов я туда первая побегу.
Картию съедала тоска и никак не примененный энтузиазм, если бы не необходимость отдавать долги, она бы вряд ли согласилась в этом мероприятии участвовать, чувствуя себя здесь до крайности неуместной, но она всё еще была единственной, способной дословно пересказать госпоже Ассирэ ход исследований и зарисовать по памяти все возникшие в процессе схемы, графики и элементы наскальной живописи, тем более, что последних здесь вряд ли будет много (за неимением такого уж количества скал) и вряд ли они будут особенно сложными, чай, не творения Черных Сеидхе в геммерских пещерах. Ну в самом деле, что местные могли нарисовать? Кабана с рогатиной в arse?
О, Великое Солнце, только-только ступив в местную грязь, Картия окончательно поняла две вещи:
- она принципиально против навоза во всех его проявлениях;
- она вспомнила, почему ушла из науки, так в нее толком и не войдя.
И деревенька, проклятая деревенька не шла у нее из головы, и застряла там так крепко, что посланница Ассирэ вар Анагыд была нехарактерно для себя серьезна и молчалива. Топала следом за учеными дамами, аккуратно обходя совсем уж запредельные лужи, старалась идти по талому снегу и торчащим из-под него крапивным да полынным палкам, то и дело оборачиваясь на древние, с зимы не обновленные еще крыши. Велен Картия видела в первый раз, и они сразу друг другу не понравились.
- Туда, если я правильно поняла, - Картия взмахнула рукой, указывая направление (если только действительно правильно) и с очередным вздохом побрела дальше. Она не жаловалась, нет. О, нет. Но очень хотелось. А пока они продолжали брести по ноздреватому снегу, сухому разнотравью, покрывающему склоны холмов, затем спугнули стаю ворон, недовольных присутствием чародеек в святая святых - их собственном, усеянном сотнями гнезд, омерзительно кривом и подыхающем леске. Картия даже попыталась уточнить наличие здеь интерсекций, но нет - некоторые места в мире просто уродливы, что тут поделаешь. Ели должны были с этим примирять, но получалось только хуже, потому что…
Потому что ветра здесь не было.
Почти совсем, одно сказано - болото.
- Ужину-херужину, - ворчала Кантарелла, за спиной у северной магички цепляясь за Нерис, она не была уверена насчет того, как Шеала де Танкарвилль вообще на такие пассажи отреагирует, а потому старалась молчать, но прорывалось странное и в неожиданных местах, - нет, ты слышала? Нашла тоже тощих. Завидует молча пусть…
Заросший травой и черный провал “пещеры” возник перед ними так же внезапно, как до этого - прервался кривой лесок, сменившись зловещим ельником, и, несмотря на то, что ходить туда не стоило, в некотором роде, Картия ощутила облегчение.
Всё равно лучше, чем в деревеньке.
Тут хоть клопов нет, может, в этом дело?
- По-моему, там какая-то хрень, - некуртуазно сообщила Картия, всё так же цепляясь за Нерис, но не спеша добавлять, что тут повсюду какая-то хрень, и она хочет домой, к маме, или, или, может, куда-нибудь в другое место, но главное подальше от гнилого, болотного и грязного Велена, выглядящего, как давно уже разлагающийся труп, который по весне нашли в сугробе.
В темной утробе хода что-то шевелилось - зловеще и бесшумно - наводя на мысли, что поход этот был не лучшей идеей изначально.
“Давайте туда не пойдем” - хотела сказать Кантарелла, но вместо этого жалобно прозвенела, - давайте убьем это нахер, а то очень оно страшное, а?

Отредактировано Картия ван Кантен (01.05.2017 01:06)

+2

5

Склонив голову к плечу, Шеала с отстраненным любопытством смотрела на то, что осталось от схрона Мары. Местные сюда не ходили и до событий, случившихся в канун прошлогоднего Беллетэйна, а после того, что произошло с ней и Анитой, наверняка и носа не совали даже в эту часть болот, обходя холмы по широкой дуге. Однако же что-то, даже несмотря на неживописно покрывающий окрестности снег, существенно изменилось.
Прежде всего – она не помнила, чтобы в прошлом году всё вокруг было так переломано и перекручено. Её спутницы, бывшие тут впервые, едва ли удивлялись ущербности пейзажа, но Шеалу тревожило здесь всё – и скупое карканье воронья, с ленцой покинувшего свой насест на корявых ветках, и всепоглощающая туманная тишина, искажающая голоса – оттого она почти не разговаривала, оставив эту честь своим коллегам - и холодные капли, стекающие со лба на веки и пытающиеся слепить ресницы.
Больше всего, конечно, если мыслить рационально, тревожили корявые ветки. Если присмотреться, то создавалось впечатление, что здесь пронесся локальных масштабов ураган – тут и там виднелись обломанные сучья, молодые деревья и вовсе перекосило, словно что-то пыталось вырвать их с корнем, да не хватило мощи.
И теперь – это.
Она не возвращалась к пещере после того, как они с Анитой выбрались оттуда – поначалу было некогда, а потом слишком уж это стало опасно, потому что, лишившись своего могущества, чародейка не рисковала отправляться куда-либо дальше деревни. Но была уверена, что, какие бы разрушения не причинил её неосторожный удар там, внизу, ход все же был слишком длинным, и снаружи это не повлекло за собой подобных… разрушений. Пожалуй, это было верное слово.
Темный провал пещеры раньше был на порядок аккуратнее. Внушительных размеров камни, под которыми прошлой весной сиротливо валялись чьи-то кости, нынче разбросаны как попало, а молодые ели рядом с пещерой были выдраны с корнями. Всего несколько, притом уже довольно давно – припавшие снегом, они органично вписывались в пейзаж, не оставляя впечатления чего-либо неправильного.
Но совершенно определенно, виной этому всему была не её магия, и не руки местных – даже множество человек при всем желании не смогли бы такого совершить. Она старалась в своих исследованиях быть чертовски осторожной, но некоторой огласки все же не удалось избежать, и теперь оставалось гадать – неужто коллеги прознали, и в свое время, точно так же сохраняя тайну, попытались вскрыть схрон?
Но что бы ни стало причиной царящего тут запустения, это сейчас было не самой великой из проблем.
- Ебанина какая-то, - вполголоса заметила Шеала. Аккомпанемент Кантареллы, ничуть не радующейся живописным веленским пейзажам, весьма неожиданно возвращал её в эпизод из далекого прошлого, в котором две почтенные чародейки сквернословили так, что на лету дохли не только комары, но и существа покрупнее, отправленные в полёт ими же – и здесь, кажется, ситуация постепенно превращалась в нечто схожее, изначально подразумевавшее серьезные исследования, но внезапно ставшее дьявол пойми чем, - может, медведь?
Самое время вспомнить, что посох в руке – не просто удобная палка, на которую можно опираться при ходьбе и проверять, не притаилась ли под сугробом неожиданная бочага, наполовину полная талой воды.
- Нерис, прошу вас, проассистируйте и уберите эхо, я не уверена, как отреагирует на чары то, что внизу, - начала чародейка, поддергивая длинные рукава теплой курточки, мешающие размашистым жестам зондирующего заклинания, - там, внизу, местами очень изношенные структуры, я же рассказывала, что случилось от простого кинетического удара?
Первые осторожные импульсы едва успели достигнуть края затаившейся в провале темноты, как выяснилось, что чары были совершенно излишними. Искаженный странным эхо, звук, донесшийся из пещеры, казался то ли рёвом, то ли рыком, не могущим принадлежать даже самому крупному из медведей, а вот неведомой ебанине – вполне, вдобавок она совершенно определенно чуяла магию, мало того, магия её злила.
Снова рассевшееся где-то высоко в ветвях воронье тревожно снялось, а туман, текущий по склонам, был разрезан ветвистыми рогами того, что выскочило наружу. В ебанине было около восьми футов - если бы она выпрямилась и стала на ноги, и больше всего она напоминала смелую помесь оленя и человека.
Истредд когда-то говорил, что место вымирающих в лесах и болотах тварей занимают другие, мутировавшие и приспособившиеся к жизни бок о бок с людьми – так вот, в том, что, разозленное попыткой колдовать рядом с ним, стояло сейчас перед ними, не было ничего из того, что говорило о приспособленности. Настоящая лесная тварь, судя по виду – каких-то старых, даже древних мутаций, и таких здесь не видели уже очень давно, настоящий реликт, да такой, что даже Шеала, не испытывающая никакой особой любви к изучению чудовищ, на полвздоха замерла, колеблясь. Приняла решение, впрочем, в пользу того, что хочет видеть башку этого создания у себя в новом доме над камином.
Начинается же с чего-то домашний уют.
- Картия права, убьем это нахер. В стороны!

+4

6

- Твою мать! - рассердилась Нерис, которой явление безымянной образины сорвало заклинание, и удар от него теперь неприятным гулом отзывался в голове.
Сама она, не удержавишись на ногах, плюхнулась прямиком в раскисший веленский снег, поэтому сейчас взирала на образину снизу вверх, почти от самой поверхности земли, и ракурс этот придавал зверюге какой-то особенной внушительности. Оценив мощное сложение, густую гриву и ветвистые рога их нового лесного друга, чародейка пришла к выводу, что разлеживаться на земле долго, пожалуй, не стоит, и проворно поднялась на ноги, а пласт снега, на котором она успела поваляться, в следующее мгновение взрыл удар крепких лап.
Ух ты, как плохо-то все.
Огромный, косматый, увенчанный короной из множества кривых рогов, древний монстр казался почти красивым, и шкура его, испещренная мелкими мшисто-зелеными полосками, поневоле притягивала взгляд - замереть бы и любоваться; но красоту благородного зверя несколько портило его недвусмысленное намерение расправиться с незваными гостями.
Вот почему-то все полевые исследования всегда заканчиваются этим: на вас выскакивает какая-то древняя и явно недружелюбная тварь, и вам моментально становится не до полевых исследований - удивительно, что какие-то отчаянные адепты науки еще рискуют ими заниматься. Это, видимо, как нюхать фисштех: знаешь, что кончится плохо, но все равно пробуешь, потому что кто-то сказал, что будет здорово; а потом уже и не бросить как-то. Печально было только то, что их полевые исследования с этой пренеприятной встречи начинались - и если Нерис кое-что знала о жизни, то это то, что дальше станет только хуже, поэтому можно было прямо сейчас начинать ждать чего угодно, от древних проклятий до армии мертвых эльфов, охраняющей это место.
Лиха беда начало.
Тварь возмущенно взревела, демонстрируя миру пасть, полную кривых, но явно очень острых зубов; хлестнула себя по боку длинным хвостом, и тяжело развернулась куда-то в сторону Картии, снося по пути тонкую елочку: не слишком проворная, она компенсировала неповоротливость просто чудовищной силой, и попадаться ей под лапу было бы крайне недальновидно. Нерис шарахнулась в сторону, едва поймала на себе недобрый взгляд, и, спрятавшись в еловых ветвях, использовала короткую передышку для обдумывания сложившейся ситуации.
"Нехорошо," - вынесла про себя вердикт чародейка, - "очень так себе".
Пытаться зацепиться за живое было бесполезно: нервная система чудовища наверняка устроена иначе, и судя по тому, как недобро тварь мигала третьим глазом, анатомия ее в целом сильно отличалась от всего известного Нерис, так что попытка вышла бы энергозатратной и совершенно бестолковой, а меж тем делать что-то надо было и быстро. Разбуженное чудовище впадало в буйство, и рев его срывал с еловых лап остатки снега - мерзлая корочка шлепнулась на макушку чародейке, от удара развалилась надвое и по плащу соскользнула на землю. Нерис восприняла это как знак к тому, что убежище стоит покинуть - поднырнув под колючие ветки, она выступила из-за дерева, поспешно комкая в пальцах запасенную силу.
В своих странствиях Нерис осознала одну нехитрую истину, не раз спасавшую ей жизнь: мало что в этом мире не горит, и мало кто в этом мире гореть хочет.
Сноп огня с треском разбился о сырую гриву твари, и в воздухе едко запахло паленым волосом - гость из глубин определенно горел, и факту этому рад не был. Чудовище взревело снова, тяжело перевалилось с лапы на лапу, оборачиваясь в сторону обидчика, и сделало то, что сама Нерис всегда мечтала проделать с большинством неприятных ей людей, но никогда не решалась: прицельно плюнуло в чародейку сгустком вязкой слюны. Плевок его прожег дырку в густой хвое и шипящим комком шлепнулся к ногам Нерис, что едва успела отпрянуть в сторону, снова прячась за еловым стволом.
- Плохо, - вслух повысила она уровень угрозы, - вот прямо очень херово.

Отредактировано Нерис (05.06.2017 17:15)

+3

7

- Ого, - восхитилась Картия, - с ума сойти!.. А что это?
Впрочем, дожидаться ответа на этот вопрос, стоя на месте, было довольно глупо, да и вообще все последние годы учили младшую чародейку из присутствующих, что от пришедшей по твою душу беды надо удирать, или, хотя бы, уворачиваться.
Даже если она представляет из себя редкий экземпляр неизвестной науки твари: впрочем, вот если бы из нее удалось сделать чучелко, то, вероятно, была бы счастлива не только госпожа Ассирэ… что там, сама Кантарелла, при всем уважении к дикой природе - и чем больше было расстояние, тем сильнее уважение - была бы счастлива видеть вот это чучелом.
Особенно, когда оно развернулось в ее сторону.
К счастью, Нерис оказалась быстрее, но Картия все равно поспешила скрыться за толстым еловым стволом, поспешно накидывая капюшон на голову во избежание последствий - вычесывать смолу из волос то еще развлечение, а местной баньки она почему-то жаждала еще меньше, чем общения с неведомой рогатой тварью.
Что было несомненно - в отличие от происхождения и классификации реликта - так это то, что он видел и слышал. И совершенно явно чувствовал - раз уж огонь привел его в такое неистовство. Как именно устроено его зрение, размышлять было некогда, поэтому первый вариант грызущая ногти за деревом Кантарелла раздраженно отбросила. Со слухом было просто неясно, что его может напугать или запутать, а вот судя по грязной косматой шерсти и реакции на ожог - кое-что его все же роднит с другими живыми существами.
Ветра нет в этом поганом ельнике. И над этим поганым болотом. Вот что плохо.
Девица ван Кантен сердито шмыгнула носиком и подумала, что теперь всегда будет спрашивать, куда ее посылают и зачем. И что Велен - это место, которое можно посетить только однажды, чтобы приобрести бесценное знание о том, куда не стоит соваться никогда, ни за что, ни при каких обстоятельствах.
Но потом она вздохнула и сплела пальцы.
Монстр припал к земле, но какое-то новое ощущение отвлекло его от нападения - он замер, недоуменно почесал бок, с которого тут же посыпалась грязь пополам с какими-то корками. Опустил было лапу, чтобы продолжить, но зуд не утихал, и тогда реликт принялся за второй бок: от яростного рева вздрогнули ели, но теперь уже это не было признаком намерения убивать - огромное создание, не прекращая реветь и почему-то поскуливать, упало в тающий снег и принялось в нем кататься, мешая прошлогоднюю траву, снег и почву в однородную топкую грязь.
Картия снова шмыгнула носом, сводя нити заклинания вместе - получалось из рук вон: над клятым болотом даже легкий бриз не пролетал.
Хорошо здесь, наверное, тем кто из воды… ох.
- Я держу, - жалобно оповестила Кантарелла, не сводя взгляда с яростно чешущейся твари, - можно поскорее?
Что именно “поскорее” - она не знала, но точно не то, что смогла бы она сама.

+3

8

Мёртвых эльфов не появлялось, но легче от этого не стало: реликт метался во все стороны, демонстрируя завидный объем легких и гортань, позволяющую издавать широкий спектр звуков, да и с физическим развитием у него было все просто отлично – всем трём чародейкам с ним было тягаться в этом отношении сложно. Да и попробуй тут попрыгай по прикрытым снегом бочагах, не запутавшись в тяжелых куртках и плащах, захваченных от холода и сырости.
С другой стороны – а зачем?
Отпрянув в сторону от удара, несущего за собой спертую вонь и запах, в чём-то родственный разложению, Шеала споткнулась, сбившись на полупетле заклинания, выругалась, упав коленом в островок грязи, и начала всё сначала. К счастью, её спутницы могли за себя постоять, чудище рванулось к одной – на этом моменте появилось мучительное желание его отправить прямиком на манипуляционный стол и как следует изучить слюнные железы - потом ко второй, уже с дымным шлейфом за загривком. Хорошо, просто отлично, с этим можно работать.
Пользуясь предоставленной задержкой, она глубоко вдохнула два раза и закрыла глаза, прощаясь с возможным трофеем. Ориентироваться на невесомые, непривычные структуры Картии было легко и вслепую, и она направляла туда свои - по всей площади, заставляя зажженный на затылке огонь стать жадным и огромным, подпитывать самого себя и искрить, языками ухнув в небо на добрые четыре фута вверх. А потом для верности добавила простым, привычным, но очень эффективным хлыстом, ярко разрезавшим хмурый день до боли в глазах.
Какое-то время реликт орал и горел, пытаясь сбить огонь, слепо катался по поляне, даже повалив несколько некрупных деревьев. Основные силы уходили на то, чтобы не попасть под удар – обезумевшее от боли, чудовище не видело ничего на своем пути, а ведь оно было громадным и обладало приличной инерцией. Шеала не была опытным загонщиком, поэтому получила свою порцию неприятностей, чудом отделавшись только опаленными бровями и испорченными кончиками волос, на беду выбившихся из пучка, ну и очередным не очень удачным - с точки зрения одежды - падением в грязь.
Что сказать, после этого краткого знакомства с местной фауной им действительно не помешала бы банька.

Наконец оно замерло, но чародейка все равно не рисковала подходить поближе и оценивать витальность – горело плохо, так что мало ли – и только, убедившись в том, что это не уловка, позволила себе отвлечься, проверяя, все ли в порядке со спутницами.
По крайней мере, все были на ногах.
С силой тут было так себе – болота, оставшиеся внизу, были поверхностными и тяжелыми, а текущие под скалой подземные ручьи располагались слишком глубоко как для того, чтобы служить неисчерпаемым источником. Выскочи из темного провала сейчас ещё одно такое же, и всё получится не так хорошо.
- Спасибо, коллеги. Полагаю, вышло недурно, - Шеала с досадой отряхнула грязь с коленей. Промокло до кожи, а от избытка кислорода в крови начала кружиться голова.
Пошла по широкой дуге, разглядывая за осевшими, но не прекратившими быть яркими языками пламени недвижимые черты чудовища. Ничего такого она действительно раньше не видела, хотя ещё застала те времена, когда в Крейдене черти порой выскакивали из лесу прямо на торговый тракт.
- Слушайте, ну хрень же какая-то, - заново сбиваясь с куртуазной лексики на лексику рабочую, она, стараясь на оставлять горящее тело вне поля видимости, подобралась выше, к входу в схрон Мары, недоуменно нахмурилась.
Завал точно выглядел иначе. Точно. Здесь случилось что-то ещё.
Поначалу она собиралась кропотливо разобрать то, что оставила после себя, но теперь была совершенно не уверена в своем решении, и пошла ва-банк, собравшись открыть овальный телепорт туда, вниз – не слишком надежно, но при поддержке наверняка удастся стабилизировать.
И наткнулась на глухую стену.
- Нерис, Картия, попробуйте открыть телепорт, я сейчас передам координаты, - уже растерянно попросила чародейка, подзывая спутниц жестом.
Бес вдруг безмолвно дернулся, на мгновение вызвав оцепенение и приступ мерзкого страха, но потом оказалось, что это просто взрывались скопившиеся в нем газы, видимо, достаточно ядовитые и при жизни – оставалось только гадать, какие улыбки эволюции родили это создание - не слишком приятная органолептически констатация того, что про трофеи можно забыть окончательно.
Не может быть, не может же быть, что здесь побывал ещё кто-то из чародеев - а она про это не в курсе.

+2

9

Веленская сырость в кои-то веки оказалась на руку спутницам: будь здешний лес хоть немного более сухим, то следующей же проблемой, после нападения агрессивной твари, для чародеек стал бы лесной пожар - но здешние отсыревшие ели занимались нехотя, будто делая пламени одолжение; больше дымили, чем горели, и гасли сами по себе, без какого-либо участия пожарных. Нерис с какой-то странной задумчивостью оглядела опаленные ветки, потом перевела столь же задумчивый взгляд на вяло догорающую тушу и с некоторой печалью простилась с идеей забрать себе на память какой-нибудь образец тканей реликта: ковыряться в подкопченной туше у чародейки не было ни желания, ни смысла, и окружающий дохлую тварь огонь она пригасила скорее от природной склонности перестраховываться, чем из каких-то более веских соображений. Впрочем, был у нее и кое-какой личный интерес: пользуясь тем, что пламя опало, Нерис не отказала себе в удовольствии потыкать дохлую тушу носком сапога, ребячески представляя себя могучей ведьмачкой, победительницей чудовищ.
А потом снова напустила на себя серьезный вид.
Какой лихой бедой ни оказывалось начало, у их визита в эту кишащую непонятными образинами глушь была вполне конкретная цель - вслед за Шеалой Нерис взобралась выше по склону, вновь приближаясь к входу в пещеру, чтобы теперь уже без помех разглядеть их предполагаемый раскоп.
Неглубокий грот был просторен ровно настолько, чтобы в нем мог с комфортом разместиться покойный кислотный плевун и заканчивался глухим завалом; пол логова монстра был равномерно покрыт костями разных форм и размеров - от косточек совсем мелких зверьков до мощных явно коровьих ребер, и в углу пещерки Нерис заприметила даже человеческий череп, но предпочла сделать вид, что ей показалось. Люди, очевидно, пещеру не навещали еще с тех пор, как тут впервые побывала Шеала - во всяком случае о нежданном жильце она не предупреждала, значит, он нашел тут приют за время ее отсутствия и гостей явно не жаловал, так что единственным смельчаком, отважившимся сунуться в пещеру, видимо, был хозяин отчаянно игнорируемого Нерис черепа, и какой бы интерес его сюда ни привел, в своих изысканиях он явно не преуспел.
Вроде все в порядке.
Нерис бросила быстрый взгляд на Шеалу и нахмурилась - та казалась обеспокоенной, и причины ее тревоги Нерис до конца не понимала. Завал не выглядел непреодолимой преградой, особенно учитывая, что их тут собралось трое - какое-то время придется поиграть в чародейские кубики, но это будет скорее скучно, чем тяжело, и вряд ли отнимет слишком много времени и сил. В крайнем случае можно будет потратить весь сегодняшний день на перекладывание камней, а завтра с новыми силами вернуться для исследования, собственно, пещеры - вряд ли за сутки там успеет завестись еще одна подобная тварь, так что осложнений возникнуть не должно.
Но телепорт так телепорт.
Нерис послушно приняла координаты; размяв замерзшие пальцы, скрутила в пальцах первые петли узора, и замерла будто бы в удивлении, словно чутко прислушивалась к чему-то. Она шевельнула кистью еще раз, потом третий, а на четвертый поглядела на Шеалу с настороженным недоверием.
- Там ничего нет, - вкрадчиво сообщила она, - госпожа, вы точно ничего не перепутали?..
Это ощущалось так, будто она пытается открыть портал в скалу - узор замирал, дрожал и распускался, обозначая, что телепорт в эту точку невозможен, потому что...
- Или нет, подождите, там что-то есть, - рассеянный взгляд Нерис блуждал по рассыпанным по земле костям, пока вся она обратилась в слух.
Усилием воли она удержала готовый было раствориться узор, и кружево под пальцами откликнулось будто бы тихим звоном.
- Там есть что-то, - медленно проговорила чародейка, постепенно осмысливая этот звук, - что утверждает, будто там ничего нет. Там есть... барьер. Там есть защита - и она... она совершенно глухая.

Отредактировано Нерис (23.06.2017 23:02)

+2

10

Перекладывать камни Картия не жаждала. Да что там, она и быть-то тут не жаждала. Но тушу чудовища осмотрела в подробностях, даже в пасть заглянула, аккуратно подцепив палочкой губу, истекающую кислотой. И кислоту тоже не менее педантично собрала в стеклянный флакончик - и ведь, как знала, что надо было больше брать! Кровь было набирать уже некуда. Пришлось топать дальше, смирившись с безвозвратной потерей сапожек и, по всей видимости, чулок: неизвестно, поможет ли этому обещанная банька, наверняка нет, и жизнь сейчас казалась совершенно беспросветной.
Примерно, как обнаруженный под завалами барьер. Это открытие для Кантареллы было самую малость болезненным: она, в отличие от Нерис, “аккуратно прощупать” не успела и прямо сейчас познавала, что чувствует мотылек, с размаху удолбавшийся об стеклянную стенку светильника. Аж в ушах зазвенело.
- Глухая, как мои перспективы, - зажав рукавом кровоточащий нос пробубнила младшая из чародеек, - такое ощущение, что там внутри Первый Чародейский Банк. Моя голова…
То ли так вонял реликтовый бес, то ли действительно стоило быть осторожнее, но к боли добавилась еще и характерная мерзенькая тошнота. Кантарелла шмыгнула носом и привалилась к плечу Нерис.
- То есть, кто-то сюда пришел, поставил защиту, поработал над завалом и ушел… или посадил сюда плевуна и ушел, - неуверенно заметила она, - но как-то странно получается. Надо проверить, наверняка пешком туда спуститься можно. Только камни разобрать.
Вздохнула и добавила, несколько опасаясь реакции спутниц:
- Но таскать сейчас камни из завала - какая-то плохая идея.
В свете происходящего казалось, что вряд ли барьер исчезнет до завтра, как и камни. И того, за чем они сюда пришли, или внизу уже нет (интересно только, зачем тогда барьер), или оно еще там и пробудет там долго, надежно укрытое вот всеми этими проблемами. Картия, правда, опасалась, что ее сочтут нытиком, и неизвестно, чье недовольство хуже, отчитает ли ее госпожа де Танкарвилль, или Нерис добродушно укорит за слабость духа, в обоих случаях будет стыдно.
Вообще барьер был… странный. У них, на юге, заклинания строили не так. Насколько Кантарелла могла наблюдать северные чары, и на них было непохоже - но, может быть, она ошибается, или это все после деревеньки этой, чтоб им неладно, там тоже всё не так и непонятно, что именно. Так что, лучше промолчать.
За умную сойдешь, любила говорить Картии матушка.
- Позвольте предложить вернуться завтра и разгрести это с новыми силами, - младшая чародейка осторожно пробралась между костей и присела над человеческим черепом, любопытствуя, и любопытство ее было вознаграждено, - а вот кстати, смотрите какие забавные повреждения. Круглая дыра с обугленными краями в затылке. Точно не кислота - слишком много копоти. И внутри тоже. Шаровая молния? Кто-то убил проводника?

+2

11

Озадаченно запустив руку в волосы и замерев в нелепой позе, Шеала какое-то время наблюдала за попытками коллег совершить то, что ей не удалось, и, убедившись, что органы чувств никого тут не обманывают, и они имеют дело со злонамеренной попыткой ввести в заблуждение с самыми корыстными мотивами, задумалась.
Кем бы ни был неизвестный колдун, он уже давно ушел. Не заглянул на эхо заклинаний в попытке застать соратниц по цеху уязвимыми в сложную минуту, не расставил ловушек, и даже не открывал телепортов в попытке исчезнуть прочь с этих жутких веленских болот – следов активной магии в округе она не слышала.
- Камни сегодня перекладывать не будем, - чародейка согласилась с поступившими предложениями, как бы ни хотелось обратного. Схватка их измотала, захваченного снаряжения вероятней всего не было достаточно, потому что она-то готовилась к исследованию артефакта, а не чужих заклинаний неясной структуры – а вот кстати, почему? Гениальный самоучка? Или гость из далеких стран? - следовательно, разум подсказывал, что следует отступить, подготовиться, отдохнуть и встать на извилистый и тернистый путь исследований со свежими силами, как бы сердце не желало сейчас немедленно разобраться и выдать всем причастным целительных наставлений.
И вот да, отдохнув и помывшись. За это время она уже забыла, как здесь отвратно – судя по всему, в любой сезон.
В пещерку Шеала, разумеется, тоже заглянула, внимательно осматриваясь и прижимая перчатку к лицу – какой бы иномировой тварью из соседних Сфер не была эта кислотная скотина, существовала она вполне физически.
- Покажите, пожалуйста.
Под каблуком трещали кости – как потемневшие, так и более свежие, желтоватые с налетом местной грязи. Выглядело отвратно.
- Похоже на то. Жаль, от тела осталось слишком мало, - оглянувшись, она с досадой констатировала очевидное, плевун разнес кости по пещере так, что собрать их казалось непосильной задачей, - неконвенционных исследований не получится. Ничего, справимся и так. Когда я попала сюда, местные не очень-то горели желанием поработать проводниками даже за солидные деньги - несколько смельчаков нашлось, но я не уверена, что они собирались вести туда, куда следует. Следовательно, мы сможем выяснить, кто искал эту пещеру и путь к ней - а ведь искал и наверняка достаточно долго. Надо всего лишь как-то поболтать с местными, - вспомнив чудную молчаливость селян, Шеала поморщилась, - но это потребует немалых сил, и хорошо бы не магических. Картия, постарайтесь не оставлять здесь свою кровь, мало ли что. Дайте-ка сюда ваш нос, я уберу это. Вот, так лучше.
Походя по пещере ещё – это обиталище казалось для такого большого плевуна даже слишком тесным, хотя может он любил уют? – Шеала подметила места, с которых можно было бы начать завтра, ещё раз прощупала чужие маскирующие чары, помрачнела и молча спросила мироздание, может ли вообще хоть что-то в жизни пойти по плану.
Ну, в любом случае они отправлялись сюда надолго.
- Возвращаемся, - на правах старшей решила чародейка, - вода, ужин, светское общение. Если не захотят говорить – я поджарю им мозги.

+2

12

- Это да, - оценила Нерис, - это хороший способ завоевывать друзей. И еще объясняет, почему вас зовут Отшельницей.
Весь их поход в веленские леса выходил немного бестолковой затеей, и чародейке было немного жаль потраченного времени и промокших ног - впрочем, расстройство ее было не того рода, что не лечилось бы хорошим ужином. Еще жаль было расставаться с колоритной неведомой тварью, но приходилось признать, что шкура ее оказалась безнадежно испорченной и превращению в чучело не подлежала: Нерис еще раз с некоторым расстройством потыкала зверюгу носком сапога, а потом со вздохом засобиралась вслед за спутницами.
Той же тропой они вернулись к деревеньке, и хозяйка дома встретила чародеек все с тем же отстраненным дружелюбием; на деревеньку опускался предвечерний туман, придавая и без того унылому пейзажу оттенок какой-то даже обреченности - удивительно густой, он словно бы приглушал все звуки, и очертания уже соседних домов терялись в белесой дымке, будто за плетнем мир обрывался. Нерис немного постояла у ограды, задумчивая разглядывая выступающие из тумана темные бока изб и растворяющиеся в ели - было в этом что-то умиротворяющее: весь белый свет, сжавшийся до размеров одного их двора; ни королевств, ни королей; ни стран, ни границ; только очаг в доме и туман снаружи.
Впрочем, когда это чародеев беспокоили границы.
Нерис вздохнула и направилась к дому.
По просьбе гостий растопили баню - старушка, ветхая на первый взгляд, проявляла поразительную выносливость, упрямо отказываясь от помощи и самолично таская из колодца здоровенные ведра с водой: чародейка пару раз попыталась вмешаться, но в конце концов отступила, про себя заметив, что справляется с этим всем хозяйка удивительно ловко. Бабуля вообще оказалась кладезем талантов: на первый взгляд флегматичная и будто бы плохо представляющая, на каком свете находится, она успела, однако, за время их недолгого отсутствия наготовить целую гору еды, да какой! В хлебосольности их хозяйке отказать было нельзя: накрытый стол ломился от блюд, не слишком изысканных, но при этом невероятно вкусных, особенно в сравнении со всем, что Нерис, приходилось пробовать в последнее время. Румяный почечный пирог соседствовал с солониной, немаленьким куском запеченного мяса, окруженным разнообразными овощами; и что-то томилось в закрытом горшочке, источая совершенно упоительный аромат - жители деревеньки по меркам голодного Велена жили просто роскошно, если могли предложить постояльцам столь богатый стол.
Или бабуля была не так проста, как кажется.
Впрочем, еда неожиданно привлекала не так сильно, как тепло и вода: ближе к ночи, блаженно растянувшись на горячих досках, Нерис сквозь полуприкрытые веки разглядывала бревенчатые стены и мысленно отпускала Велену все грехи сразу - и сырость, и холод, и унылый вид; все, что угодно, за хорошую баньку.
Дрожала лучина, пахло смолой и жаром; раскаленные камни тихо потрескивали в жаровне и где-то там, за деревянными стенами, сизый сумеречный туман все плотнее обступал их прибежище.
- Водки бы, - внезапно мечтательно проговорила Нерис, - темерской. Эх, это у бабуси найдется вряд ли. Хотя... Видали, чего она на стол выкатила? Кое-где в Велене за такой кусок мяса удавить могут - места бедные, гиблые, хорошо, если репа родится. А у бабки скотины никакой нет, значит, всю эту снедь она у кого-то прикупила - на какие, спрашивается? Спорить готова, она держит какой-нибудь схрон для местных контрабандистов, а бедненькой только притворяется.
И, скосив глаза на Кантареллу, поинтересовалась:
- А каков наш дальнейший план?

Отредактировано Нерис (13.07.2017 13:10)

+1

13

Несмотря на плюшечный экстерьер, которому в той же мере шли кружева, бантики и сверкающие штучки, в какой не шли удобные шмотки для покорения болот, Картия пошла в родителей и всех своих предков - простых метиннских обывателей, привыкших много работать даже после того, как обеспечили себя состоянием на несколько поколений вперед, а потому обладала выносливостью хорошего мула (и его же, кстати, упрямством) и желудком, способным переваривать подковы. Излишняя тревожность ей тоже совершенно не была свойственна - и это к лучшему, потому что обувать людей на большие деньги и ценные сведения невозможно, если ты хоть немного параноик или стесняшка.
Однако, что-то было серьезно не так.
Во-первых, Картию подташнивало. Во-вторых, она чувствовала, что медленно сходит с ума, поэтому лежала на лавке, молчала и пристально разглядывала дощатую полку над собой.
С полкой тоже было что-то не так.
- А на меня-то ты чего смотришь? - нетипично для себя сварливым тоном поинтересовалась Кантарелла, не поворачивая головы. В бане было чересчур жарко на ее вкус, к тому же младшая чародейка в принципе не привыкла к таким вот развлечениям, и дело не спасал даже горький запах травного пара, в котором тоже, под ароматами чабреца и полыни пряталось нечто противно-сладковатое.
Интересно, кстати, откуда здесь чабрец, болото же.
- Что скажет госпожа Шеала, то и будем делать, - списать бы это на попытку лести или что-то похожее, но вышло слишком нервно и зло, а всё потому, что Картия продолжала разглядывать доску. На уровне ее глаз в доске был глазок, какие обычно бывают от выпавшей ветки, вокруг него - две линии, сходящиеся ниже, причудливый изгиб, затем, если следить дальше, то…
Снова глазок.
Две линии, сходящиеся ниже, причудливый изгиб…
Глазок.
- Меня тошнит, - невнятно поведала миру девица ван Кантен, неловко переваливаясь с банной полки вниз, затем примерно таким же манером вывалилась в божественно холодные сени, где ей первым делом бросились в глаза два совершенно одинаковых веника, висящие под притолокой.
Пять веточек дуба, - бесстрастно считал внутренний голос, - пятнадцать листьев и девятнадцать листьев, два съедены или порваны, три торчащих внизу черенка…
Картия вылетела на улицу и взвыла, споткнувшись о порог - невыносимая боль в расшибленном большом пальце и грязь под коленями ненадолго вернули её в реальность даже быстрее и эффективнее, чем ночной мартовский воздух, но потом ее вывернуло буквально наизнанку - и Кантарелла вначале зажмурилась, потом зажмурилась снова, разглядывая то, чем, собственно…
Кровь, сырое полупереваренное мясо, пожеванные куски… что это, Великое Солнце, это кожа?! Черви?!
Она моргнула снова, чтобы упереться взглядом в однозначно идентифицируемые пирог и жаркое.
- Я схожу с ума. Я схожу с ума.
Плетень вызывал почти животный ужас и не менее сильную тошноту - впрочем, было уже нечем, но горшки казались просто кошмарными.
- Большой, с дыркой, синий, - сбивчиво считала Картия, не поднимаясь с колен. Ладони начало неприятно колоть, - большой… с дыркой… что за… синий. Большой, с ды… Аааа, да хватит, хватит!

+2

14

Погруженная в тяжелые раздумья относительного того, в какой именно момент её жизнь пошла не так, и отчего практически любая научная экспедиция идет по средоточию женской магии, Шеала почти не ела за ужином, притронувшись только к жаркому и отщипнув корку от хлеба. Тот, несмотря на поздний час, был внутри мягким и свежим, а снаружи – хрустящим, и как только удалось сохранить в такой сырости; но, видимо из-за мучительных размышлений, чародейке он отдавал погребом с плесенью и болотом.
Но тут же все должно отдавать болотом?
За столом было слишком мало места, иначе, не обращая ровным счетом никакого внимания на этикет, правила приличия и то, что в компании приятных тебе людей неплохо бы вести себя пристойно, чародейка разложила бы записи и дневник и принялась бы перепроверять догадки и злобно шипеть на мироздание. Но разносолы, которыми, вообще-то, в прошлый раз хозяйка ее совсем не радовала – что, неужели они тут начали жить пристойно и ходить на охоту (на болота, что ли? Не коровье же и не свиное мясо тут стоит) - возвышались щедрой горой, затмевая любые продвижения на ниве получения очередных комплиментов относительно собственной коммуникабельности.
Всё так же погруженная в раздумья и планы насчет следующего дня, Шеала вступала в общую беседу только тогда, когда необходимо было её решение или участие на правах старшей, а поскольку необходимо было нечасто, то в основном хранила молчание, выполняя все требуемые движения скорее рефлекторно.
Банька обязана была прочистить голову и расслабить тело, но не удалось добиться ни одной из заявленных целей, мало того, становилось отчего-то хуже. Воздух вроде как пах травами, но в горле першило и скребло, и одновременно вязло. Какое-то время ушло на бесполезные рефлексии и размышления относительно того, действительно ли воздух плох, или просто к горлу запоздало подступала тошнота ошибочных решений, как это часто с ней случалось.
- А?
Слова, обращенные к ней, она улавливала тоже запоздало. Хорошо, что спутницы были достаточно умны, чтобы развлечь себя без ее участия.
Правда, с какого-то момента что-то пошло не так.
- Картия? – Шеала подняла голову.
Тошнота на самом деле могла возникнуть от чего угодно – в наиболее скверном случае понадобится несколько эликсиров, запас которых у неё всегда был под рукой в таких ответственных экспедициях, но наверняка здесь было что-то попроще – видимо, Шеале не казалось, и в горячий пар кроме запаха травы действительно подмешались миазмы, скажем, сдохшей под половицами мыши…
Бросив тревожный взгляд на Нерис, тоже поднялась, вышла во двор – как и всегда в этих местах, не стоило даже мечтать о ясной и сухой погоде, поэтому двор казался темным и затянутым дымкой.
- Все в порядке? – бессмысленно спросила Шеала, и было совершенно ясно – не в порядке. Поначалу казалось, что в словах Картии не было смысла, что девица сбрендила, но потом из глубины всплыла неясная, пока ещё непознанная система, и чародейка, силясь понять, пошла самым привычным из своих методов. Ну, из таких, которые Нерис называла отличным способом завоевать друзей.
Потом, когда все закончится, она, разумеется, извинится за вторжение – но так было проще и понятнее. И долгого вмешательства не потребовалось – на мгновение увидев то, что творилось у Картии в голове, Шеала тоже почувствовала острый приступ тошноты и выскользнула наружу.
Она не была эйдетиком, и познавала мир визуально не в пример менее тонко, чем Картия, но теперь, зная, не могла не заметить.
Повторяющийся узор - на соломенной крыше ближайшего дома и там, чуть дальше. Скол в древесине, совершенно одинаковый на двух срубах.
Пожалуй, жить без этого знания было намного проще.
- Это иллюзия, - произнесла вслух Шеала, прикрывая глаза и держась за стену. Ветер неприятно холодил оголенную кожу, - все вокруг нас - чертова очень качественная иллюзия. Быстро собираем вещи и уходим.

+1

15

Разомлевшая Нерис плохо поняла, в какой момент приятный девичий отдых превратился в обычную рабочую рутину с рвотой, иллюзиями и прочей чертовщиной: с недоумением проводив взглядом сначала Картию, а потом и Шеалу, чародейка села на полке; посидела какое-то время, ожидая возвращения спутниц, но, так его и не дождавшись, досадливо завернулась в полотенце и по пояс высунулась на улицу только для того, чтобы поймать последние слова госпожи де Танкарвилль.
И удивленно моргнула.
Она сама чутье на иллюзии имела препаршивое, и потому деревенька вокруг представлялась Нерис вполне реальной и настоящей - но в подобных вопросах она всецело доверяла коллегам с большим опытом и лучшим чутьем, а потому безропотно нырнула обратно в баню, чтобы приняться за поспешные сборы, ибо более необходимости сражаться с неизвестным противником ее беспокоила только необходимость сражаться с ним голой.
То есть она знала пару человек, что доплатили бы за подобное зрелище, но их эстетические пристрастия сейчас вряд ли стоило принимать за руководство к действию.
В том, что вокруг - противники, с которыми придется сражаться, Нерис даже не сомневалась: иллюзорная деревенька вряд ли создавалась для того, чтобы порадовать случайного путника гостеприимством здешних жителей; и в целом это все сильно смахивало на сложную ловушку, поставленную черт знает, кем, черт знает, на кого, а выяснять на личном опыте, зачем были расставлены здешние сети, чародейке совершенно не хотелось. Полуодетой она выскочила обратно на мороз, поспешно натягивая на себя курточку и замерла, чутко вглядываясь в сизые сумерки: они были здесь не одни - скрытые от глаз густой пеленой тумана, вокруг блуждали тени - слонялся у забора сосед старушки, копался у своей избы другой; кто-то проходил за плетнем и какое-то движение чудилось еще поодаль, но вечерняя деревенька внешне выглядела все так же умиротворенно - каждый занят своими заботами, никому нет дела до чародеек. В доме гостеприимной старушки горел свет: Нерис бегло оценила ситуацию и уверенно двинулась к черному ходу, рассчитывая забрать вещи не привлекая внимания.
Сборы их были тихими и поспешными; чародейка несколько раз замирала, когда затихал грохот кастрюль на кухне, но тот раз за разом вновь возобновлялся - увлеченная готовкой старушка, видимо, совершенно запамятовала о гостьях, и тем ее забывчивость была лишь на руку.
Они почти ускользнули - во всяком случае, так казалось ровно до того момента, пока все трое ни шагнули за порог. Туман вдруг неприятно защипал глаза - Нерис смахнула набежавшие слезы, проморгалась и вздрогнула, едва к ней вернулась способность видеть. Со всех сторон на чародеек наступали люди - неразличимые за белесой дымкой тени, побросав свои дела теперь медленно сжимали кольцо вокруг дома - их было больше, гораздо больше, чем Нерис видела ранее, и испуганная самим этим фактом она не сразу заметила еще одну странность.
Чародейке показалось, что ее подводит зрение: смутные фигуры надвигались на них, но при этом не становились четче, словно вовсе не приближались - надвигавшийся силуэт бродившего в тумане соседа не делался яснее, и лицо слонявшегося у плетня крестьянина оставалось таким же размытым и нечетким, будто они были лишь фигурами на заднем плане, которые забыли прорисовать. От этого делалось непередаваемо жутко - позабыв на несколько мгновений об умении колдовать, Нерис попятилась, едва не сшибла с ног Шеалу и вцепилась пальцами в локоть Картии.
- Туда, - пробормотала она, кивая на задний двор, - туда, быстрее, там никого.

Отредактировано Нерис (16.08.2017 13:26)

+2

16

Странно, но ощутимое вмешательство в мысли едва ли не исцеляло. Во всяком случае, Картию перестало тошнить, и она даже сумела встать во весь рост и услышать, что говорит госпожа Шеала. С трудом кивнула и попробовала собраться - не в смысле вещей, а в смысле собственного рассудка и силы воли. Выходило из рук вон, но, кое-как, пошатываясь, она таки натянула на себя одежду, и даже пыталась участвовать в сборах, хотя любой взгляд на стену или доски напрочь выбивал Кантареллу из состояния хоть какого-то спокойствия.
В конце концов она просто малодушно вцепилась в локоть Нерис зеркальным жестом и закрыла глаза, изредка открывая их, чтобы понимать, куда идет.
Следующий такой раз принес много восхитительных впечатлений.
Я здесь умру, - думала Картия, глядя на недоделков, надвигающихся из тумана, - я умру, и Ваттье даже не узнает. Какой ужас. Какая гадость. Мамочки.
Очень было страшно. Иррационально, не потому что “я сейчас умру”, и не потому что не знаешь, что делать, но в этом было нечто инстинктивное, от слепого ужаса людей перед безликим.
- Я не могу на задний двор! Котичек, - бормотала девица ван Кантен, не выпуская локоть Нерис из пальцев, - котичек, сделай что-то, пожалуйста…
- Что я могу сделать, - огрызнулась та, - это не люди! Сделай сама!
- Я иллюзионист! А ты неудачница!
- А ты…
Дослушивать Картия не стала, ей внезапно очень надоело всё происходящее, и надоело притом так сильно, что хотелось, как в детстве, топать ногами и орать, пока родители не принесут вон тот прекрасный пряник в виде лошадки, украшенный сусальным золотом. Или пока не накажут вон того злого мальчишку, который посмел украсть ленточку и дернуть за косу.
Но родителей здесь не было, да и волшебное детство давно закончилось и, надо сказать, болезненно, научив Картию напоследок, что такие порывы нужно реализовывать самостоятельно.
Ветра, правда, не было, никакого, но если речь идет о жизни и смерти, наверное, можно потерпеть, даже если лихорадочный поиск силовой линии принес только смутные отголоски - жалкий ручеек, чахлый, как всё это болото.
Кантарелла высвободила руку и вздохнула: иллюзия оказалась странной. Структуры? Не было никаких структур, больше всего это походило на облако тумана, опустившееся на…
Да что за черт.
Опустившееся на мертвые дома, покосившиеся плетни, на окна, зияющие черными провалами и обвалившийся колодец.
- Сейчас, - едва слышно бормотала Картия на нильфгаардском, - сейчас…
И выдохнула, будто сдувала этот туман сама: теперь всем стало видно это, смерть и запустение выбитая дверь, провалившееся крыльцо.
И несколько серых тварей с острыми когтями, которые, может, выглядели хуже, чем безликие люди, но хотя бы более понятно.

+2

17

С иллюзиями такого масштаба Шеала сама бы не справилась, и была очень благодарна молодой чародейке за помощь в этом деле. Отчасти – потому что до какого-то момента оставалась призрачная, иллюзорная надежда на то, что им удастся покинуть деревню.
Глупое чувство.
Разумеется, их никто никуда бы не отпустил – с каким-то холодом в душе Шеала вдруг некстати принялась думать о том, чем гремела старуха на кухне, что находилось в котелках. Ставки могли быть разнообразные, и, пожалуй, вне зоны риска была теперь только Картия, которая очень вовремя освободила желудок.
Ничего. Ничего, возможно им повезет, и очищение Хенсон в этот раз обойдется без летальных случаев.
Она понятия не имела, связано ли это с тем, что они нашли в схроне Мары, и если да – то как, но если все это сотворил неизвестный чародей, то чёрт был силён, и с ним стоило познакомиться лично. Ну, подержать за горло и вот все эти вежливые приветственные штуки.
Их медленно брали в кольцо – чародейка слышала осторожную возню где-то у заднего двора, на который они так и не добрались, и отчетливо различала в сумраке предвкушающее внимание тех троих, что находились перед ними.
Какое любопытное строение передних конечностей. Умереть просто, какое.
- Итак, - произнесла она вслух для того, чтобы хоть как-то собраться с мыслями, а заодно отвлечь их маленькую команду неудачниц от тоскливых размышлений, - реликты пока ещё неизвестного вида, уничтожили всю деревню самолично, запомнили их облики и устраивают иллюзорную пастораль, чтобы заманивать путников. Людей. Возможно, они их жрут. Возможно, мы их тоже жрали, с чем нас и поздравляю. Кто первый поймет, как отсюда уйти, тот получит исключительное право на монографию по ним, - поразмыслив, Шеала добавила: - или ценностный эквивалент у модистки в ближайшем крупном городе. Мы же тут вроде женщины, да.
Чародейка аккуратно подкатала рукава так до конца и не застегнутой куртки. Силы в окружающем пространстве, несмотря на обилие болот, действительно было разлито не так уж много, но вот если уж говорить о монографиях, то это Шеала поправить как раз могла. Главное – главное потом, чтобы девочки вовремя сориентировались.
- Картия, очень прошу, следите за иллюзиями. Откуда они попытаются наслать новые, если попытаются – и кто это будет. Нерис, у вас есть исключительно право дать мне по голове, если я перейду черту.
Обладатели восхитительных серых когтей были очень послушными и не успели атаковать первыми, потому что первым, как водится, был огонь. Языки взметнулись невысоко, были почти прозрачными, а прошлогоднюю траву, жухлую и наполовину сгнившую, пламя поглощало неохотно, с тягучим густым дымом.
Но они боялись огня. Боялись.
По-хорошему, уникальной девичьей команде следовало совершать тактическое отступление, но, осматривая сумерки вокруг себя, Шеала с неприятным чувством осознавала, что вот они, отблески в чьих-то глазах, на чьей-то шкуре - то здесь, то там. Шорох за спиной, шорох слева, шорох прямо перед слабым полукругом огня – и не понять, успеешь ли открыть телепорт.
И не окажется ли он, скажем, еще одной изощренной иллюзией, ведущей в чью-то пасть.
Шеала вздрогнула.
- Надо попытаться пробиться к лесу. Или хотя бы выйти из деревни.
Нет, у нее оставался один безотказный метод, но в прошлый раз все вышло плохо.
Чудовища боялись пламени, и это внушало определенные надежды, поэтому, пока оттягивая момент, когда придется прикасаться к огню, чародейка осторожно продляла огненную черту все дальше и дальше, докуда хватало сил.

+2

18

- Мы ели людей?..
Желудок вяло попытался обозначить свое недовольство по этому поводу, но очень быстро умолк: проглотив ком тошноты, Нерис заставила себя думать о проблемах куда более насущных: к примеру о том, что при всем уважении к госпоже де Танкарвилль, разрешение с ее стороны было излишним - даже в его отсутствие, она бы недрогнувшей рукой огрела мэтрессу по голове, случись той перебрать с огненной магией, ибо ситуация их и так оказывалась достаточно неприятной, чтобы ее не хотелось усугублять собственными силами. Серые твари боялись пламени - но как-то вяло, не так сильно, как хотелось бы чародейкам, и от надвигавшегося круга огня они отступали словно бы нехотя, лишь когда языки его уже почти лизали серую склизкую кожу. Само пламя тоже ленилось работать и капризничало - чадило от здешней сырости, не поднималось высоко, и Нерис готова была спорить, что Шеала тратит больше сил на его поддержание, чем позволила бы себе в любой другой ситуации.
Плохо.
Клочковатый туман, отступивший благодаря колдовству Картии, не рассеялся полностью и продолжал витать над остатками деревеньки - на границе его появления все еще подрагивала не до конца разрушенная иллюзия, и дальняя полусгнившая изба от на середине внезапно превращалась в очаровательный пряничный домик с белеными наличниками - Нерис долго разглядывала это двоякое чудо природы, а потом встрепенулась, будто зрелище это натолкнуло ее на какую-то мысль.
- У этих существ явно есть какая-то связь с туманом, - принялась она рассуждать вслух, - я не понимаю, создают они его или просто селятся в нем, но они определенно как-то связаны. Может, в этом ключ? Может...
Виртуозом стихийной магии Нерис никогда не была, но кое-какие базовые штуки получались у нее вполне сносно: избегая смотреть в сторону манящего огня, она ловко закрутила силу в тугой смерч, которым в следующее мгновение хлестнула по ближайшей твари, что рискнула слишком близко сунуться к огненной черте. Воздушная плеть ударила метко, разворачиваясь по пути широкой воронкой, и серая тварь коротко взвыла, опрокидываясь на спину, по-лягушачьи брыкаясь тощими ногами, отмахиваясь от ветра длиннопалыми лапами.
Остальные тоненько завизжали, поддерживая собрата; один рванулся было вперед, но остановился у самого огня и попятился в бессильной злобе.
Туман и ветер, ну конечно. Правда, у самой Нерис вряд ли хватит мастерства и выдумки - зато...
- А давай-ка поменяемся, плюшка, - внезапно задорно предложила чародейка, поспешно скидывая с плеч наспех натянутую куртку, что лишь стесняла движения, - это выглядит, как работа для тебя. Я буду смотреть за периметром и иллюзиями, а ты дай волю своей ветреной натуре - если ты понимаешь о чем я? Я дерьмовый иллюзионист, но ломать - не строить.
Ее несколько смущал тот факт, что природа здешних иллюзий явно отличалась от чародейских - никакого каркаса, никакой четкой структуры; они возникали из тумана, как миражи и за него же цеплялись: Нерис взмахом руки раздвинула пелену, открывая путь в мороке - он лежал мимо почерневших от сырости заборов, мимо остовов сараев и ушедших по окна в болото изб к темнеющему поодаль лесу.
- Нам не нужно их всех убивать. Нам нужен проход. Вот туда, - она указала в сторону едва различимых в туманных сумерках холмов, - куда туман не поднимается; оттуда можно будет открыть портал, если, конечно, никто не хочет задержаться в этом гостеприимном месте. Картия раскидывает их, госпожа Шеала держит проход, я слежу, чтобы мы бежали, куда надо, а не в топи. Как мысль?

Отредактировано Нерис (06.09.2017 15:59)

+2

19

Картия за иллюзиями следила - после всего пережитого те жалкие обрывки, которые все еще цеплялись за местность, выглядели даже как-то приятно, насколько вообще приятно созерцать то, что причиняло тебе вред и было тобой же разрушено. После первого порыва магического ветра уничтожать остатки было куда как проще, так что нильфгаардская чародейка ушла в это с головой, предоставив остальное Нерис и Шеале, потому что ну это логично, обе они были старше, опытнее и наверняка знали, что делать с чудовищами. Картия никогда не умела драться, ни магически, ни физически, ей удавалось совсем другое.
И поэтому, услышав Нерис, она очень удивилась.
И даже хотела было возмутиться, но визг очередной когтистой твари остановил ее порыв высказать подруге всё, что Кантарелла думает о попытках заставить ее сражаться и призывать ветер при полном отсутствии ветра в этой тухлой заднице. В конечном счете Картия только вздохнула про себя, предпочитая не отвечать и на вот это “мы ели людей” тоже.
Значит, не привиделось.
- Только не бросай смерч еще минуточку,  - преувеличенно четко артикулируя попросила она, кое-как справляясь с приступом тошноты, - я сейчас...ага, отпускай. Вот… вот так.
Отпущенный на свободу ветер ударил в лицо.
И Картия его с удовольствием вдохнула, широким жестом очерчивая круг - и за рукой двинулся воздух.
- Страшно это дело люблю, - неестественно весело поделилась она со старшими, - просто ужас, как!
Порыв ветра пригнул траву к земле и прошелся по туманным тварям, с визгом отскакивающим, как от огня. Ветер набирал силу, с каждым кругом, Кантарелла нервно пританцовывала, будто собиралась отправиться следом: это не было тяжело и сложно, как ворочать водными пластами, или тянуть - того хуже - силу из рудных жил, это поднимало над землей и давало иллюзорную и обманчивую легкость.
Которая на деле могла раздавить так же быстро и болезненно, как все остальное.
Просто сложнее давалось в руки.
Просто, проглотив клубок ветряных змей и бабочек, ты не чувствуешь ни усталости, ни боли, пока танцуешь.
Главное, уметь вовремя остановиться.
- Еще… еще…. - еще круг. Ветер выл и сносил туман - на небольшом клочке земли, и стоящие буквально в оке небольшой бури чародейки могли видеть, как туманники по ту сторону пытаются окружить смерч - на почтительном расстоянии. Они явно понимали, что достаточно только подождать.
- Я двигаю! Идем.

+2

20

Шеала была готова расплакаться от умиления – от того, как слаженно и быстро заработала команда, которая была собрана, в общем-то, для совсем других занятий. И умилялась бы - если бы у нее было на это время и силы.
Но следовало сосредоточиться на том, чтобы заниматься своей частью дел, равномерно распределяя силы – эффектный и эффективный барьер поглощал силы так же, как настоящий огонь сжирал бы сухие дрова. Приглядывать за младшими чародейками не требовалось – судя по всему, хорошо понимающие друг друга, они работали вместе достаточно слажено.
На что бы там не рассчитывали туманники, у них был неплохой такой шанс дожидаться аж до наступления Белого Хлада.
Она успела, перекрикивая ветер, воскликнуть что-то одобрительное – под его порывами языки пламени взметались вверх чуть ли не на две сажени, начисто отсекая чудовищам любую возможность добраться до чародеек – потом основательно так скрутило. А до холмов оставалось ещё прилично.
По-хорошему, следовало аккуратно – не привлекая лишнего внимания, так, как украдкой поправляют смазавшуюся помаду или съехавшее не в ту сторону декольте – хлебнуть силы из огня, в конце концов, это было её стезёй. Это было ничуть не сложнее распития неразбавленного спирта – как следует вдохнуть, а потом зажмуриться, задержать дыхание и главное - не мешать с водой.
Но, как бы ни хотелось распространять вокруг уверенность и холодность разума, они все были изрядно взвинчены и измотаны, так что вместо этого вышло только поддержать мрачную, упрямую бесшабашность. Потому что когда силы больше брать неоткуда, питаешься собственным ядом.
Помимо огня, конечно.
Хотелось тоже станцевать – это было так легко и маняще, но тело не слушалось, и вместо легких па выдало только несколько очень скверных ругательств, в иное время могущих даже призвать что-нибудь паршивое, а потом – после осознания того, что под ноги уже понемногу ложится склон холма – усталый, не слишком четкий жест, опущенная на плечо свободная ладонь.
- Понемногу отпускай, я придержу.
Кажется, они дотянули.

Туман поганой серой сетью затягивал дорогу, по которой они шли – запах подпаленного мяса мешался с гнилой сыростью – но не рисковал подниматься наверх. Одна из тварей сунулась – и получила хлестким заклинанием по носу, и после они отчего-то отступили. Возможно, плохо чувствовали себя на открытой местности или вовсе не могли высунуться из колдовского тумана, не желающего подниматься вверх, а может были связаны другими условиями – сейчас это было не так важно, потому что было слишком на руку. Потом, возможно, удастся что-нибудь систематизировать…
Кажется, дотянули - успела повторно подумать Шеала, открывая глаза и промаргиваясь, привыкая к темноте: под веками плясал огонь. А когда привыкла, то сразу поняла, насколько ошибалась – потому что в сыром влажном сумраке, не разорванном ни лунными лучами, ни светом звезд, в угасающих отблесках огня, догорающего внизу, скорее угадывались или даже чудились, чем были видны три тонкие, полупрозрачные фигуры, замершие в совершенно одинаковых позах.
Но они точно были - и интуиция подсказывала, что это не туманники - потому что с вершины холма веяло совершенно другим холодом.
Погано. Потому что чародейки устали.

+1

21

- О, нет, - простонала Нерис, видевшая ровно то же, что и Шеала, - о, нет, ну только не это.
Благополучному спасению она обрадовалась непростительно рано, ибо умение трех чародеек выбираться из неприятностей могло соперничать разве что с их же способностью в эти неприятности попадать, и не нужно было обладать пророческим даром, чтобы понять - прозрачная чертовщина к людям недружелюбна и ничего хорошего случайным путникам не обещает. Возможно, она заодно с туманниками - но не факт: за время своих странствий Нерис успела выяснить, что всевозможные потусторонние твари очень любят сползаться в одно место и всей веселой компанией поджидать незадачливых путников - так, собственно, и получается то, что кметы называют “гиблыми местами”; и чародеек, очевидно, угораздило попасть в одно из них.
От призрачных фигур тянуло могильным холодом.
Тяжело дышавшая Нерис выпрямилась, лихорадочно прикидывая, на что может хватить ее изрядно поубавившихся сил, но странные создания до поры не проявляли никакой враждебности - просто стояли чуть поодаль, плохо различимые в ночной темноте, так спокойно и недвижимо, что на короткое мгновение чародейке почудилось, будто они в действительности не представляют угрозы.
На мгновение. Ровно до того момента, когда она, сделав следующий шаг,  ни увидела, как полупрозрачная фигура обретает форму, словно кто-то спешными мазками накидывает картину; словно зрение, до того подводившее, внезапно прояснилось - чародейка различила черты лица, костюм - до каждой мелкой детали - и вздрогнула от узнавания.
- Это же мы, - пробормотала она в замешательстве, - что за глупость. Это мираж?
И словно отвечая на ее слова, мираж качнулся, распадаясь на три фигуры - они двигались странно, будто подражая людям, но не понимая, как именно те ходят - и выражение лиц не изменилось ни на мгновение - все трое продолжали размеренно моргать, и сосредоточенные взгляды их постоянно были устремлены в одну точку, как у незрячих.
Они, однако видели - и видели очень хорошо: зоркость зрения призрачных противников Нерис смогла оценить в тот момент, когда ее точная копия, не меняя равнодушного выражения лица уверенно ударила ей под ноги яркой синей молнией. Не ожидавшая такой подлости от себя самой чародейка едва успела отскочить в сторону - заклинание разворотило землю на том месте, где она только что стояла - но тут же попала под удар призрачной Картии, бившей не по-девичьи остервенело и сильно.
Атака лже-Кантареллы свалила Нерис с ног - тщетно пытаясь вытряхнуть из ушей докучливый звон, она попыталась подняться, но лишь для того, чтобы опять встретиться нос к носу с собой, заносящей над своим оригиналом сноп синих искр.
Нерис откатилась в последний момент, проклиная свою нерасторопность - три иллюзорные чародейки продолжали кружить вокруг настоящих, осыпая тех заклинаниями; и недостаток разнообразия - в арсенале каждой, по всей видимости, имелось только одно - они компенсировали скоростью и неутомимостью. Нечеловеческими - потому что людьми эти существа не были.
- Что им надо?! - сквозь звон в ушах выставлявшая плохонький щит Нерис сама не понимала, кому задает вопрос, ибо способных ответить на него здесь явно не было. - Что это такое?

+3

22

Хорошо, успела подумать Картия, хорошо, что эти - полупрозрачные, потому что можно легко различить, где, собственно, враги, а где союзники.
Вообще, стоило упасть духом, но не тут-то было, ветер как ударил в голову, так и не отпускал. Правда, к сожалению, этих развеять было не так-то просто - она, вроде, и чувствовала, что можно, что вот еще немного, и природа этих тварей очень похожа на то, чем являются туманники, но чего-то не хватало, то ли сил, то ли силы ветра, то ли и вовсе нужны были какие-то еще компоненты, и эта… вещь?.. Была неизмеримо сильнее. Кантарелла даже была уверена, что это одна сущность, а не три, и легкость, с которой та принимала три различных облика, действующих порознь, поражала.
Пожалуй, у чародеек, изрядно вымотанных, основательно замерзших, совершенно не отдохнувших и не понимающих природу того, с чем приходится бороться, в открытом бою шансов не было. Никаких.
Начинающую зарождаться идею на время сбила необходимость отскакивать в сторону от ветвистой молнии: сначала ударило комьями земли по ногам, а потом по ушам прокатилось громом, от которого младшая чародейка временно оглохла. Очень некстати, кроме шуток.
Но дальше стало только хуже - ступня предательски поехала по мокрой траве, и Кантарелла рухнула под ноги Шеале, больно приложившись бедром - и едва успела покатиться в сторону.
Зато это бодрящее упражнение вернуло ей память: родившаяся идея была такой же безумной и бредовой, как обстановка, но как-то умирать не хотелось куда больше.
А вдруг сработает.
Вставать Картия не стала, на всякий случай, приподнялась, раскрыла ладони в подготовительном жесте и высказалась - не очень громко, в начале успев добавить:
- Ничего не делайте! Уворачивайтесь!
Формула была примитивнейшая. Помнится, на втором курсе профессор ван Ло поговаривала, что с нее и начинается отделение иллюзионистов от всех остальных, и тот, кто не может с этим справиться, автоматически причисляется ко “всем остальным”. Она это еще почему-то произносила с презрением, Картии непонятным, Картия-то считала, что “все остальные” занимаются куда более серьезными и полезными вещами, но к тому моменту она уже обнаружила, что ни к целительству, ни и военной магии не приспособлена, а, обнаружив, в чем ее талант, здорово огорчилась.
Дура была, что и сказать.
Короткое заклинание прозвенело в воздухе и, как поэтически казалось жующей в этот момент землю чародейке, трелью прошлось по ветряным струнам, трогая каждую и заплетая во вполне приличный, плотный образ, сосредоточившись, Кантарелла добавила даже осязательную иллюзию, с некоторым, правда, трудом надстраивая дополнительные компоненты - честно говоря, она из рук вон плохо помнила, какие кролики на ощупь, и как они пахнут.
Но, наверное, это и не главное - хотя такие вещи всегда ну… не то, чтобы ранили, но ощущались, как горсть крошек, брошенная за шиворот. Так что сейчас по вершине холма рассредоточились три жирных разноцветных кролика, явно домашних и непонятно как оказавшихся в этой глуши. Вряд ли тварей это побеспокоит, как и то, что кролики пахли кошками и наощупь, вполне вероятно, были как они же - кто-то однажды обмолвился при Картии, что шубка из котиков это почти то же самое, что из кролей, и Кантарелла плохо помнила его лицо, а это означало, что лицо недолго оставалось целым.
Кролик-Нерис зато вполне естественно шевелила ушами.
Туманные фигуры заколебались и принялись менять очертания.
Если честно, я понятия не имею, что делать дальше, мысленно призналась девица ван Кантен, для естественности пожевывая травинку, кролики вообще открывают порталы? Ну, в целом? Я плохо помню курс зоологии.

+3

23

Шеала не могла ответить Нерис на её отчаянные вопросы; в конечном итоге это начинало напоминать весьма бравый марш по направлению к собственной смерти, потому как чудовище, за описание которого этнографы – ну, настоящие – отвалили бы все свои богатства и левую руку в придачу, ничуть не собиралось сдаваться, а прозрачные копии совсем не выглядели уставшими, притом с радостью перенимали лучшие качества оригиналов.
Это совершенно неожиданно можно было использовать – и помощь пришла с той стороны, на которую Шеала, признаться, совсем не рассчитывала, делая скидку вполне предприимчивой для своих лет, но всё же слишком юной Картии. Вот тебе наука, старая курва, считающая себя самой мудрой – не стоит недооценивать молодые таланты.
А они-то с Нерис, не иначе как по старой привычке…
Здорово, - насколько вообще телепатическая речь, особенно в таких обстоятельстах, могла выражать эмоции – она их выражала.
Следует ожидать, что чудовище, мастерски накладывающее иллюзии, само способно их расколоть, поэтому нам придется поторопиться. С порталом тут рисковать не будем – нужно время и концентрация, давайте бочком-бочком с холма во-о-он в те гадкие кустики.
Кролик, покрытый грязно-бурыми подпалинами, словно его и вправду роняли в огонь – не иначе, как за непреодолимую нужду сначала втравливать всех окружающих в гузно, а потом героически, за счет окружающих же, из него выкарабкиваться – неловко запутался в лапах и тяжело прыгнул первым вниз по холму.
Три чародейки, стоявшие на холме, быстро теряли очертания и развеивались туманом – как только в вопросительный знак не сложились. Чудовище было обескуражено, но не стоило надеяться, что так пробудет долго.
Кролики, конечно, порталы делать не умели – Шеала на правах самой привычной к разнообразным попаданиям в гузно, решила, что открыть случайный портал в этих условиях будет проще и эффективнее, и почти что достигла успеха – на самом деле, не дрогни палец в ненужный миг, и они бы ушли вовсе без потерь, но так дело чуть затянулось и монстр почуял колдовство. Там то ли отдал приказ своим стражам из деревни, окончательно сбросившим облики приличных кметов, то ли размножился сам, но правда была в том, что из портала, открывшегося где-то в безлюдных тихих полях, вывалились уже четверо.
Пришлось пожертвовать частью своего плаща – хотя едва ли это была самая большая потеря на сегодняшний день. С тихим утробным гулом схлопнувшееся овальное окно портала пережевало и плащ, и того, кто в него попытался вгрызться, а потом пропало - и они очутились в звездной темноте, оглушившей своей тишиной и спокойствием.
Здесь было неожиданно тепло. Упавшая после стычки Шеала плечом чувствовала хлипкую, треснувшую от удара рейку, а подняв глаза, различила тесно сплетенные лозы.
Недаром ветер казался таким знакомым.
И приметы, как оказалось, сбываются.
- Дамы, нам несказанно повезло, - проглотив несколько ругательств в силу полной нецелесообразности, Шеала с трудом поднялась на ноги, - мне кажется, что мы в Туссенте. И я знаю кое-кого, кто наверняка согласится нас приютить. Обо всем остальном подумаем завтра.

+3


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Завершенные эпизоды » [03.1269] Ad mortem festinamus


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC