Ведьмак: Меньшее Зло

Объявление

Добро пожаловать на форумную ролевую игру по циклу «Ведьмак»!
Время в игре: февраль 1272.
Что происходит: Нильфгаард осаждает Вызиму и перешел Понтар в Каэдвене, в Редании жгут нелюдей, остальные в ужасе от происходящего.
А если серьезно, то загляните в наш сюжет, там весело.
Кто больше всего нужен: реданцы, темерцы, партизаны, а также бойкие ребята с факелами.
18.09 [Важное объявление]
16.07 Обратите, пожалуйста, внимание на вот это объявление.
11.04 У нас добавилась еще одна ветка сюжета и еще один вариант дизайна для тех, кто хочет избежать неудобных вопросов на работе. Обо всем этом - [здесь].
17.02. Нам исполнился год (и три дня) С чем мы нас и поздравляем, а праздновать можно [здесь], так давайте же веселиться!
17.02 [Переведено время и обновлен сюжет], но трупоеды остались на месте, не волнуйтесь!
Шеала — главная в этом дурдоме.
Эмгыр вар Эмрейс — сюжет и репрессии.
Цирилла — сюжет, прием анкет.
Человек-Шаман — техадмин, боженька всея скриптов.
Стелла Конгрев — модератор по организационной части.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Завершенные эпизоды » [09.1268] Иди и смотри


[09.1268] Иди и смотри

Сообщений 61 страница 72 из 72

61

- Заразу разносят не крысы, - проговорила Нерис, не отнимая ладони от уставших глаз, - а блохи. Собственно, это то, что мы успели выяснить до того, как ты к нам попал. А блохи живут и не крысах, и на людях - вряд ли у каждого есть купальня, как у покойного господина Флыра, да и многим сейчас не до мытья - словом, нам тогда придется просто собрать и убить вообще всех жителей города, и я так понимаю, такой план уже имеется. Но ты прав. Ты прав.
Чародейка отняла руку от лица и выпрямилась.
- С тобой или без тебя, лекарство найти мы не успеем. Надо думать о том, что мы сделать сможем... я сообщу ребятам. Надеюсь, Виссер сэкономит мне время и не станет пререкаться.
Она спрыгнула с окна и задумчиво приблизилась к карте, над которой работал Телор - пометки на ней говорили Нерис не больше, чем чародею - медицинские термины, и она не была уверена, что сам аэп Ллойд сейчас различает на ней что-то. Как бы они оба ни пытались игнорировать этот факт, но у человеческого тела имелся некий предел прочности, и в последнее время они слишком часто балансировали где-то на его грани: разбор завалов, помощь раненым, бегство от недоброжелателей коррехидора, трупные ямы - ничто из этого не давалось легко и не проходило бесследно, тенями залегало под глазами, собиралось в морщинах между бровей. Нерис какое-то время бездумно глядела на план города, потом перевела взгляд на чародея, помолчала немного, а затем со вздохом протянула руку. 
- Хочу, - наконец сказала она, расправляя воротник его рубашки, - чтобы ты пошел спать. Ты, может, выздоравливаешь, но еще не выздоровел, и со всем, что на нас сегодня навалилось... словом, от мертвого главы Бюро будет мало толку, а у нас каждый человек на счету. Иди ляг. И не упрямься. Считай это предписанием от целителя.

Посреди ночи ее разбудил шум - тяжело подняв голову от лабораторного журнала, на котором таки заснула, Нерис не сразу поняла, что происходит. Светильник давно погас, и в отсутстие уличного освещения чернота в помещении казалась непроглядной: чародейка сонно моргала в темноту, зябко куталась в наброшенное кем-то на плечи покрывало и пыталась понять, что именно ее потревожило и откуда идет звук; а когда поняла - сон моментально слетел с нее, а она сама буквально свалилась с шаткого стула, бросаясь к кровати.
- Телор, - встревоженно потрясла она за плечо чародея, - Телор, просыпайся! Там что-то...
Ее прервал оглушительный топот на лестнице - Нерис едва успела обернуться к дверному проему, когда в нем возникла растрепанная Дыфир, и лицо повитухи, озаренное дрожащим свечным пламенем, выглядело крайне испуганным.
- Госпожа, мы горим.
- Что?!
Втроем они почти скатились по ступеням вниз, в лабораторию - Нерис едва успела шарахнуться в сторону от языка пламени, взвившегося совсем рядом с ней, а потом отшатнулась еще раз - теперь уже, чтобы не столкнуться с поднимавшимися по лестнице снизу хирургами, среди которых маячил даже Уриен, голова которого была замотана окровавленными тряпками. Неподалеку уже суетился Виссер: вездесущий колдун выглядел раздраженным даже относительно своего обычного состояния - он метался от стойки к стойке, спасая, видимо, особо ценные образцы; и бегло оценивая ситуацию, чародейка приходила к выводу, что никакие боевые заклинания для борьбы с огнем использовать было нельзя - в замкнутом помещении лаборатории это имело бы катастрофический эффект, а ценным записям вода угрожала ровно так же, как и пламя. Сорвав с плеч покрывало, она принялась бесхитростно сбивать огонь им, стараясь не задеть ничего лишнего - и все равно получила бесценнейшее указание от Виссера, выросшего за ее плечом как по волшебству.
- Пробы, пробы, осторожно!
Портовые лекарки бросились было к окнам, но на них коротко рявкнул Тремейн:
- Не трогать! Оно сейчас тут от ветра вообще все вспыхнет!
Силуэн дрожащими руками собирал бумаги, голыми ладонями прихлопывая огонь, лениво пытавшийся ползти по столу, но в целом ситуация не выглядела катастрофической: слаженными усилиями пожар удавалось побороть очень быстро, и разрушения оказывались минимальными - пара сгоревших столов, закопченная стена и разбитое окно; с этим можно было жить и работать, поэтому Нерис позволяла себе ворчать.
- У нас определенно какие-то проблемы с огнем, - улучив момент, говорила она, не прекращая орудовать покрывалом, - таких совпадений просто не бывает. Как это вообще вышло?
Последний вопрос уже был обращен ко всем присутствующим, и чародейка вообще-то не ждала ответа, но тот внезапно последовал.
- Подожгли, госпожа начмед, - откликнулась Аннеле.
На грязной ладони двимвеандры лежал камень, обмотанный полусгоревшей тряпкой, пропитанной чем-то маслянистым - кем бы ни были неизвестные поджигатели, они или оказывались крайне неопытными, или просто не старались. Интересно, как их подпустила охрана - хотя ночь же глухая на дворе, наверняка уснули.
- А это что? - Нерис аккуратно взяла из пальцев Аннеле обгоревший кусочек пергамента, который колдунья тоже протягивала госпоже начмеду.
- И его кинули. С камнем в окно.
Нерис долго глядела на половину рисунка, сохранившуюся на клочке, а потом со вздохом передала ее аэп Ллойду.
- Мне кажется, тебе что-то пытаются сказать.
Огонь, охватывавший вписанную в треугольник звезду, выглядел издевательским намеком.
Значит, все-таки не старались.

Отредактировано Нерис (28.07.2017 18:35)

+2

62

Все-таки Кастелль Недд добил его – чем ещё можно было объяснить то, что, не почуяв приближающейся угрозы, полумертвый глава Бюро изволил спать в то время, как внизу били дорогостоящие стекла.
К тому моменту, как они все, судя по всему, из-за усталости толком не сумев вовремя выдраться из сна, привели лабораторию в порядок, неизвестного бросальщика наверняка и след простыл. Иначе быть не могло – авторы этого примитивного акта диверсии не могли не учитывать того факта, что даже будучи полумертвым, глава Бюро хорошо умеет вырывать руки из надлежащего им места.
- Это не у нас проблемы с огнем, - хмуро рассматривая незамысловатое послание, ответил Телор, - это у кого-то с мозгами проблемы.
Впрочем, одно другому не мешало. Сегодняшний поджог был всего лишь демонстрацией, но не стоило сомневаться в том, что за ним последуют другие – масштабнее и опаснее. И образцам в следующий раз не остаться целыми.
Картинка в его голове по-прежнему не складывалась, но символика – символика не оставляла простора для фантазии. В чем была замешана торговая корпорация и какого дьявола оказалось, что кто-то таким образом пытается ему что-то сообщить, Телор до сих пор понять не мог. Но накрепко себе пообещал изучить всё, до чего тут смог дотянуться. Документы в доме коррехидора, в самых потайных его уголках, вдобавок требовалось выяснить, что за корабль и кто платил золотом; словом, болеть некогда. Спасибо за эти нескольких часов сна, на повторную милость от мироздания не надейтесь.
- Идите спать все, кому положено спать, - на правах того, кто всегда лезет в любую бочку затычкой, распорядился Телор, - особенно ты, госпожа начмед. Продолжайте работать те, кто работал. Я прослежу, чтобы такого не повторилось.
Он взял в руки камень, в раздумьях покатал по ладони – можно было ожидать того, что поджигатель подберет его прямо тут, на площади, основательно поврежденное в свое время заклинаниями. Но попробовать стоит.
- Аннеле, - обратился он к двимвеандре, - как у вас в Аретузе было с дивинацией и прочими методами гадания по гуще кадфы? Мне потребуется ассистент.

Как выяснилось, в Аретузе этому разделу магии учили на вполне пристойном уровне. Юной выпускнице в чем-то не хватало знаний, в чем-то – практики, но в целом получалось сносно – если говорить про сам процесс, результаты, конечно, несколько огорчали. Ближе к рассвету отчаявшаяся Аннеле предложила пойти ва-банк и отважилась на геомантию, чуть не закончившуюся фатально. Телор, терпеть не могущий стихию земли и совершенно, всей своей натурой, ее отрицающий, едва смог вытащить чародейку в здравом рассудке, и она тут же забылась беспокойным болезненным сном – прямо так, сидя на полу и неудобно привалившись к стене. Камень, лишенный промасленной тряпки, в её ладонях рассыпался в песок.
Но кое-какие результаты это дало. Не слишком точные, но вкупе с предыдущими попытками выяснить что-то о личности человека, несшего этот камень в своих руках какое-то время, подобравшего его в какой-то части города, смочившего тряпку в масле, нарисовавшего символ на бумаге (или несшего в руках бумагу, это, по большому счету, с такой точностью было не так уж важно) – дало примерное направление.
По крайней мере, теперь в распоряжении Телора для поисков был не весь немалый Кастелль Недд, а только его северо-западная четверть.
Обо всех результатах и выводах он честно доложил госпоже начмеду, как только для этого появилась возможность. Не то чтобы был обязан, и не то чтобы ей следовало забивать голову ещё и этим – будто своих проблем в лаборатории было мало – но маг испытывал иррациональную, совершенно нелогичную, особенно для человека его положения, потребность.
- …я поговорил с парнями из оцепления. Толку, конечно, немного. Перебои с продовольствием, в городе заканчивается чистая питьевая вода, в колодцы насыпалось всякой дряни – ясно, что они думают в основном о том, как бы выжить и удастся ли проснуться здоровыми. Но пообещали следить внимательнее, а всех подозрительных задерживать и отводить к… не знаю, кто сейчас выполняет обязанности старшего офицера в городе. Я пойду вынюхивать, что от меня хотят эти ребята с красивой символикой. Но перед этим, очень прошу, возьмите все необходимые… пробы, анализы, я не знаю, как это правильно называется. Можете даже отрезать кусок мяса, только не с рук, нельзя, чтобы страдала мелкая моторика. Возможно, я не вернусь, или вернусь в намного худшем состоянии, так что не стоит гробить последнюю надежду Кастелль Недда.

+2

63

Нерис покрутила в пальцах перо, подняла задумчивый взгляд на чародея и долго рассматривала что-то крайне любопытное над его левым плечом, а потом вздохнула и опустила глаза.
- Мне бы даже в голову не пришло срезать что-то у тебя с рук. - сухо высказалась она, поднимаясь с места и закрывая лабораторный журнал. - Как ты вообще представляешь себе процесс забора образцов?
Ее день почти полностью состоял из противной чародейке организационной деятельности - которой, однако, кто-то должен был заниматься, особенно если этот кто-то назвался начмедом, и Нерис впервые за несколько дней наконец-то удалось выбраться в госпиталь, общее состояние которого безмерно удручало. Ясно, что в условиях вспышки смертельной заразы дела у лекарей вряд ли будут идти в гору, но чародейку почти пугала скорость, с которой они катились под откос: некогда полупустые палаты теперь были буквально забиты больными - зараженных клали в проходах и под стенами; и если их число неуклонно росло, то количество рабочих рук постоянно сокращалось, потому что врачи ложились рядом с пациентами сначала на больничную койку, а затем - в могилу.
Больничные койки, к слову, были роскошью, доступной немногим.
Между рядами умирающих слонялись потерянные лекари, и стойкость и присутствие духа из них сохранили не все. Обреченность расхолаживала и отчаяние делало равнодушным абсолютно ко всему: зачем носить маски, если мы и так умрем? Зачем убирать там, где люди умирают в лужах кровавой рвоты?
- Затем, - раздраженно говорила Нерис сестрам, глядевшим на нее с печальным безразличием, - что даже умирать лучше не в луже кровавой рвоты. Вы бы оставили своего отца лежать вот так? Сняли бы маску со своего сына, потому что все и так умрут?
Они выполняли ее указания покорно, но без понимания, будто бы по привычке, но Нерис сейчас были до неприличного безразличны мотивы чужих поступков: дело надо сделать, а с воодушевлением или через силу - неважно.
Возможно, она переобщалась с аэп Ллойдом.
Возможно, она переобщалась с аэп Ллойдом, и оттого сейчас корила себя за то, что запустила дела в госпитале, хотя увеличение количества больных и смерти среди персонала вряд ли можно было вменить ей в вину. Но все же - если бы она следила за делами чуть пристальнее; если бы вовремя перестраивала рабочий процесс нужным образом; если бы помогала лекарям...
Но она же не могла разорваться - а ее участия в той же степени ждали в лаборатории - и сейчас отчаянно пыталась хоть как-то наверстать собственные упущения. Снабженцы были скупы на разговоры и обещания; трех лекарей пришлось почти силой отправлять отдыхать, двоих - силой возвращать к работе; господа военные держались лучше всех, но и они начинали сдавать - посеревшему от усталости и щетины Рынвену Нерис обрадовалась, как родному, прежде чем выговорить ему за недостаток сна.
Всем было велено осматривать себя на наличие фликтен.
- Мы думали, вы умерли, - тоскливо произнес лекарь, которого чародейка заставила переставлять кровати для увеличения полезной площади, и в голосе его слышалось обидное сожаление.
Нерис пропустила укол мимо ушей и педантично поправила перчатки.
- У меня для этого слишком много работы, - сказала она, - так что не в эту смену.

Лаборатория приятно отличалась от госпиталя тем, что здесь никому не требовались вдохновляющие речи и дисциплинарные взыскания - все без подсказки отлично знали, что делать; но Нерис, отдавая должное профессионализму коллег, не могла избавиться от мысли о том, что в относительных чистоте и покое легко быть дисциплинированным и собранным. Здесь работа шла так, будто за стенами этого дома мир не погибал: ждали своего часа мазки, взятые у больных всех стадий; отстаивались в лабораторных чашках образцы; Тремейн надиктовывал ассистентке ход вскрытия чумного бубона и Силиэн любовно систематизировал потрепанные ночным пожаром записи. Говорят, даже Эйриг работал в своей карантинной комнате - но сходить навестить его у Нерис не хватило времени и смелости. Перед глазами все еще стояли лица умирающих и потухшие взгляды лекарей - может, от этого Нерис никак не могла сосредоточиться, и, опасаясь все испортить, предпочла поймать коллегу, дабы поручить ему сбор проб, от качества которых зависели в перспективе судьбы сотен тысяч людей.
Коллегой оказался Виссер.
В чудесное исцеление аэп Ллойда он так и не поверил, упрямо называя происходящее с чародеем "временным улучшением" и пробы брал, всем своим видом демонстрируя, что считает это занятие пустой тратой времени и лабораторной тары, так что в конечном итоге Нерис не выдержала и чародея прогнала, отобрав у него инструменты и зачарованную колбу.
- Дай руку. Будет немного больно. Сожми кулак.
Руки помнили дело лучше головы: темная кровь из небольшого надреза стекала в склянку, оставляя на стекле алый след - Нерис наблюдала за тем, как наполняется сосуд, и думала о госпитале, лаборатории, тестовых пробирках и оставшемся времени; и в уме ее огонь уже подбирался к стенам Кастелль Недда, чтобы уничтожить здесь все, потому что теперь у нее не было сомнений в том, что все закончится именно так.
- Согни руку.
В сгиб локтя легла чистая салфетка - неожиданно немногословная чародейка долго сумрачно наблюдала за тем, как по ней расползается бурое пятно.
- Ты не можешь не вернуться, - внезапно произнесла она, - не имеешь права. Ты - единственный, кто может защитить нас от сожжения, и если ты... не вернешься, то все, что мы делаем здесь, бессмысленно. Опыты, записи, даже это, - она подняла на уровень глаз склянку с кровью, - всё это не будет иметь никакого смысла, потому что они сгорят вместе с нами. Дыфир!
Растрепанная повитуха возникла в дверном проеме почти сразу.
- Спрячьте, пожалуйста, вот это все в самое безопасное место. Если вдруг что-то опять случится, эти пробы пусть спасают в первую очередь.
Дыфир уносила склянки, стараясь, кажется, даже не дышать на них - Нерис проводила ее печальным взглядом и вновь умолкла на какое-то время: в голове ее по новому кругу проходили все те же мысли - госпиталь, лаборатория, тесты, госпиталь...
- Я могу пойти с тобой. - наконец сказала она. - Если хочешь.

+2

64

Телор почему-то не мог – или не хотел? – отвечать Виссеру в тон, язвительно комментируя, что у него-то временных улучшений уже не будет, потому что не может улучшаться то, что испорчено изначально. Но, в конце концов, Виссер был неплохим мужиком, хоть и после даже краткого общения с ним хотелось отломать ножку у стула и пару раз ударить.
Все вокруг были уставшими и изможденными до предела, с каждым часом и днем становилось все хуже - любое происшествие могло стать тем самым событием, что соломинкой переломит хребет горбатой офирской лошади.
Поэтому просто показал ему в спину всем понятный краснолюдский жест, улучив момент, пока Нерис отвернулась. Виссер, будто почувствовав, возмущенно хлопнул дверью, но аэп Ллойд был уверен – отправился тот работать.
Всем им нужно было работать.
Вида собственной крови он не боялся, и наблюдал с любопытством – но, скорее, не за непосредственно забором материала на анализ, а за чародейкой. Сумрачная, сосредоточенная, уставшая – оттого кажущаяся молодость иногда, как тень от облака, соскальзывала с её облика, проявляя истинный опыт.
Даже не поморщившись, колдун почему-то старался запомнить это всё, и флегматично думал о том, что, видимо, момент, когда они все смогут расслабиться и отоспаться, наступит совсем уж нескоро. Если наступит вовсе, но – пока борешься, живешь.
- Значит, вернусь, - покладисто сообщил маг, в свою очередь поднимая глаза с тряпицы на лицо чародейки, - если должен, то вернусь.
Тоже некоторое время молчал, не отводя задумчивого взгляда. Тоже думал о городе – о том, что если это все напрасно и их сожгут, то никто и никогда не узнает, что здесь произошло, и отчего началась эпидемия, а это означало только новые сожженные города. О вмешательстве торговой корпорации и том, что говнюки из неё останутся ненаказанными, и это было плохо. О культе, который не мог взяться из ниоткуда и сам по себе за такое короткое время. О людях, которые так отчаянно работали не покладая рук, и все равно шанс на спасение был мизерным и призрачным. О том, как хочется жить – и почему желание рядом с этой женщиной отчаянно и упрямо крепнет.
- Хочу, - честно признался Телор, - но это опасно.
Впрочем, едва ли намного опаснее того, чтобы остаться тут – и не потому, что прогулка ожидалась легкой, вовсе нет – просто здесь было тоже не очень. Лабораторию могут снова попытаться поджечь, снова кто-то нападет, опять придут недовольные, а может, даже святой отец из той церкви приведет поредевшую паству карать еретиков – если он каким-то чудом выжил, а потом еще и не заразился лихорадкой.
Вариантов было много, и колдун ощущал укол очень опасного чувства, заставляющего его понимать, что успокоится только в том случае, если будет контролировать все лично.
Она, разумеется, была права. Это было рационально, а с помощью умелой чародейки аэп Ллойд наверняка добьется намного большего, чем просто бесславно погибнуть от чьей-то шальной стрелы. Да и погибать вдвоем совсем не так весело, как наводить порядок и драть предателей родины.
Возможно, и шансов заразиться там у нее меньше.
Возможно, он просто искал причины и оправдания бесславному и совершенно не льстившему ему собственничеству. Но, конечно, не признался в этом даже мысленно.
- Зато может по пути мы найдем еще какую-нибудь оргию, - с оттенком воодушевления предположил колдун, - отберем у них всю дурь и снова убьем кого-то нехорошего. Отличная вечерняя прогулка, как мне кажется.
Он медленно, на пробу разогнул руку, пошевелил пальцами – надрез был таким тонким, что затянулся быстро, и кровь уже не шла. Можно было раскатывать рукав рубашки и приводить себя в вид, достаточно пристойный для того, чтобы отнимать у заговорщиков наркотики.
Служба империи - это вам не хер собачий.
- Если серьезно, то вероятно, они будут ждать. Надо попробовать сделать крюк и начать прочесывать кварталы с севера на юг. Ещё желательно прикрыться – нас знают в лицо. У тебя случаем нет лишней маски чумного доктора? Ладно, шучу. Я разыщу что-нибудь вроде шарфов и буду ждать внизу – если тебе ещё что-то нужно здесь закончить.

+2

65

- Если судить по опыту предыдущих раз, то оргия нас найдет сама, - Нерис попыталась улыбнуться, но улыбка вышла какой-то натянутой, - а потом случится пожар. Все всегда заканчивается пожаром.
Она с преувеличенной внимательностью проследила за тем, как чародей расправляет рукава, а потом кивнула.
- Хорошо, встретимся внизу через четверть часа. Мне нужно привести в порядок бумаги.
Их затея неприятно отдавала ребячеством, и Нерис казалась, будто она совершает нечто неправильное, словно бы убегая от своих должностных обязанностей и занимаясь вместо того чужими - и вслед за Телором она мастерски убеждала себя в том, что ничего предосудительного и странного в ее поведении нет. Аэп Ллойд наверняка опять попытается умереть какой-нибудь некрасивой смертью, а этого допустить никак нельзя, потому что он слишком дорог... для науки. И не только - в смысле, остатки порядка в этом городе, субординация в войсках все еще держались не в последнюю очередь благодаря его участию, и в случае его смерти вряд ли найдется человек столь же упрямый и самоотверженный.
А шансов у двоих действительно больше.
Приведение в порядок бумаг сводилось к попытке расположить разрозненные записи хоть в какой-то последовательности: склонившись над столом, Нерис полубездумно перебирала листы, будто раскладывала пасьянс, и рассеянный взгляд ее скользил по строкам, написанным разными почерками, то безупречно ровными - это Виссер, то поспешными и рваными - это Тремейн; и не выхватывал сути.
Может, в этом и была хитрость. Может, это нужно было сделать раньше - прищуриться, как живописцу, глядя на полотно их исследования, чтобы отрешиться от деталей и на мгновение увидеть общую картину - Нерис чутко замерла, опасаясь спугнуть снизошедшее озарение, а потом сорвалась с места, на ходу поспешно складывая записи, и почти скатилась по лестнице в лабораторию.
Там к таким явлением госпожи начмеда уже привыкли.
- Мне нужно к Эйригу, - объявила чародейка, - дайте маску.

Пожилой алхимик выглядел не так скверно, как мог бы, но одного взгляда на его шею было достаточно, чтобы понять: ему не повезет, как аэп Ллойду; его тело не возьмет верх над болезнью, и черные пятна, расползающиеся под челюстью, явственно говорили об этом - Телор до такой стадии заражения даже не дошел.
Таз у кровати, однако, пока был чист.
- Госпожа начмед. - сдержанно поприветствовал чародейку алхимик.
- Господин Эйриг.
Ей снова сделалось стыдно - Солнце знает, почему - и она поспешила опустить взгляд, принимаясь теребить перчатку на руке. Алхимик уже почти не вставал - все больше сидел, и оттого смотрел на нее сейчас снизу вверх, как казалось чародейке - с укором.
- У меня есть мысль. Относительно потенциального средства диагностики - и мне нужна ваша помощь, как алхимика.
- Все время, что у меня есть, в вашем распоряжении.
Лицо Нерис на мгновение свело судорогой, но она быстро совладала с собой.
- Тогда будем надеяться, что его хватит. Смотрите, - чародейка выудила из-за пазухи, бережно сложенные бумаги, - у нас есть вот тут кое-какие выкладки, плюс кровь господина аэп Ллойда в относительно неограниченном количестве...
"Если конечно, - думала Нерис, тыкая пальцем в формулы, - если конечно, - мысленно добавляла она иллюстрируя свои соображения записями Тремейна, - если конечно, господин аэп Ллойд на этот раз не умудрится убиться окончательно; а господин аэп Ллойд очень, очень старается".
Алхимик выслушал ее, не перебивая, и к концу его речи в его глазах зажглось нечто смутно похожее на энтузиазм - что для обреченного было уже неплохо. Нерис, исподволь следившей за реакцией Эйрига, оставалось только уповать на то, что подступающая болезнь не подточила еще разум алхимика, и с постыдным цинизмом размышляла, что отыскать другого в таких условиях будет крайне сложно.
- Звучит убедительно, - похвалил Эйриг, подтягивая к себе бумаги.,
Он старался держаться от чародейки на расстоянии, из страха, видимо, заразить ее.
- И многообещающе. Оставьте мне образцы, я посмотрю, что с этим можно сделать - мне понадобятся кое-какие реагенты... О, ежели вас не затруднит - пришлите мне в распоряжение, пожалуйста, этого милейшего молодого человека?
- Силуэна?
- Нет-нет, того, что совсем недавно привел господин аэп Ллойд.
- ...Виссера? - неуверенно предположила Нерис.
Пожилой алхимик заулыбался.
- Да-да, его. Чудеснейший, чудеснейший молодой человек. Обещал мне всяческое содействие, и оно мне как раз понадобится.
- Ладно. - после паузы кивнула Нерис, пришедшая в легкое замешательство. - Ладно. Я... передам ему, да.

К аэп Ллойду она спустилась несколько позже, чем обещала, и вид при этом чародейка имела крайне недоумевающий.
- Я сейчас послала Виссера к Эйригу, - поделилась она с Телором, пока заматывала лицо платком, - и он мне вообще ни слова не сказал против. Просто встал и пошел, представляешь? Ни почему, ни по какому праву я распоряжаюсь, ни одного едкого комментария... Я теперь вообще ничего не понимаю. Не могу разгадать этого господина.
Она проверила, крепко ли держится повязка, и вопросительно поглядела на аэп Ллойда.
- Идем? Ты ведешь.

Отредактировано Нерис (30.08.2017 22:17)

+2

66

Господин аэп Ллойд очень старался по одной простой причине – ему смертельно осточертело не просто тягостно и долго помирать от кровавой лихорадки, чумы и Великое Солнце знает чего ещё, а помирать, оставаясь в неведении относительно всего, что происходит в этом богами проклятом порту.
Очевидно, Торговая Корпорация пыталась тщательно замести следы, не утратив ещё надежд на то, что город и какая-то часть его обитателей выживет, и это, как ни крути, вселяло определенные надежды. Возможно, хитрые сукины сыны просто были неисправимыми оптимистами, но ведь кто говорил, что официальная власть не будет думать так же?
Официальная власть в свою очередь тоже заматывала лицо шарфом, фыркнув в складки ткани: как всегда бывало в сложных ситуациях или в дни, когда точно знаешь, что каждый следующий час будет сложнее предыдущего, на него напало настроение ироничное и лихое.
Или по крайней мере оно делало вид. И это вправду было ребячеством, но только отчасти – потому что, когда всё остальное заканчивается, начинаешь черпать отвагу только в собственном безрассудном идиотизме.
- Вероятно, он понадеялся, что ты решишь, что ему просто надоели крысы. Наивный упырь. На самом-то деле ему наверняка просто нравится, когда у госпожи в голосе появляются приказные ноты, - чуть наклонившись, доверительно поделился размышлениями аэп Ллойд.
На самом деле умирающий город удивительно быстро учил новому – и госпожа начмед, ещё неделю назад словно все ещё слегка удивлявшаяся свалившимся на неё обязанностям, сегодня распоряжалась своей маленькой армией намного уверенней.

Запах Кастелль-Недда был по прежнему удручающе гадостным и горько застывал во рту, так что в маскировке оказалось неожиданно много пользы. Людей на улицах почти не было – живых – а те, кто были, спешили поскорее убраться внутрь домов. Мародеров они не встретили – то ли повезло, то ли это дьявольское племя стремительно к херам собачим передыхало и сейчас было занято тем, что доползлало до умиральных ям.
Город вымирал. Набат уже не звучал – хотя в городе, кажется, была ещё одна церковь поменьше, а может, даже две. Возможно, дознаватель ошибался, путая Кастелль Недд с ещё десятком подобных ему портовых городишек – сейчас улицы, затянутые дымом, не отличались одна от другой и напоминали скорее воплощенный кошмар, чем людское обиталище, и… в целом, даже если им удастся чего-либо добиться, город вряд ли сумеет быстро оправиться. Но это, по сути, было далеко не первичной задачей, а конкретно сейчас перед ними стояли так и вовсе радикально отличающиеся от вышеназванной цели: не сдохнуть и что-либо при этом выяснить.
Смерти некоторых окружающих так и вообще были бы чертовски полезны делу.
Говорить в таких условиях было сложно, и дознаватель привычно перешел на мысленную речь – хорошо все-таки иметь дело с чародеями, всегда есть множество методов понять друг друга.
- Смотри, у меня, как ни странно, есть план. Я не знаю точно, какого рода организация нас там ждет, будет это оргией или чем-то ещё, но, как ты верно заметила, оно само должно к нам прилипнуть. Мне понадобятся твои навыки – я, если честно, просто до сих пор пребываю в восхищении и намерен посмотреть на это ещё раз. Что касается пожаров – давай попробуем обойтись, для этого города и без того достаточно огня. Возможно, стоит сжечь кое-что после, но пока…
Он понятия не имел, где Нерис занималась частной практикой – пожалуй, закапываться в вопрос не стоило – но что бы тогда не происходило, её заклинания имели бы головокружительный эффект в Бюро, если он хоть что-то в этом понимал. Впрочем, стоило ли давать им возможность – чем дальше, тем сильнее он утверждался в мысли о том, что если эта женщина хочет покоя, то не должна подпускать к себе его коллег, которые наверняка встанут в стойку при известии о… знаниях такого рода, и это ещё нужно учитывать работу относительно Бича Катрионы - и при этом сам он едва ли сумеет оградить от этого полностью.
Словом, думал аэп Ллойд о какой-то маловероятной херне – маловероятной, потому что все ещё до конца не был уверен, что они доживут до утра – так, впрочем, происходило каждый вечер. А надо было о чем-то толковом.
- Словом, расслабься, внимательно смотри по сторонам и позволь везению найти тебя. Переговоры я беру на себя, но знаешь, было бы неплохо, если бы у собеседников в какой-то момент подкосились ноги.
Ветер, как назло, дул прямо в лицо, оттого рассматривать детали становилось ещё сложнее. Впрочем, ничего нового – всего лишь трупы, хлам, крысы.
- Возможно, всего лишь возможно, что тот алтарь – помнишь? – как-то связан с появлением той жуткой бабищи. Я никогда раньше не слышал ни про одно, ни про второе, но где много насильственных смертей, там всегда заводится нечто подобное. Так что – если почувствуешь что-то схожее, сразу же…
Он осекся, немного сдвинув платок вниз. Разумеется, речь не шла о том, что он чувствовал нечто схожее – просто, задумавшись о том погроме дома конца света, с которого, фактически, началась светлая сторона этой истории, он невольно погрузился в воспоминания, а воспоминания об этом дне были плотно пронизаны запахом…
Ну да, запахом воскуриваемой офирской дури.
- Нам везет! – вслух заявил чародей, - оргии вправду находят нас сами. Это становится уже скучным. Пойдем?
В этой сбивающей с ног смеси неприятных запахов ориентироваться было сложно, но у них всё равно были все шансы найти источник.

+2

67

Везение аэп Ллойд явно понимал как-то своеобразно - но, с другой стороны, вообще все происходящее здесь представлялось далеким от понятия нормы, и потому Нерис с легкостью принимала навязываемые умирающим городом правила игры, в которых Телор, в силу опыта, быть может, разбирался лучше. Если шеф бюро сказал, что им везет, значит, им везет - кто она такая, чтобы спорить, она тут просто ставит диагнозы.
Нерис натянула платок по самые глаза и задорно подмигнула чародею.
Они шли, как гончие - на запах, едва различимый в дымном мареве - то и дело сбиваясь с пути, теряя терпкую нотку дурмана в пыли и гари; и вынужденная то и дело принюхиваться Нерис чувствовала себя до крайности дурацки, однако страдания ее хотя бы оказались не напрасными: поплутав по полутемным переулкам, чародеи наконец-то вышли к...
Нерис присвистнула - звук из-за маски получился едва различимым.
Ты глянь, они совсем страх потеряли.
Здание филиала Торговой Корпорации надменно возвышалось над соседними домами: в дни благоденствия Кастелль Недда сюда на поклон приходили купцы, желавние сотрудничать с могущественной организацей; здесь заключались сделки и договоры, тут продавали и покупали    что за стенами, что под ними, на вечно многолюдной площади. Теперь здесь царили тишина и запустение: заброшенные торговые ряды, окутанные сизым дымом, выглядели почти зловеще, и кое-как наспех заколоченные окна почти приглашали мародеров проверить на прочность работу неизвестного плотника - точнее приглашали бы, не знай Нерис наверняка, что в покинутом Торговой Корпорацией здании можно найти в лучшем случае пустоту. Богатейшие люди империи не сделались бы таковыми, имей они привычку бросать нажитое даже под страхом заражения смертельной болезнью: все ценные бумаги и деньги наверняка уже вывезены, а все, оставшееся здесь, ценности не представляет.
Тогда откуда этот запах?..
Искать источник дыма в дыму оказалось задачей непростой: чародеи несколько раз кругом обошли дом, прежде чем приметили приоткрытое окно подвала, из которого на мостовую тек дурманящий чад - за мутным стеклом невозможно было различить ничего, так что Нерис только зла обтерла курткой мостовую, пытаясь понять, что там происходит.
Куртка, кстати, была с чужого плеча. С чьего именно, Нерис не знала - куртка появилась утром на спинке стула у ее рабочего стола - но после обнаружения в кармане записки на хорошем, академическом нильфгаардском с затаенным недоумением подозревала во владельце Виссера, и это лишь добавляло интриги личности этого загадочного гоподина.
Звуков, что характерно, из подвала не доносилось тоже - никаких. Чумной вертеп, помнится, стонал, выл, орал песни и декламировал плохие стихи, так что близость его угадывалась уже за квартал; здесь же дым был, пожалуй, вообще единственным признаком того, что в здании кто-то остался; но, быть может, даже он обманывал - поднимавшаяся по лестнице Нерис уже успела усомниться в том, что взятый ими след верен и здесь им удасться найти хоть что-нибудь.
Дверь, впрочем, они все же выломали, но поднятый грохот, в любое другое время привлекший бы внимание обеспокоенных хозяев, потонул в дымной тишине вымершего квартала. Чародеи постояли на пороге, прислушиваясь: роскошный дом, воплощавший богатство и значимость организации, которой он принадлежал, встречал их безмолвием и неожиданным запустением - слой пыли на резных перилах, засохшие цветы в вазах; брошенные бумаги, не содержавшие никаких важных сведений, но все - минимум двухнедельной давности; все это наводило на мысль о том, что...
Они ушли отсюда раньше, - Нерис удивленно хмурилась, разглядывая старое письмо, - не неделю назад, это точно. Возможно, две или даже чуть больше - но как этого никто не заметил, Телор?..
И, проходя опустевшими комнатами, сама отвечала себе: сотворить иллюзию жизни несложно, особенно если речь идет о месте, в которое не всякого пустят. Нанять пару человек, чтобы входили и выходили, создавая ощущение оживленности; одного - чтобы вежливо отказывал просителям, еще одного - просто для виду...
Они знали, - твердила чародейка, пока они отыскивали дверь подвала, - они заранее знали о карантине и эпидемии. Господина Флыра не просто так заставили принять зараженный груз - я думала, это обычная жадность, но нет. Они готовились к эвакуации - им зачем-то нужна была эта эпидемия. Зачем такое может быть нужно?

Отредактировано Нерис (27.09.2017 00:35)

+2

68

Впору было разочароваться. Вправду, ну что за беда – никакой оргии на самом деле их не ожидало.
Полный конец света!
Но место было вправду не слишком ожидаемым – впрочем, возможно коварные ребята решили, что нигде так больше не спрятаться, кроме как на виду, и творили свои грязные делишки прямо в главном управлении. Ну а что – кто станет всерьез искать тут?
Или рассчитывали, что к тому моменту, как станет, здесь уже никого не будет – а вскоре не будет и тех, кто всё нашел. Неоптимистичные перспективы для них с Нерис.
- Да, - удрученно признал Телор, - ты права. Они всё каким-то образом знали заранее.
И задумался.
В казначейской части Телор был не силен, всегда поручая разбирательства профессионалам, поэтому понятия не имел, какую выгоду торговая корпорация таким образом получила, и получила ли вообще. Но, осматривая пыльное великолепие, почти рефлекторно домысливал, подмечал, собирал кусочки головоломки. Всё складывалось в цельную картину – даже эти чёртовы офирские наркотики. И ведь, сукины сыны, были уверены в том, что некому будет потом рассказать. Убрать всех свидетелей, да и мелких исполнителей, недостаточно ценных, чтобы их спасти, одним махом – очень удобно и экономно.
- Они сами её и подстроили, выходит. Зачем-то она им была нужна – и зачем-то было нужно сделать так, чтобы город погрузился в хаос и умер. Возможно, безумцами проще управлять? Я пока не знаю. Точно знаю вот что – мы должны, просто обязаны тут перевернуть абсолютно всё и найти все возможные доказательства их вины. И потом, если вдруг нам не удастся выжить, каким-то образом передать их в столицу. Прости – не мы, а я. Но буду рад твоей компании, конечно, это вообще очень скучное занятие – копаться в чужом белье.
Снизу тянуло дымом – таким странно горьким, как будто горит очень пересушенное дерево, и немного – той самой дурью. Возможно, где-то рядом её воскуривает кто-то ещё, тогда вечерняя программа расширится на перекапывание белья в ещё одном доме. Веселый вечер, но с развлечениями в Кастелль Недд в последнее время как-то тухло.
Дверь наконец нашлась – в общем-то, они действовали по старой схеме, идя на запах дыма, и преуспели, хотя разыскать хорошо подогнанный люк оказалось делом не то чтобы очень простым. Даже оставленная щелочка в полпальца не слишком облегчила дело.
- Кажется, горит бумага, - стянув повязку со своей горбатой гордости, с некоторой тревогой констатировал дознаватель, потом, оценивающе присмотревшись к дверце, потянул её магией – слегка-слегка, ожидая ловушки.
Ловушки не было. Вероятно, господа, которые находились внизу, не ожидали, что по их души кто-то придет. Сделав жест, призывающий к наивысшей степени тишины, Телор заглянул внутрь – тусклое дрожащее освещение масляной лампы, скрытой от его глаз, но оставляющей в воздухе такой запах, что он перебивал даже дым – неужто торговая корпорация скупится на припасы собственным служащим? Или же это совершенно посторонние люди, воспользовавшиеся опустевшим зданием? – выхватывало из полумрака довольно просторное помещение, вполне смахивающее на коридор. Зная этих ребят, здесь могло быть даже несколько ярусов с тайным выходом за пределы города или чем-то столь же масштабным в том же духе.
А если серьезно, то даже будь здесь несколько комнат, возможно, при поимке живых – если они тут есть – пришлось бы попотеть даже больше чем двоим людям. Разумеется, если бы они не были чародеями, но вот ведь как не повезло.
Заботливо придержав госпожу чародейку и даже спустив её на глиняный, но хорошо утоптанный пол – не то чтобы в этом была особая нужда, просто срочно захотелось побыть галантным – господин чародей прикрыл глаза и сплел пальцами нечто невидимое. Внешне ничего не произошло – из-под век не брызнул свет, воздух не запах озоном, а на головы преступников не опустилась кара земная, просто…
- Их тут четверо. Один – в ближайшей комнате. Ещё двое – дальше по коридору, не пойму, это то ли зал, то ли ещё что. Четвёртый как раз идёт сюда, дьявол.
Телор открыл глаза как раз вовремя – резким жестом выбросил руку, простым порывом воздуха сшибая лампу с убогой подставки, та упала и разбилась, погрузив коридор в относительный мрак – впереди, из какого-то из помещений маячил свет.
Послышался вскрик, потом – ругань.
- Сквозняки, что ли… - ворчливо заметил незнакомец в темноте, потом, судя по звукам, споткнулся обо что-то и снова выругался.

+2

69

Темнота ослепила всех - и хозяев, и их незваных гостей; но Нерис не нужен был свет, чтобы видеть - потратив какой-то время на то, чтобы тщательно соткать нужный узор, она сейчас отлично чувствовала, как бьется сердце незнакомца чуть поодаль, и как колотятся еще два за стеной - перед внутренним взором чародейки каждый удар вспыхивал красным, отдавался зудом в ладони, и она перекатывала его в пальцах, размышляя, что делать с этой властью. Она не хотела больше смертей на своей совести - и, кроме всего, эти люди наверняка нужны были аэп Ллойду живыми - поэтому позволила чертыхающемуся и спотыкающемуся незнакомцу приблизиться на нужное расстояние, чтобы выпустив из пальцев одно заклинание, поспешно сплести другое: не успев даже вскрикнуть от внезапного прикосновения магички, преступник осел на пол - та едва успела подхватить его, чтобы он не грохнулся шумно, привлекая внимание остальных.
Он спит, - коротко пояснила Нерис Телору на случай, если тот подумает дурное, - это обычный наркоз.
Тратить время на то, чтобы припрятать тело, чародеи не стали: просто перешагнули через сладко сопящего незнакомца и двинулись к комнате, где засели его товарищи.
Что будем делать дальше? - походя выясняла у аэп Ллойда Нерис, ощущая прилив какого-то совершенно неуместного азарта. - Их же надо как-то скрутить, так? Я могу парализовать одного.
Одного достаточно, - в темноте кивнул Телор и пошёл первым.
Они передвигались внимательно, быстро и практически бесшумно – так, что появление для остальных подпольщиков оказалось приятным сюрпризом. В кои-то веки всё шло так, как планировалось – стоило, в основном, не забывать о том, кто остался в одиночестве в комнате, которую они обошли.
По приближению к месту, где было двое, запах горелого усиливался, а дым ощущался даже несмотря на сумрак: бросив короткий взгляд на спутницу, Телор коротко кивнул, приготовившись в свою очередь разбираться со всем, с чем не могла разобраться Нерис.
Твой – левый.
В какой бы композиции они не находились.
Дверь, задетая осторожным прикосновением сквозняка, скрипнула и приоткрылась, так что появление чародеев встречали две пары глаз, в которых так и не успело появиться удивление – наверняка они ожидали увидеть кого-либо из своих сообщников.
Дознаватель не обладал изысканными фантазиями в отношении заклинаний, могущих нейтрализовать противника, поэтому пошёл на определенный риск, проворачивая старый фокус.
Один, два, три…
Правый упал, раскрывая рот в попытках заглотнуть побольше воздуха, который выбили из его легких, и его глаза расширились в животном ужасе: внушенная идея о том, что он не может издать ни звука, до времени обеспечивала чародеям столь необходимую тишину.
Второй бросился было к напарнику, но почти сразу рухнул рядом с ним, страшно пуча глаза: воспользовавшись возникшим замешательством, Нерис с неожиданным проворством проскользнула в комнату, и одного прикосновения оказалось достаточно, чтобы парализовать противника. Комната, в которой они очутились, оказалась котельной, и здесь пойманные чародеями преступники занимались, по всей видимости, уничтожением улик: у жарко пылающей печки небрежными стопками были сложены бумаги и перевязанные бечевкой аккуратные свертки без клейма и каких-либо внятных указаний на природу содержимого.
Ты напугал их, - со странной гордостью в голосе констатировала чародейка, крутя в руках один из них, - если раньше они рассчитывали, что следы скроет пожар, то теперь, видимо, заторопились и решили подчистить хвосты заранее. Вдруг шеф Бюро что-то вынюхает... ух ты!
Она вдруг осеклась на полуфразе: из надрыва на одном из свертков ей на ладонь сыпался мелкий белый порошок - чародейка продемонстрировала его Телору прежде, чем аккуратно стряхнуть на пол.
Хотите бесплатно обдолбаться, господин аэп Ллойд? У них явно есть кое-что покрепче офирской травы.
Обезвредить четвертого после этого оказалось делом до смешного простым - его недвижимое тело чародеи бесцеремонно проволокли через весь подвал и бросили рядом с парализованными товарищами; и в нем Нерис с некоторым удивлением узнала...
- Это же один из тех, кто требовал отдать им господина Флыра!
Стягивая с лица платок, чародейка склонилась к пленнику, чтобы проверить, не обозналась ли, но ошибки быть не могло.
На сведенном судорогой лбу незнакомца от напряжения выступила испарина; однако понять по застывшей гримасе ужаса, что именно он думает о неожиданной встрече, возможным не представлялось.
Нерис выпрямилась и вопросительно поглядела на Телора.
- Поболтаешь с ним по-своему, или вернуть ему дар речи?
Всё так же ласково улыбаясь, он присел над последним испытуемым на корточки. Вопросы, крутившиеся у дознавателя на языке, наверное, следовало задавать вслух. Хотя вряд ли Великое Солнце услышат, да и не верил Телор в эту чушь, просто так было справедливее. Для самих пленников.
- Расскажи мне, - начал он, - и этой госпоже, а у нее тоже возникли вопросы, что это за представление было с коррехидором и как вам хватило наглости обвинять в эпидемии его?
- Это не я, клянусь! Мне приказали!
Телор досадливо зажмурился и покивал головой. У них было ещё трое, которые могут рассказать в деталях, кто приказывал, когда и зачем, но зачем переводить материал попусту?
- Если я начну его бить, - попросил дознаватель, - останови меня. Это неконструктивно. Итак, как там тебя зовут – зачем это было? Как думаешь, Нерис, неужели у них есть лекарство и они надеялись разбогатеть на вот этом?
Он сделал неопределенный жест рукой, очень не желая видеть, как снова мотает головой допрашиваемый.
- У них нет лекарства. - уверенно откликнулась чародейка, скрещивая руки на груди. - На севере Катриона бушует уже какое-то время - представляешь, сколько денег можно заработать на отчаявшихся? Если бы оно у них было, границы империи их бы не остановили. И потом, при всем уважении к их организации - они и торгаши-то так себе, а ученые из них вообще никакие.
- Коррехидор пустил в порт корабли, - рискнул подать голос допрашиваемый, которого вид нависающего над ним чародея явно пугал, - это чистая правда, он был в доле!
Нерис с преувеличенным безразличием пожала плечами.
- А не пустил бы - вы бы его убили. Между смертью и деньгами только дурак не выберет последнее. Зачем вам все это?
- Я не знаю.
Чародейка подавила вздох.

Отредактировано Нерис (01.10.2017 15:36)

+3

70

Телор вздохнул и стянул платок с лица, садясь прямо на пол: беседа обещала быть долгой. Пленник был достаточно напуган для того, чтобы можно было не отправляться на поиски пыточных инструментов, к тому же дознаватель себя словил на том, что собирается стесняться при настоящем медике: вдруг знакомые ему методы выкручивания суставов недостаточно верны с анатомической точки зрения?
- Всё ты знаешь, - подбадривающе произнес чародей, опуская ладонь пленнику на горло: раз, два, три, теперь дышим.
Тот дернулся, выпучил глаза, судорожно вдохнул:
- Клянусь, не знаю! Честное слово! Это Леуваарден, так его… я выполнял его приказы…
- Какой из них?
Пленник помотал головой, торопливо, пока ладонь не опустилась снова, пояснил:
- Я не знаю, который из их семьи, клянусь вам, не знаю! Сам узнал случайно, он не подписывал письма, нам передавали только руководства – что делать, с кем говорить…
- Кого запугивать, хотел сказать ты? – поправил дознаватель.
- Кого покупать, - осмелел безымянный пленник, видимо, понадеявшись на милость следствия после готовности к сотрудничеству, - они не скупились.
- Нерис, - не поворачивая головы, попросил маг, - если ты в силах, пожалуйста, просмотри всю эту кипу писем и, если удастся, компрессируй. Если будет что-то интересное – читай вслух. Нужно внимательно просмотреть – возможно, удастся разыскать другие фамилии. А ты продолжай, продолжай. Что там с офирской дурью?
- Про дурь ничего не знаю, - опрометчиво заявил пленник.
В этот раз чародей считал до восьми.
- …они немного просчитались, - вдохнув, с готовностью начал говорить тот, - возник внутренний конфликт, кому-то не хватило, нужно было замести следы…
Телор изогнул одну бровь под немыслимым углом.
- Я правильно понимаю, сынок, - медленно спросил он, - что эта хрень с Бичом Катрионы – всего лишь для того, чтобы замести дела наркотиками? Леуваардены пожертвовали целым городом, потенциально – провинцией – чтобы всего лишь прикрыть свои задницы?
- Не Леуваардены. Кто-то один из них. Я не понял точно, - покаялся пленник, - слышал только краем уха. Один из них что-то не поделил с другими. Распоряжался тут по своему усмотрению, потом что-то случилось, и он решил таким образом решить все проблемы разом. Нас, понимаете, не посвящали в подробности. Платили золотом за то, что не будем спрашивать ничего.
- Ладно. Ладно, - очень задумчиво ответил Телор, - а что ты знаешь про эти культы конца света? Ну там, где убивают полно народу и молятся крысам.
Пленник, если бы мог, наверное, пожал бы плечами.
- В смутные времена людьми проще управлять, - туманно пояснил он, - и они верят во всякую чушь. Я не вникал, я просто выполнял приказы.
- Парень, - добродушно произнес чародей, - такое впечатление, что тебе в задницу вставили палку. Приказы, золото, приказы. Такой патриотизм да в нужное русло…
- Я готов исправляться, - искренне пробормотал пленник, охотно обманувшись этой кажущейся доброжелательностью.
- А что с взрывчаткой в церкви? Только без отговорок – мы знаем, что это ваших рук дело.
Пленник хмыкнул и повторил:
- В беспорядке все теряют ориентиры. Если люди отвернутся от церкви, им понадобится новый бог. А тут – мы. Понимаете?
- Не понимаю, - честно признался Телор, - что, не было вариантов попроще?
- Я думаю, тот, который тут всё решал, слегка, ну, того, - поделился наблюдениями пленник, - иногда его приказы были не совсем нормальными. Но…
- Полновесное золото, я помню, не повторяй.
- Вообще, взрыв не был запланирован на этот день, - словоохотливо пояснил тот, - вам случайно повезло.
Чародей вспомнил всё, что происходило в церкви – споткнувшегося служку с свечой, и скрипнул зубами. Повезло, конечно.
- Последний вопрос, парень. Почему вы тут остались? Знаете же, что дело пахнет жареным, никакие деньги не спасут.
- Они нас вытащат, - невозмутимо пояснил пленник, - они обещали. Когда уезжали – сказали, что за нами вернутся, как закончим тут все дела.
Телор с некоторой даже жалостью посмотрел на него и поднялся, переходя к лишенным сознания его товарищам. На них свое красноречие тратить не стал – просто будил и сразу же вторгался в разум, насколько хватало сил, выдергивал имена, сведения, события, и с каждым полученным фактом серел всё больше. Воистину, нет пределов человеческой глупости, помноженной на жадность.
Был неласков, и его не трогало то, что из них довольно быстро получились слюнявые идиоты.

В глазах пленника начало появляться какое-то понимание неизбежного конца – то самое, которое уже столько дней горчило в каждом глотке кастелль-неддского воздуха.
- Вы же вытащите меня, правда? – с надеждой спросил он, - я же всё добровольно рассказал?
- Да, ты и вправду всё рассказал, - прищурившись, ответил Телор, потом вернулся к нему и ещё раз положил ладонь ему на горло.
В этот раз держал очень долго.
Какое-то время стоял, в каком-то оцепенении невидяще глядя сквозь распростертое на полу тело, потом моргнул, смахнул с лица растрепавшиеся пряди волос и вздохнул.
- Он рассказал чистую правду. То, что знал – а остальные знают не больше. В Торговой Корпорации до последнего думали, что на судне только наркотики – поэтому охотно спонсировали то, что корабль пропустят – а когда всё стало ясно, для многих это стало неприятным сюрпризом. Они успели смыться в последний момент, понадеявшись на то, что чума заметет все следы – вместе с целым городом, да и мелкими исполнителями заодно. Хороший расчет, верно? Про всё с самого начала знал только один – тот, который сотрудничал с культами, я не знаю, он то ли действительно безумен, то ли вправду во что-то такое верит, они сами не в курсе. Я так и не выяснил его точного имени, но, вероятно, это найдется в уцелевших бумагах. Даже если нет… - он подошел к чародейке и приобнял за плечи, - это дело, можно сказать, раскрыто. Осталось постараться написать отчеты, уничтожить остатки культистов… и выжить. К слову, та чумная баба, скорее всего, получилась все-таки из-за них. Когда насильственной смертью умирает столько людей – вероятно, ради своих божеств они кого-то таки замучивали на этих алтарях – получается всякая дрянь. Нам невероятно везло всё это время. Как ты?

+1

71

- Не знаю, - сумрачно призналась Нерис, - я странно.
Вроде бы ей полагалось чувствовать удовлетворение: разгадка найдена, непосредственные виновники наказаны, казнь господина Флыра не оказалась поспешной, и благодаря полученным Телором сведениям, скорее всего, удастся избежать будущих Кастелль Неддов - но ощущала чародейка только усталость пополам со странным разочарованием. Ей будто было обидно, что мрачные пророчества кликунов оказались - в очередной раз, надо сказать - ложью: никаких концов света, белых хладов и Разрушителей, только человеческая жадность, вступившая в преступный сговор с человеческой глупостью, и самая малость человеческой же трусости - и вот целый город задыхается от кровавой лихорадки.
- Я знаешь, - как-то нехотя проговорила чародейка, комкая в руках перчатки, - я когда была моложе, часто думала о том, что где-то будто бы есть такое... воплощенное зло, огромный, страшный монстр, с которым, быть может, выпадет сразиться. Что-то такое из древних пророчеств и деревенских сказок, знаешь? Глупо, да, но я просто очень много сказок слушала, наверное. А чем дальше, тем яснее я понимаю, что не сражусь я ни с каким воплощенным злом, потому что нет его. Есть только вот это - тысяча мелких злишек, раскиданных по всему свету, как семена, из которых время от времени прорастает нечто ужасное. Вот, с чем мне придется иметь дело. Никакой Разрушительницы. Никакого монстра. Горстка алчных торгашей, которым заплатили золотом, и оттого они с готовностью открыли ворота кровавой заразе. И как-то... так гадко от этого делается.
Она вздохнула и, словно стесняясь своего признания, не поднимая глаз протянула аэп Ллойду сжатые письма.
- Держи, тут все, что я нашла интересного.
И, помолчав, прибавила:
- Пойдем домой.
Улицы были пустынны и тихи, лишь откуда-то очень издалека доносился надтреснутый звон жестяного колокола.

Дома царило некоторое оживление
- У господ Эйрига и Виссера, что-то получается. - воодушевленно сообщила госпоже начмеду Дыфир, пока чародейка стягивала с плеч куртку. - Они не говорят, что, но господин Виссер очень многозначительный.
- Тоже мне новость, - фыркнула Нерис, - Виссер всегда многозначительный.
Но к алхимику сунулась и так стала свидетельницей удивительного: Виссер - тот самый, что донимал ее надуманными придирками, подчинялся через силу и цедил сквозь зубы - с улыбкой перебрасывался шутками с лежащим в постели пожилым алхимиком и мягко смеялся его словам. При виде Нерис он, впрочем, поспешил нацепить самое непроницаемое выражение лица, и чародейка никак не могла отделаться от странного чувства, будто увидела нечто, не предназначавшееся для ее глаз.
- Госпожа начмед. - поприветствовал ее Эйриг.
- Мы работаем. - сухо высказался Виссер.
- А почему без маски? - не отказала себе Нерис в удовольствии ткнуть чародея носом в ошибку, за которую сам он вымотал бы коллегам остатки нервов, но, поймав внезапно серьезный взгляд колдуна, несколько даже смутилась.
- Ладно. - сказала она. - Ладно. Работаете и работайте. Когда планируете закончить?
- Вас уведомят.
- Уж будьте добры.
В три часа ночи ее, по недавно заведенному обыкновению заснувшую на горе бумаг, разбудила Аннеле, и подскочившая от прикосновения к плечу Нерис в первое мгновение подумала, что они снова горят; или их опять хотят убить - или еще Солнце знает, что; но двимвеандра сказала только:
- Они сделали. - и от этого Нерис проснулась быстрее, чем от вестей о пожаре.

День спустя господину аэп Ллойду устроили демонстрацию.
Нерис видела в этом причудливую помесь из представления бродячего балаганчика, обычного коллегиума в Риссберге и детской игры; и все вместе это казалось ей действом несколько болезненным, но при этом нужным - в первую очередь его участникам, уставшим от близости смерти и утомленным отчаянием. Телор участвовал в происходящем на правах приглашенного инспектора: в нужное время его торжественно сопроводили в лабораторию, где собрались участники их разношерстной исследовательской группы - все, считая даже Эйрига, который полулежал в углу, но глядел вроде бы ясно.
Пока.
Нерис коротко тряхнула головой.
- Итак, господин аэп Ллойд, глядите.
Перед чародеем на штативах были закреплены две колбы с одинаковой красноватой жидкостью: кровь для первой пожертвовал Тремейн, в здоровье которого не сомневался никто из присутствующих - добавление ее в состав не вызвало никаких изменений; для второй же пробу взяли у Эйрига - и едва тяжелая капля коснулась дна, красноватая жидкость принялась стремительно мутнеть. Она почернела на глазах - осторожно сняв со штатива пробирку, Нерис потрясла ее для верности, а потом подняла на уровень глаз, демонстрируя результат Телору и всем присутствующим.
- Как-то так. - сказала она. - Цвет, в принципе, можно сделать любой, но я попросила черный, чтобы выглядело более зловеще. Вот вам ваш метод диагностики, господин аэп Ллойд. Как заказывали.
Раздались сдержанные аплодисменты.
- А теперь давайте-ка посмотрим... дайте еще одну пробирку. Телор, руку, пожалуйста. Будет больно.
Красная капля, стремительно собравшаяся на кончике пальца чародея, тяжело сорвалась с него и упала в пробирку, черной бусиной опускаясь на дно. Прошло мгновение, другое, третье - состав не менял цвета, лишь над темным сгустком, лежащим на дне, поднимался алый дымок. Чародейка выждала для верности десять секунд, а потом обернулась к стоявшему в стороне Виссеру - и торжества в ее лице было, пожалуй, слишком много, чтобы это было простой радостью от подтверждения своей правоты.
- Видели, - спросила она, - господин Виссер? Как по-вашему, все еще временное улучшение?
Чародей не поворачивая головы буркнул что-то невразумительное, и Нерис фыркнула.
- Здоровы, господин аэп Ллойд. Хотите соответствующую бумагу?
- Как назовем метод? - спросил вдруг Тремейн. - Вы, как глава лаборатории, имеете право выбрать имя.
Нерис замолчала всего мгновение.
- Проба Эйрига. - сказала она. - Слышали, господин аэп Ллойд? Пусть так и запишут. Проба Эйрига. Тут еще осталась колба с индикатором - кто-нибудь хочет провериться?
Все вдруг зашумели, будто приглашение это значило нечто большее - смеялись хирурги, смеялись чародеи, смеялись повитуха с лекарками; все пожимали друг другу руки и хлопали друг друга по плечам так, словно нашли вожделенную панацею; и Нерис, что отвела Телора в сторону, наблюдала за всеобщим весельем с какой-то печальной полуулыбкой.
- Хорошо, - сказала она негромко, - хоть так. Хорошо. Они работали не зря. Им это важно.
Из окна привычно тянуло гарью, и дымный туман, окутывавший квартал, смазывал всю картину в неразборчивое бурое пятно - лишь недосягаемое для дыма небо над городом оставалось ясным, будто рука невидимого художника сочла нужным прорисовать лишь его. Чародейка долго глядела на него; на вереницу голубых облаков, тянущуюся от моря; потом опустила взгляд и потянулась было к руке Телора, желая будто бы что-то сказать, но не успела.
Смех за спинами чародеев вдруг смолк - и Нерис, почувствовав неладное, испуганно бросилась к еще недавно радостной толпе, теперь замершей в странном оцепенении; протолкнулась между хирургами - и тут же сама замерла.
Пробирка в дрожащих пальцах Силуэна была полна черной жидкости.
- Чья?.. - глухо проговорила Нерис после долгой паузы.
Все молчали.
- Чья?!
- Моя, госпожа начмед, - тоненько ответила вдруг из-за спины чародея Аннеле, - моя.
И заплакала.

- Дерьмо. - с непередаваемой интонацией сказала Нерис. - Дерьмо.
Они сидели на чердаке, за заваленным бумагами столом, доминантой которого сейчас являлась бутылка рома, найденная под кроватью случайно, но крайне вовремя. К рому не прилагалось ничего съестного - но чародейка мрачно заявила, что еда хорошую выпивку только портит, а плохую - не спасает, так что один бес.
- Наливай.

Отредактировано Нерис (17.10.2017 14:14)

+3

72

- Полное, - согласился чародей и налил.
С концепцией Телор был не согласен, потому что чародейке требовалось время от времени есть, но не спорил. Слишком уж поганым был повод; а наиболее поганое в этом всём было то, что это служило только началом, и дальше будет только хуже.
Но следовало начинать с простых вещей. Пусть Нерис отказалась есть, она хотя бы была здорова – и все, чего малодушно и совершенно эгоистично Телор хотел, так это то, чтобы так было и в дальнейшем. Остальное приложится; даже перспектива своими собственными руками подписывать смертный приговор всем тем, кто заразился, была не настолько страшной. Но любые, даже выглядящие очень справедливыми и правильными монологи о долге, нужде и работе стыли в голове: Телор самому себе сейчас казался совершенно бесполезным.
- Послушай, - произнес он, глядя на то, как в свечной свет тонет в мутном содержании бутылки, и оно сейчас казалось не золотым, а ржавым, - ты сделала всё, что могла сделать. Все мы знали, чем это может закончиться. Напейся, поспи, утром будет не лучше, но оно будет, и нам с этим придется как-то жить.
- Знали, - согласилась Нерис, перекатывая в ладонях щербатую кружку с мутным содержимым, - только от этого вообще не легче. Ты сам говорил, что к такому не привыкают.
Она покривилась и отхлебнула рома.
- Но ты прав. Напьюсь.
Всякая радость в Кастелль Недде горчила - любой успех тут имел привкус потери; все хорошее оставляло неприятное послевкусие, как дешевый ром, который сейчас распивали чародеи. Ничуть не радовала даже сама возможность напиться, потому что все понимали, что её спровоцировало, и нужно было пить по северному обычаю, не соприкасаясь кружками – так, как провожают на тот свет мертвецов. Позже, когда бутылка опустела, а голова, к несчастью – нет, Телор закутал чародейку в одеяло, наматывая поверх сонные чары, намеревался немного посторожить и потом спуститься вниз – может, его помощь ещё где-то требовалось, но заснул – хотя больше это напоминало обморок - прямо на середине неприятного размышления о будущем.

К такому действительно нельзя было привыкнуть – и рома оказалось слишком мало для того, чтобы спасти от мерзких размышлений наутро, встреченное в кристально чистом разуме и абсолютной, уже ставшей привычной усталости. Кто-то растрезвонил о последних новостях, и под дверями уже стояли желающие из числа оставшейся городской стражи с начальством во главе: им даже хватило вежливости извиниться за ранний визит.
Трое оказались заражены, и их лица, окаменевшие при этом известии, были первыми из многих десятков последующих.
Виссер продолжал обманывать ожидания: через день с лишним он отчитался о том, что попытался разобраться с крысами - не то, чтобы это уже было смертельно необходимо, но итоги всё равно потрясали воображение. Они с госпожой начмедом самолично, используя все меры предосторожности, отправились полюбоваться на ров в отдаленной части города, который ещё не успели забить трупами – а теперь он был полон крыс. Вяло шевелящееся море серо-бурых тел внушало отвращение и вызывало безотчетную тошноту, Виссер светился, как великое солнышко, непрестанно хвастался новой формулой, изобретенной им лично, потрясал руками и грозился составить монографию, которая станет научным прорывом. Дело действительно было сделано хорошо, оставалось только нанести последний штрих и поджечь, что усилиями трех колдунов с грехом пополам все-таки вышло – а в самом городе крысы практически запропали. Был ли в этом какой-то толк – Телор понятия не имел, оставалось надеяться, что разрыв цепочки заражения спас хотя бы несколько жизней.
Вяло откликавшаяся на неуемный энтузиазм Виссера Нерис имела вид глубоко больного человека и ощущала себя ровно так же, однако проба упорно утверждала, что если у госпожи начмеда и есть какие-то проблемы со здоровьем, то к Катрионе они никакого отношения не имеют.
- Сколько у нас времени? - спросила она у аэп Ллойда, когда они отходили от дымящегося рва.
Сентябрь внезапно припомнил о том, что он все же месяц осенний, и пытался вести себя соответственно: с моря дул неприятный пронизывающий ветер, и чародейка зябко куталась в очередную чужую куртку, пряча в рукава озябшие руки.
- Через сколько ты подпишешь приказ об уничтожении? Тебе хватит полномочий организовать право прохода для здоровых - теперь, когда их можно отделить?
Телор поежился и задумчиво кивнул. Он на самом деле был не уверен, что сможет бравировать каким угодно правом, и если, допустим, прямо сейчас к стенам подходят войска с катапультами, заряженными зерриканским огнем – он ничего не сможет изменить.
- Процесс… отсева больных нужно ускорить. Я не всесилен, если они решат, что мы не справились – сожгут всё. По моим подсчетам у нас есть ещё несколько дней, а потом приказы будут подписывать уже другие.
- Ну и холодная задница этот ваш Назаир! – жизнерадостно где-то за спиной восклицал Виссер, - вернусь в столицу и…
Ветер уносил его слова прочь, смешивая с дымом и тут же теряя в лабиринте опустевших улиц, Телор уже привычно подал чародейке руку и заметил:
- Ради таких, как он, говнюков и стоит торопиться.

Импровизированная лаборатория, начавшая свою работу стихийно, так же стихийно сворачивалась: те из ее участников, кому посчастливилось пережить произошедшее, собирали свои нехитрые пожитки, и хотя путь их вел на свободу, в воздухе отчего-то разливалось тягостное чувство. Все избегали глядеть друг другу в глаза и больше молчали; и Нерис, на правах капитана покидавшая корабль последней, бесцельно слонялась по комнатам, наблюдая за сборами и одновременно не понимая, зачем это делает. Первыми попрощались и ушли лекарки - чародейка наблюдала за тем, как стражники сопровождают их к тому, что осталось от кордонов; хирурги собирались медленнее, и только Дыфир мешкала, и по ее глазам чародейка видела, что ее тяготит то же самое чувство.
Силуэн не собирался вообще - сидя на каменных ступенях лестницы, он глядел вслед удаляющимся лекаркам и имел странно задумчивый вид.
- Вы не торопитесь. - заметила Нерис, присаживаясь рядом с ним.
Он качнул головой.
- Я не иду.
Чародейке показалось, что она ослышалась.
- Как не идете?
- Вот так. Я остаюсь.
- Город сожгут, Силуэн.
- Я знаю, госпожа начмед.
- И не идете? Почему?
Чародей отвел глаза.
- Мы с Аннеле, - помедлив сказал он, - мы с Аннеле... мы так решили. Если она остается, остаюсь и я.
Нерис вдруг почувствовала, как в груди стремительно собирается тяжелое, гадкое чувство, похожее на отголосок боли - сжимающее гортань, с оттяжкой бьющее в виски...
- Послушайте, Силуэн... послушайте, Аннеле больна, но вы - вы здоровы, вы будете жить...
- Зачем буду? - уточнил тот, поднимая взгляд на Нерис, и в нем чародейка прочла нечто, заставившее ее запнуться и замолчать; то же самое, что она видела однажды в глазах Уриена, когда тот шагал из окна на крышу. - Я все решил, госпожа Нерис, и вы не сможете меня переубедить. Я прошу вас, сохраните записи. Они спасут многих.
Нерис долго молчала - у нее вдруг перехватило горло - а потом коротко кивнула.
- Хорошо.

- И вот как его отсюда? Силой выводить?
Нерис с отчаянной досадой швырнула перчатки на стол и сама тяжело оперлась о него руками.
- Да будь же все проклято!
Телор, которого этот момент застал над бумагами – на самом деле его писанина, конечно, была не так важна, как записи медиков, но кто-то должен был заниматься и тем, что в самом скором времени придется отдавать людям, понятия не имеющим, в какой мучильне они все тут оказались, но решившим, что могут со своего места о чем-то судить – поднял взъерошенную голову и какое-то время с легким оттенком удивления смотрел на чародейку.
- Да, - ответил он, - силой. Умереть ради собственных желаний очень просто, но вот попробуй жить ради чужих. Он будет нас ненавидеть за то, что решили за него, и, может, никогда не поймет, почему. Но ты чуть не умерла ради того, чтобы люди вроде него жили, так что так надо.
Происходящее было очень тяжело по множеству причин, одной из которых являлось то, что жизнь города до сих пор висела на волоске – они отчаянно старались, и кто знал, было ли этого достаточно. В людях горело отчаянное безумие – умирающие не желали принимать свою судьбу, а здоровые – хотели умереть вместе с теми, кто был им близок, Кастелль Недд оказался напоследок охвачен лихорадочным безумием и неверием, как огнем, и сейчас было едва ли не страшнее, чем когда всё начиналось.
- Я прослежу и что-нибудь придумаю, не переживай. Собирайся сама, быстрее, это важно.
Телор помолчал и тяжело добавил:
- С час назад мне доложили, что со стены увидели конников. Думали, разбойники, но нет, это разъезд регулярного войска. День-два перехода, не больше.
Нерис, кажется, хотела спорить, но замерла, будто бы застигнутая пониманием.
- Как это, - проговорила она, - как это - собираться?..
- Ну ты же не думала, что мы останемся тут вечно? – чародей устало хмыкнул, сгреб беспорядочно сваленные письма и поднялся.
Это невольное «мы», въевшееся так же крепко, как кастелль неддский дым, тоже должно было вскоре перестать существовать – времени было так мало, а долга – так много, что хотелось выть, но нельзя было себе позволить даже этого.
- К ночи, - сказал он, - я планирую снять телепортационную блокаду. По большому счету она по-прежнему необходима, но едва ли в городе остался хоть кто-то, кроме нас, кто ещё способен открывать порталы.
Нельзя сказать, что Телор в первый раз в жизни плевал на свое чувство долга, но впервые делал это с таким легким сердцем, что даже становилось страшно.
- Прогуляешься со мной вечером?
Придавленная осознанием происходящего Нерис ответила не сразу - только сейчас ей вдруг стало немилосердно отчетливо ясно, что все вот-вот закончится: работа, дым, сам Кастелль Недд; полуголодное, вечно нервное существование - все, с чем она хотела бы покончить, и то, с чем не хотела бы.
Чародейка даже нашла в себе силы улыбнуться.
- Конечно. - сказала она. - Прогуляюсь.

У крыльца собирались хирурги - Тремейн стоял чуть поодаль и Нерис, поколебавшись, подошла к нему, чтобы попрощаться.
Пожали руки.
- К Уриену, - мрачно проговорил он, - никак не вернется подвижность руки. Не может пальцами шевелить. Он хорохорится внешне, но...
Лекарь скривился и замолчал, и Нерис умолкла тоже, размышляя, а потом внезапно встрепенулась, осененная мыслью.
- Слушайте, - сказала она, - вы же из Оксенфурта? Разыщите там целителя по имени Истредд. Это его профиль, и он лучший врач, какого я знаю. Он поможет. Найдите его. Скажите ему... что вас послала Лике. Передайте ему привет.
Тремейн чуть приподнял брови, обозначая удивление, но вопросов задавать не стал - кивнул еще раз на прощание, отошел к своим и несколькими минутами спустя они тоже побрели в сторону безопасного прохода: каждый из них в кармане уносил подробный рецепт изготовления пробы, и Нерис верила, что ученые мужи Оксенфурта найдут ему достойное применение. Она долго глядела вслед удаляющимся врачам, а потом вздохнула и перевела взгляд на почти опустевший дом.

Ближе к вечеру ее нашел Виссер.
- Я ухожу. - объявил он с порога.
Нерис задумчиво поглядела на него поверх бумаг, покрутила в пальцах перо, и неуверенно кивнула, не слишком понимая цель визита чародея: с него бы сталось просто молча удалиться.
- Счастливого пути.
- Собираюсь открыть частную практику в Городе Золотых Башен.
- Удачи вам с этим.
- Послушайте. - сказал Виссер, и тон его голоса сделался странным.
Откашлявшись, он в несколько широких шагов преодолел расстояние между дверью и столом, и как-то неловко подложил под правую руку чародейки аккуратно свернутую бумажку. Нерис с некоторым удивлением развернула ее: на небольшом листке безупречным почерком были выведены адрес и имя.
- Если вам когда-нибудь понадобится работа или просто помощь, найдите меня.
Нерис медленно кивнула, глядя на чародея со странным неверием. Виссер помолчал.
- Это была великая честь, - сказал вдруг он, - работать с вами.
- Взаимно, - ответила чародейка, с удивление осознавая, что не лжет, - взаимно. И спасибо за предложение.
Чародей кивнул и нервно оглянулся.
- А где аэп Ллойд? Хочу с ним попрощаться.
- Я здесь, - аэп Ллойд вынырнул из теней, ещё более серьезный, чем обычно. Бросил отчего-то виноватый взгляд на чародейку, тут же отвел глаза и протянул Виссеру руку:
- Я думал, ты говнюк, - произнес он вместо прощания.
- Взаимно, - Виссер вдруг ухмыльнулся, словно на что-то решился, махнул рукой и, не оборачиваясь, вышел.
Телор немного помолчал.
- Это всё. Собралась? Сюда мы уже не вернемся.
В серо-лиловых тенях, которыми в сумерках затянуло город, они наткнулись на Дыфир, которая тоже шла попрощаться. Сбитые бедой к одному берегу, все они почему-то привязались друг к другу, и уходили с камнем на сердце - но все равно все понимали, что хуже всего было тем, кто оставался.
- Отправлюсь куда-нибудь на юг, - говорила повитуха, - ближе к столице. Там больше больниц и храмов, и риск…
Лицо у неё было серым, а слова произносились будто бы рефлекторно. Она постоянно оглядывалась на дом, который они все покинули, и не нужно было даже спрашивать, о чём думала.
Потом их дороги разошлись.
- Я отправил Силуэна из города, если тебе интересно, - сказал Телор тогда, когда они миновали людские скопления и ступили в старые кварталы, пустые и покинутые, - он не хотел и сопротивлялся. Но ей было уже всё равно, и мне показалось, что так действительно правильно. Пришлось…
Чародей остановился в двух шагах от месте, где когда-то, вечность назад, они размещали последний из артефактов.
- Пришлось подправить ему память. Вообще, знаешь, в самом начале я собирался стереть память и тебе. Они, конечно, будут интересоваться тем, кто изобрел этот метод, вероятно, даже пожелают заполучить себе автора, попытавшись препятствовать попаданию метода диагностики в чужие руки, и всех… знаний, что мы заполучили, и едва ли я в этом случае смогу на что-то повлиять. Я не знаю. Совсем не знаю. Поэтому проблему нужно решать сейчас, пока ещё не поздно.
Не сумев совладать с собой, он порывисто сгреб чародейку в охапку и подозрительно долго не отпускал, малодушно оттягивая момент и пытаясь запечатлеть в памяти все ощущения: дымную горечь волос, хрупкую невесомость под ладонью и ускоренное биение сердца, лихорадочно просочившееся через одежду. Страдальчески прикрыв глаза, осторожно поцеловал куда-то чуть выше виска. Не больше – боялся, потому что действительно, ради её безопасности, нужно было очень спешить. Чародей подозрительно быстро дошел до стадии, когда уже поздно заниматься собственничеством, и бездумно радовался просто тому, что Нерис выжила и будет жить дальше – ну и пусть, что где-то там, и так, как он никогда не узнает, это было почти что неважно.
Жаль было только того, что он многого не успел сказать и сделать, и очень жаль, что, наверное, так и не успеет - никогда.
- Там наверняка есть чародеи. Как только они почувствуют, что блокада снята, то, скорее всего, очутятся здесь, и к этому моменту ты должна быть уже далеко. Очень далеко. Лучше было бы, если ты вообще забудешь - меня и все, что тут происходило, так будет безопаснее, и никогда не будешь вспоминать. Но я не могу, понимаешь?
Нерис кивнула, и от этого движения крупная как горошина слеза сорвалась с ее щеки и пропала в складках одежды.
- Спасибо. - сказала она. - Я... я понимаю, что это для тебя значит и очень это ценю.
И тыльной стороной ладони стерла мокрые дорожки со щек - грязные перчатки оставили серый след на коже.
Телор говорил торопиться - но она вместо того оцепенело молчала, потому что не знала, что сказать.
Потому что не было слов, которые могли бы выразить все, что ей сказать хотелось.
Усиливающийся ветер поднимал за ее спиной пыльную бурю, хлестал по щекам растрепанными волосами, подталкивал в спину, будто тоже прогонял прочь из обреченного города: все, что останется ей от Кастелль Недда - прогоркшие от дыма воспоминания, записка Виссера и тяжелая колба с кровью, сейчас мирно покоившаяся в дорожной сумке; да еще и вот эта давящая тяжесть в груди к которой, наверное, стоило привыкать уже сейчас.
Может и правда милосерднее было бы забыть.
Может...
- Может быть, еще доведется. - наконец проговорила она надломившимся голосом. - Когда-нибудь. Береги себя, Телор.
И, не выдержав тоже, снова прижалась мокрой щекой к пропахшему гарью серому мундиру.
- И ты побереги себя. Иди.
Чародей отстранился, прищурился и сжал ладонь резким жестом в кулак, разбивая невидимые магические связи.
Потом смотрел, не моргая, на то, как закрывается её телепорт.

С мундиром вообще вышло странно – тогда, когда по городу расползлась весть о том, что чародеи дали хотя бы призрачную возможность жить тем людям, кто к тому моменту не был болен, его попросту подкинули. Измазанный в пыли и черте-знает чем, теперь, после всех тех жестов, которые Телор совершал, он казался насмешкой, и, одновременно, чем-то таким, что обязывало его вспоминать о том, кем он являлся. По пути с площади Телор применял очищающие заклинания прямо на ходу, приглаживал пальцами волосы, потом с досадой вспомнил о том, что не брился дня два – или неделю? – и, удостоверившись в том, что письма надежно лежат за пазухой, открыл телепорт за стены города.

Пришлось довольно долго стоять и ждать, пока командиры узнают приметную форму и отдадут приказ опустить арбалеты. Докладывал сухо и чётко: причины начала вспышки выяснены, но докладывать будет непосредственно господину де Ридо; изобретен метод, позволяющий диагностировать заболевание, все больные собраны в центральной части города, и эти кварталы рекомендуется сжечь, чтобы избежать распространения эпидемии, то же следует сделать с кварталами, в которых во рвах собирали трупы, госпиталем и церквями; портовая часть города условно пригодна для жилья, хоть это и не рекомендуется по причине возможного обнаружения трупов.
Нельзя сказать, что это сильно помогло бы Кастелль Недду – город оправится ещё очень нескоро, если оправится вовсе. Когда собственными руками подписываешь смертный приговор сотням людей – только и остается думать о том, что этим самым спасаешь тысячи.
По правде, от этого легче не становилось.
По правде, Телору все ещё хотелось выть от тоски, но, как обычно, нужно было работать. И он работал.

+4


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Завершенные эпизоды » [09.1268] Иди и смотри


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC