Ведьмак: Меньшее Зло

Объявление

Добро пожаловать на форумную ролевую игру по циклу «Ведьмак»!
Время в игре: февраль 1272.
Что происходит: Нильфгаард осаждает Вызиму и перешел Понтар в Каэдвене, в Редании жгут нелюдей, остальные в ужасе от происходящего.
А если серьезно, то загляните в наш сюжет, там весело.
Кто больше всего нужен: реданцы, темерцы, партизаны, а также бойкие ребята с факелами.
18.09 [Важное объявление]
16.07 Обратите, пожалуйста, внимание на вот это объявление.
11.04 У нас добавилась еще одна ветка сюжета и еще один вариант дизайна для тех, кто хочет избежать неудобных вопросов на работе. Обо всем этом - [здесь].
17.02. Нам исполнился год (и три дня) С чем мы нас и поздравляем, а праздновать можно [здесь], так давайте же веселиться!
17.02 [Переведено время и обновлен сюжет], но трупоеды остались на месте, не волнуйтесь!
Шеала — главная в этом дурдоме.
Эмгыр вар Эмрейс — сюжет и репрессии.
Цирилла — сюжет, прием анкет.
Человек-Шаман — техадмин, боженька всея скриптов.
Стелла Конгрев — модератор по организационной части.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Потерявшиеся эпизоды » [05.03.1269] Лавка чудес господина Маггрума


[05.03.1269] Лавка чудес господина Маггрума

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

https://lh3.googleusercontent.com/-ecxwDxT63UQ/V81reTGJqMI/AAAAAAAAeoU/pBEBq7d_stI63zYMww0BmGpJ_Hhte5HswCJoC/w530-h321-p/16%2B-%2B1
Время: вторая половина дня, ближе к вечеру, дождь; 5 марта 1269 года
Место: лавка игрушек, квартал ремесленников, северо-запад Города Золотых Башен, Нильфгаард
Участники: Ричард, Онорада ла Марш
Краткое описание: смерть господина Игидуса Маггрума никого совершенно не расстраивает - кукольник-старьевщик мало кому был интересен, а причины раскрывать не спешат. Но зато ходят слухи, лавка господина Маггрума полнится редкими, очень даже не бесценными вещицами и артефактами, а значит, есть на что посмотреть - и даже чуточку больше.
NB! Архивы маньяка, живые куклы.

[icon]http://i.imgur.com/YyRIXx0.jpg[/icon]

Отредактировано Онорада ла Марш (10.05.2017 01:23)

+1

2

Смешно сказать, но Ричард, любитель попутешествовать и некогда курьер, в Нильфгаарде, столице Нильфгаарда, оказался впервые. Если раньше его и заносило на территорию Империи, то было это в двух случаях: либо когда он совершал краткие вылазки в ближайшие провинции Нильфгаарда, часть из которых еще на его памяти таковыми не были, либо когда саму территорию империи, словно волной, накатывало далеко на север. И беда тому, кто оказывался на пути этой волны: мирную жизнь обитателей Северных королевств смывало, как песочный замок во время прилива. С момента Венгерберга прошло совсем немного времени, но... удивительно, до чего же равнодушны были нильфгаардцы к проблемам каких-то там северян.
- Мы несем на север культуру! - говорили одни.
- Жертвы необходимы! - говорили другие.
- Слава империи! - говорили третьи и на этом разговор обычно заканчивался.
А если и не заканчивался, то можно было услышать о постоянно воюющих между собой северных королях, о порядке, который несет империя, о превосходстве имперской науки над варварством северян. Даже о том, что чистоплотные нильфгаардцы едва-едва приучили Север мыться.
Разрушенный Венгерберг не интересовал никого. "А вот они, а вот мы, и вообще, заканчивай ты эти разговоры, не шпик же какой?"
Несколько раз пришлось пустить в ход гипноз, а то очень уж горели глаза собеседника деланием побыстрее донести.  Проблемы с местными властями Ричарду были нужны, как дохлому накеру припарки на жопе. Его северный акцент и неуверенное использование слов местного диалекта вызывало попеременно то подозрительность, то смех, то снисхождение. Мир, подписанный между Империей и Севером, словно стер все прошлые разногласия. Люди хотели мира и покоя. Мира, покоя... и прибыли.

Ричард слушал. Постепенно, привыкнув, он уже начал вполне сносно различать, что ему говорят, даже если говорили громко. Расспрашивал о байках, об интересных городских легендах, думая, что нечто этакое могло бы ему помочь вернуть утраченное внимание одной девушки. Рылся в книгах, посещал магазины старьевщиков, однажды даже нашел какие-то заброшенные полузасыпанные катакомбы, но ничего интересного там не обнаружил. Зато отсутствие замка на решетке совсем не понравилось местным стражникам, которые потом долго искали посетителей и грозились в пустоту кому-то всыпать, из чего Ричард понял, что замок пропадает не впервые, и как минимум дети и подростки у нильфов такие же, как везде.
Наконец, в противный дождливый денек, поиски интересностей привели его в очередную лавку, чей владелец скоропостижно скончался вот прям недавно. Входная дверь ожидаемо не поддалась, но после небольшой прогулки выяснилось, что у дома есть еще и задняя дверь, подходы к которой почти не просматриваются. Это во многом упрощало дело, не требовалось даже дожидаться ночи - в такую слякоть сюда припрется только какой-то отчаянный тип или тот, кому совсем делать нечего. Если сюда кто и припрется, то скорее или вор какой, или еще подобная публика, а что с ними делать, Ричард знал прекрасно.
Замок - вот уж интернациональное изобретение! - поддался легко. В коридоре было темно, пыльно и сыро, веяло запустением, краской, лаком и еще чем-то, вроде духов. Ричард пошел дальше, в комнату, немного разочарованный общей атмосферой. Везде были игрушки, в основном куклы, прекрасно изготовленные, бесспорно, но все равно вещицы для любителей, коллекционеров и детей. Проще говоря - хорошо раскрашенный, милый и очаровательный... хлам. Вампир засомневался, есть ли тут вообще что ценное, но все же решил осмотреться.

+2

3

- Четыреста шестьдесят три полных листа стандартного академического формата, - диктовала Онорада ла Марш, шелестя орлиным пером. Скрежетал зазубренный наконечник, облепляли подушечки пальцев пупырчатые разводы зеленоватых чернил, тускло пропадала в черноте угла одинокая свечка. Кукольная лавка господина Маггрума, рентабельная настолько, что кредиторы списывали займы с процентами у арендатора лично и со шпиками, давно была закрыта. Вывеска, когда-то розовато-нежная, пошла шелухой, пузырилась и облуплялась, уродливо покоясь меж бакалейными и закрытой палаткой с рыболовными снастями. В Городе Золотых Башен после зудящего солнечностью дня собирался дождь, и свинцовые расплавленные капли въедались в заколоченную надмостками улочку. Приставы от лавки ушли давно; охранять было нечего. Маггрума взяли с поличным, а он сбежал - и так прытко, что повалился уж через два квартала в канаву. Там и испустил дух.
Нора отчёту не верила категорично - подобное количество переломов и внутренних кровотечений от падения даже в карьеры гор Амелла возможным не представлялось. Значит, забили - а мастер Телор попросил не лезть и на вскрытии не настаивать. Указы начальства оставались в приоритетной позиции, и Нора отступила.

Архивы Игидуса Маггрума поручили разбирать именно ей, а на уточнение, откуда в перечне её обязательств всплыли технические разбирательства, уклончиво подметили оригинальное состояние сердечной мышцы. Попросту говоря, отправили того, кто способен был не сойти с ума от заметок Маггрума и рационально, вдумчиво изучить неразборчивый почерк, половина из которого съезжала по краям. Нора в такое не верила - Маггрум оставался исследователем, не мог же так бессовестно относится к проделанному зондированию.
- Блядь, Нора, - красноречиво начал Марен, обрисовывая постановление шефа, потом подумал, замолчал, как-то разочарованно дал отмашку и пустил с великим небесным телом восвояси. На Бюро вообще неблаготворно повлияло дело о кукольной лавке, и понять отчего Нора не могла. Марен объяснял - то дети, то - святое, но в чём высчитывались преимущества маленьких людей перед большими? Состоятельные в совершеннолетии дееспособные граждане понимали, когда умирали под инструментным набором Игидуса Маггрума, а дети - нет.

В кукольную лавку с ней идти отказались - выяснилось, что боялись. Нора уже с полтора дня проплывала тенью по углам, забыла отдёргивать лохматые шторы и наслаждалась изолированностью от внешних раздражителей. Архивы первоначально требовалось вынуть из запертых на хитроумные приспособления витражных шкафчиков, после - разложить по датам, проверить комплектацию и лишь затем можно было приступать к чтению. В лавке остался весь товар - фарфоровые со стеклянными глазами и в соломенных шляпках в лентах, тряпичные и цветастые, набитые соломой, глиняные обожжённые и расписанные глазурью, выстроганные из дерева и залаченные - куклы сидели повсюду, свешивали непропорционально сюрреалистично удлинённые ноги с ламп, загромождали проходы, облепляли выстроганные балки, наваливались кучами и рассаживались дистанциями, и, что главное, смотрели. Норе так и сказали - они смотрят аж в душу, постоянно, неусыпно наблюдают, исполняя последнюю волю своего больного хозяина. Нора с минут пять стояла возле фарфоровой кметки-собиральщицы в два локтя ростом, поводила пальцем по глазу, подёргала за ресницы из конского волоса - никто не смотрел.
Порою дознаватели вели себя крайне странно.

- У вас ордер есть? Документы?
Странным был и посетитель - бледный, не настороженный, без кинжалов и прочего орудия. Коронер не на должности облокотилась на дверной проём, одним мыском туфель проливая путь сквозь горы игрушек, - осторожнее, позади вас - огненный калейдоскоп. Заденете - и сгорит здание.
В лабораторию сновали нечасто, но стучаться отвыкли; запомнить полный штат сотрудников за время службы госпожа ла Марш, безусловно, смогла, но они менялись, и за круговоротом следователей в империи она не наблюдала.
- Подсобите ещё с семью коробками, - распорядилась магичка одинаково бесцветным голосом, продолжая процесс носки ящиков с бумагами из подсобки в само помещение магазинчика.
[icon]http://i.imgur.com/YyRIXx0.jpg[/icon]

Отредактировано Онорада ла Марш (10.05.2017 01:23)

+2

4

Тот факт, что он тут не один, Ричард обнаружил слишком поздно. То ли этому виной были куклы, нервировавшие его взглядом своих фарфоровых, деревянных, а то и тряпичных глаз, то ли барабанящий по стеклам дождь за окном, то ли осторожность женщины, появившейся в дверном проеме уже тогда, когда прятаться и отступать было поздно. И то, что первым делом женщина, выглядящая, впрочем, не опасной, спросила про документы, тоже как-то не радовало.
- А? - Ричард осторожно повернулся, решив посмотреть, что у него такое за спиной. Потом бочком-бочком отодвинулся от того места, на которое указывала женщина. На полках стояло несколько крупных предметов, большая часть опознавалась как игрушки, но некоторые, довольно крупные, нельзя было назвать иначе как непонятная хрень.
- А. Да, - вампир подумал, что лучше соглашаться. И еще решил говорить мало и короткими фразами. Изображать нильфгаардский акцент он еще не навострился, а северянину привлекать внимание в самом сердце империи всякими противозаконными действиями - занятие глупее не придумаешь.
Ну, разве что, загипнотизировать дамочку. Но это потом, если потребуется. Надо сначала понять, кто она такая и чего тут ищет.
Ричард решил косить под дурачка.
Иногда у него это очень хорошо получалось.
Иногда - ну вообще без малейших усилий.
- Угу, - сказал он, осторожно обходя дамочку. Приметив, какие именно коробки носила она, помог вынести оставшиеся и разложить у стола. - Что еще надо сделать? - спросил Ричард потом, стараясь говорить на местный манер. - Много работы?

Отредактировано Ричард (01.03.2017 23:37)

+2

5

Онорада ла Марш славилась вылощенной грамматической образцовостью и непреклонным следованием протоколу, никогда не нарушая процедур. Ещё за полные, пестрящие делами месяцы, она научилась мыслить не столько дальновидно, сколько про себя, уменьшая коэффициент бесполезного трения между ненужными разговорами, замедляющими ход следствия бюрократическими процедурами, и минимизировала затраты времени на такие распорядки, как зачитывания техники безопасности. Впрочем, всех своих ассистентов и коллег Нора приучала исправно заполнять хронологический журнал во время вскрытия - некоторые помощники кощунственным образом стремились пренебречь правилами, а значит, шли под докладную.
Человек в тени логично вписывался в логичную схематику: несмотря на то, что посты от кукольной лавки отослали, предписаниями ей полагался дознаватель на случай непредвиденных фатальностей. Войти в лавку можно было с двух сторон - она не уловила скрип ни одной из дверей, а чёрный вход был ближе; значит, парадная, запертая на ключ. Очевидно предположить, что агенту выдали ключ, инструкции и отправили в кураторство к ла Марш - объёмы записей господина Маггрума восхищали.

- Вас ввели в курс дела, господин?.. - Нора продолжала отпихивать разбросанную резную кукольную мебель, хрустела оторванными фарфоровыми головками, нагромождая коробками стол. Утирая испарину со лба, борясь с лезущими взлохмаченными вихрями в глаза, она опёрлась кулачками на столешницу и принялась буравить агента оценивающим ритуалом.
- Вам придётся подписать документ о неразглашении. Дело об Игидусе Маггруме считается начальством причисленным к разряду не засекреченных, но неблаготворно будоражущих общественность. Мы сталкиваемся с непосредственной близостью ко двору, значит, слава о кукольнике, применяющем свои творения в качестве орудий пыток и экспериментальных артефактов, просочиться не должна. Это необходимые меры и обсуждению не подлежат.
Нора оглядела комнатёнку в поисках стульев - но её встретил уныло скрипящий табурет о трёх ножках. Пришлось лезть на стол.
- Наша с вами задача - рассортировать бумаги господина Маггрума и связать с недавними происшествиями. Или же таковую связь опровергнуть. Я настоятельно рекомендую выбрать одну точку опоры и не прикасаться к товару. Вам достаточно света? Коробки с записями, датированными до тысяча двести шестьдесят восьмого года, помеченными синим, после две тысячи шестьдесят восьмого - красными бумажками, с начала текущего - жёлтыми. Предлагаю начать с синих.
По трещинам замызганных дутых стёкол входных дверей тарабанил ливень, и четыре свечи отбрасывали вытянутые перекрученные тени, превращаясь в злаковые снопы.
[icon]http://i.imgur.com/YyRIXx0.jpg[/icon]

Отредактировано Онорада ла Марш (10.05.2017 01:24)

+1

6

- Рин, - вставил Ричард в подходящую паузу первое, что мог придумать. - Ринсвер аэп Нираам.
Его явно принимали за кого-то другого, и оставалось лишь предполагать, чем всё это может закончится. По идее - ничем, если он успеет вовремя удрать. А что-то узнать наверняка получится. Что-то интересное, забавное, глядишь и полезное.
Что-то такое, чего лучше бы и не знал. Вот почти наверняка. Но разве он не чего-то такого искал всё это время?
- Понял, - кивнул Ричард, продолжая свою тактику - делать не слишком умное лицо, говорить мало и по делу. Раскрыв одну из папок, он мысленно вздохнул. Местный диалект походил на классическую Старшую Речь, которую вампир знал неплохо. Одна беда - он ею не был. Языковый барьер придется преодолевать с некоторым трудом. Ну ничего, тем проще будет прикинуться дурачком.
- Меня долгое время не было в столице, - решил все-таки сказать Ричард, старательно следя за произношением. - Лечение. А в курс дела ввели... не сильно.
Как назло, местный вариант слова "поверхностно" буквально в последнюю минуту из головы выскочил. Ричард собрался с мыслью и продолжил.
- Сказали, вы скажете, что делать.
"Снимать штаны и бегать!" - как реагировал на такие вопросы один знакомый краснолюд. В картина вырисовывалась такая, что бегать так или иначе придется. "Кем она меня считает?" - думал вампир. - "Близость ко двору, документы, проклятия... какие-то службы безопасности?"
Похоже было, что он уже вляпался, и даже если просто выйти на улицу за, скажем, пивом, и тут же исчезнуть, то глобальных проблем можно будет даже, по идее, избежать. Хоть чужеземец все равно привлекает внимание, есть шанс, что его просто не найдут.
Но интересно же!
- Так что это были за происшествия? - осторожно спросил вампир, читая папку. - Я почти не знаю деталей.
В этом был риск, наверняка о случившемся гудел целый город, а в каких-то там ведомствах обсуждали всё в деталях. Длительная отлучка и лечение могли бы как-то оправдать незнание последних событий, но явно скоро вылезет незнание их порядков или чертов акцент. Или и то, и другое.
Особенно если он так и продолжит забывать сложные слова.

+1

7

- Неудивительно, - госпожа ла Марш в неисчислимый раз терпела головокружительное поражение в неистовой борьбе с пепельными локонами, а посему неудовлетворительно закатывать глаза не выходило. Когда Бюро Особых Расследований перераспределяло полномочия между тремя дюжинами сотрудников, не налаженная коммуникационная сеть продолжала давать сбои, и более четырёх пятых сведений коллеги получали через сплетни, перешёптывания, вырванные из контекста описи из нерационально составленных рапортов и пересказов в чрезмерно эмоциональных окрасках. Но когда к Бюро прикрепляли агентов из прочих подразделений, начиная от гвардейцев и заканчивая секретарями разведовательного ответвления, выходило совсем худо, непрофессионально и неотлажено. Вместо того, чтобы вполне целесообразно и по плану доложить назначенному в ассистенты детали, бремя введения в курс дела перекладывали на плечи самого, по всей видимости, доцента. Но они здесь находились не ради лекций, и подобные беседы растрачивали время с непозволительной жадностью. Нора не стала вздыхать, но помассировала точку меж бровей, зашарила в поисках очков. В роговой оправе и толстенных, в три слоя, линзах, она отчего-то смотрелась ещё младше и менее респектабельно, чем могла.
Ещё, к своему неудовольствию, коронер замечала, что господин Ринсвер аэп Нираам путался в склонениях, предлогах и некоторых ударениях, предпочитая классическую академическую версию Hen Llinge. Этим господин аэп Нираам её раздражал, и раздражал своим акцентом. Разве агенты под прикрытием не могут переключаться сразу, через артикуляционную гимнастику для рта?

Четыре свечи вибрировали, суженный к чёрному выходу кукольный магазин шелестел паутиной, и редкие майские жуки, неправильно и не по расписанию проснувшиеся, облепляли взбитое безе пастушки в три локтя. Нора подцепнула ноготком перемычку, поправила очки, заёрзала по столешнице и спокойным, ни разу не изменившимся за весь доклад тоном, лишь некоторые отдельные гласные подпрыгивали громко и не там, где следовало, обрисовала ситуацию: 
- Господин Иггидус Маггрум родился в тысяча двести двадцать пятом году в семье бакалейщика в мясном квартале Города Золотых Башен, в семнадцать лет был отдан в академию Лок Грим, однако был исключен в тысяча двести сорок шестом, на четвёртом году обучения, в свете собственных неутверждённых и тайных попыток исследований таких параграфов псионики, как активное влияние на разум, манипуляционные жесты с весомой дистанции и подчинение разума в результате его, выразимся корректнее, смягчения и упрощения. Помимо этого, он видел перспективы в создании големов и написал несколько теоретических работ о возможном одушевлении искусственных организмов. Надо отметить, что при всей амбициозности, его труды в большей степени фантазийны, поскольку в них ярко прослеживается острая нехватка познаний в биологических науках. Тем не менее, деканат счёл господина Маггрума нежелательным студентом, а после всплыл инцидент с неразумным использованием подвалов для провизии - там он пытался не только выводить магией созидания крыс и мышей, но и внедрять в них, как он выражался сам, души и чувства, посредством повязывания с умертвлёнными или ненадолго живыми грызунами. На десять лет он уехал из города, пропадал в Виннебург, а после вернулся - с женою вдвое его старше, двумя приёмными сыновьями и квитанцией с суммой, которой хватило на открытие кукольного магазина. Вскоре господин Маггрум завоевал примечательную популярность среди жителей квартала, и после - и всей части Города Золотых Башен. Отзывы о его лавке характеризовались такими синонимами, как «волшебная», «чудесная», «восхитительная», «поражающая». Дела его шли неплохо, но вскоре скончалась жена и двое сыновей - неожиданно и подозрительно. По словам очевидцев, господин Маггрум был неутешен и полностью погрузился в работу, мастерами по цеху считался весьма дотошным и привередливым, особенно по части выделывания глазных яблок и ресниц.

- Вскоре господин Маггрум попал под следствие, так как в непропорциональных количествах занимался скупом весьма несочетающихся эликсиров и трав. За ним установили вялое наблюдение, но уже совсем скоро завели дело - выяснилось, что куклы господина Маггрума были носителями некоих магических вирусов, а в его лавке часто пропадали дети. Я не стану углубляться в подробности, однако как итог, прояснилось прошлое: господин Маггрум стал фанатом и заложником собственных непроверенных теорий, и приёмных сыновей использовал в качестве первых активных «зарядителей»; его богатая жена, узнав об этом, пыталась донести, но была задушена мужем. Схема после наладилась: вначале господин Маггрум дожидался, пока в его лавке не объявятся беспризорные дети, после угощал их сластями и затаскивал за прилавок, далее - относил в лабораторию, которую, к большому моему сожалению, разобрали. Здесь он занимался опытами, а образцы выведенных вирусов заносил в кукол и зачаровывал их, как артефакты, после чего продавал состоятельным клиентам, или соседям, в чьи дома мог иметь доступ, и наблюдал, каким именно образом артефакты влияют на семьи. Из доподлинно задокументированных сведений известно следующее: куклы начинали выходить из-под контроля, «высасывали», если можно выразиться подобным термином, энергию и жизненные силы из объектов, после чего ослабленные покупатели едва ли находились в здравом смысле. Нередко куклы выхватывали столовые приборы и ножи и ими же зарезали своих хозяев, если можно таким образом обозначить жертв. У меня есть определённая теория, отвечающая уже проанализированным записям журналов господина Маггрума, однако каждую такую продажу-покупку он составлял в файл, куда и прикреплял историю «болезни» подопечных и результаты с целями опытов. Но чтобы сопоставить выдвинутые мною аксиомы с практикой, необходимо бумаги изучить.
Онорада ла Марш, широко расставившая ноги, прекратила облокачиваться предплечьями на коленки, выпрямилась, удручающе посмотрела в сторону входной двери - в приглушённых сумерках стекляшки на выкате у кукол светились, улавливая в призму отблески свечей, а по витрине колошматил градом дождь.
Сколько же полезного она могла успеть сделать взамен краткой сводки для господина аэп Нираама.
[icon]http://i.imgur.com/YyRIXx0.jpg[/icon]

Отредактировано Онорада ла Марш (10.05.2017 01:24)

+1

8

Проще говоря, здесь всё было так же: снова какой-то хмырь захотел поставить опыты над людьми, с применением, разумеется, запретной магии и может быть медицины, и маскируя всё это безобразие более-менее безобидным хобби, которое позволяло ему легко, быстро и изобретательно находить подход к потенциальным жертвам. Снова - вот уж удивительное совпадение - замешана была наука и превдонаука, снова творилась какая-то жуткая хрень, снова практически под носом у местных властей, и хоть кукольника в конце догадались проверить, но, видимо, слишком поздно.
Не понятно было только одно - какого хрена его самого словно примагничивает к таким историям?
И почему они творятся с такой регулярностью, что на Севере, что на Юге?
Слушая женщину, чьи глаза скрывались за толстыми стеклами очков, Ричард только время от времени кивал и задумчиво хмурился, перелистывая содержимое первой папки. Он искренне надеялся, что выражение его лица примут за признак глубокой вовлеченности в рассказ и желания разобраться в деле как можно более дотошно, не упустить ни одной детали. На деле же он попросту пытался понять все слова, которые ему говорят. По большей части понимал. Да и написанное прочитать тоже мог. По большей части. Было даже интересно, насколько его хватит.
- Понял, - сказал Ричард в конце истории. Добавил бы "ищем закономерность", если бы знал, как на нильфгаардском звучит слово "закономерность". Многие слова так или иначе были похожи, многие были прямым заимствованием из старшей речи, но вообще... язык - очень быстро развивающаяся система, особенно у людей. Старшая речь менее пластична, да и то, была такой, пока ею говорили только долгоживущие эльфы. Появляются новые формы, устаревают старые, приходит мода на новые словечки, забываются потерявшие актуальность. Никогда не угадаешь, как правильно выразить ту или иную мысль, если ты знаешь только основы языка и его происхождение. Остается только выписать себе мысленный подзатыльник за лень, нежелание шевелить мозгом и двигаться куда-то дальше засиженного мухами и собственным задом севера.
Хотя что там с нильфгаардским. Тут подзабытый вампирский бы выучить на нормальном уровне...
Долгое время Ричард молчал, погрузившись в работу. Пока сложно было понять, что именно они ищут, случаи сильно разнились по результатам, но в целом были похожи. Куклы продолжали пялиться на них с полок, и создавалось впечатление, что они что-то знают.
- В городе говорят, тут сокровища какие-то, - поделился он наблюдениями. - А тут это.
Гора папок, куча проклятых кукол... хотя, если тут что-то может взорваться, это тоже по-своему ценность, для многих интересная.
- Почему бы не сжечь всё дотла? - спросил наконец Ричард, откладывая очередную папку в очередную стопку. Все же влияние добрых северных чародеев глубоко пустило корни в его сознании. - Этих кукол и весь дом? Ведь кто-то обязательно полезет искать ценное.

+1

9

Эталонное «блядь, Нора!» коллеги по цеху Марена де Витте всё острее вырисовывалось неподходящим, незакономерным и не веским восклицанием, равно как и реакция приставленных охранников, заверявших коронера в потаённой, сокрытой ауры зловещих варварских кукол. Ей хотелось закатить глаза - естественно, что у творений господина Маггрума будут определённые неблаготворные биомагнитные поля! Заряжение и превращение неорганических веществ в активные, энергетические предметы не проходила бесследно - эксперты Бюро посвятили шесть параграфов доклада описанию вредящего психической стабильности окружающих эффекта. Однако вот, господин Ринсвер аэп Нираам неподобающими, фантастическими догадок об игрушечных армиях с картонными шпиками не баловался и вполне оперативно, похвально помогал рассортировывать архивы. Чародейка вообще питала особую теплоту к упорядочиванию, выравниванию и раскладыванию по полочкам: вселенная вокруг тонула в хаосе, но хаос держался на чётко регламентированном порядке нюансов. И, приводя в одинаковое положение мир вокруг, можно было разобраться и самому, распутать клоки шерстяных клубков, придти к искомому знаменателю. И Нора ценила спокойную рассудительность агента аэп Нираама, без драматическо-театральных всплёскиваний рук и возвышенных писков.
Наука оставалась наукой, и науке требовались жертвы. С этой точки зрения коронер понимала и принимала развёрнутую многоходовую систему господина Маггрума.

soundtrack

- Потому что, несмотря на усиленную и строго хранящуюся политику неразглашения, информация имеет характеристику непринадлежности, - Нора стянула очки, протирая глаза - урчало в животе, нужен был эликсир, - а, следовательно, так или иначе её обрывки просочатся в общественность. Но это задача канцелярии о цензуре, каким образом её воспримут. Господин Иггидус Маггрум не был особенно богат, а его артефакторика носит узкое направление - в лавку вламывались три раза, и дважды аферисты возвращались с увечьями: у одного вытекли глаза, у другого отсутствовало несколько пальцев на руках, третий оказался парализован по пояс. Вот и поползли байки, - она неодобрительно встряхнула пушистою гривой и чихнула - от резких движений под трепет четырёх свечек снежинками водили хороводы слипшиеся комки пыльных комков.
- Это вне моей компетенции, но прежде необходимо оценить документированные записи господина Маггрума. Ежели они представляют малейшую ценность - их следует изучить. И, как вы успели заметить, лавка небезопасна. Неизвестно, что активирует пожар и каковыми будут последствия.
И коронер перегнулась, собираясь выудить очередную папку, ничем не помеченную - листы исключением не датировались, а значит, требовали ещё более пристального внимания. А пока госпожа ла Марш тянулась, плечиком она задела причудливую музыкальную шкатулку из рисовой бумаги, хакландскую побрякушку - та покатилась к краю, грохнулась на проеденный молью ковёр и запрыгала. Полилась заведённая, неожиданно знакомая классическая туссентская колыбельная. Коробочка застыла на ребре и верхняя крышка распахнулась сама - Нора поняла слишком поздно, что из круглого отверстия что-то выстелилось, с запахом гари и тухлых гусиных яиц. И все четыре свечи вспыхнули, перекидывая пламя на иссиневатые, вылощенные фарфоровые пухлые ручки кметок, парики королевн из конских волос и саму мебель.
- Это не обычный огонь, - Нора спустилась на пол, выкрикнула заклинание - на кончиках пальцев маячили лиловые искорки. Попробовала накрыть сферой, вытянуть кислород - и авторское не сработало. - Я оставила две коробки в подсобке. Их обязательно нужно забрать и вынести на улицу. Постарайтесь справиться с оставшимися здесь документами, выбирайтесь через чёрный вход, - в полумраке волосы у неё отливали пеплом, и она скрылась за дверью чуланчика.
Наука всегда требовала не только жертв, но и риска. По лавке ползли тёмно-фиолетовые языки пламени, пахло медовым вереском, и огонь оплавлял сборы кукол - только стеклянные, мёртвые-живые глаза оставались на месте, крутились и ничем не брались.
[icon]http://i.imgur.com/YyRIXx0.jpg[/icon]

Отредактировано Онорада ла Марш (10.05.2017 01:24)

+1

10

Слушая пояснения, Ричард кивал, показывая, что всё понятно, принято к сведению и больше вопросов нет. А вопросы были, только кто в здравом уме станет их задавать? Дама, похоже, работала на разведку или около того. Дом, который она исследовала, мало кому на самом деле был нужен, иначе ей прислали бы помощника. Дама об этом явно не подозревает, и преувеличивает значимость этого магазина для своих коллег - приняв за помощника первого попавшегося проходимца, еще и с ужасным не местным акцентом, как бы он ни старался.
Или она тоже делает хорошую мину при плохой игре и дурит ему голову? Тоже ведь возможно.
- Понял, - снова кивнул вампир, силясь понять смутно знакомое слово, которое как назло выскочило из памяти и крутилось где-то на краю сознания, и потому упустил момент, когда помещение наполнилось странным резким запахом, а по стенам бешено заплясали размытые от наполняющего помещение дыма тени.
"Не обычный огонь?" - не сразу понял Ричард, потом до него дошло.
- Блять... - непроизвольно выругался он на родном северном диалекте, хватая разложенные на столе папки и сбрасывая их, без всякого порядка, обратно в коробку. Вообще это был идеальный момент, чтоб просто слинять, магичка, а это совершенно точно была магичка, отвлеклась на свои драгоценные документы, и...
Но каким бы он был тогда исследователем?
Огонь заползал на стол, и несколько крайних папок начали тлеть, а затем и вспыхнули. Ричард схватил их, несколько раз ударил по столешнице, пытаясь сбить пламя, не смог, и отшвырнул папки в угол. Подхватив коробки, все что мог, он протащил их сначала в коридор (пришлось сделать две ходки), затем попытался схватить оставшуюся, но пламя успело добраться и до нее. Помянув по матери уж неизвестно кого, но скорее все-таки кукольника, Ричард не стал спорить с огнем за сферы влияния и успел вынести оставшиеся коробки на задний двор и даже оставить их.. ну, не сказать чтоб прям в сухом месте, но хотя бы не в луже, пусть неизвестная чародейка хоть за это скажет спасибо.
Если сама останется цела, конечно.

+1

11

Любая экстренная ситуация требовала не столько полной концентрации, сколько трезвой оценки происходящего. Причины, последствия, издержки и коэффициенты вероятностей избежания исходов, выходящих нарушением правил техники безопасности, отходили на второй план. Ценнее жизни сотрудника Бюро были улики, свидетельства и наводки; господин Иггидус Маггрум за свою карьеру длиною в более чем пять лет успел смастерить более шестиста восьмидесяти четырёх кукол. Гарантия, что каждая из игрушек на данный момент была возвращена, обнаружена следователями и ликвидирована, приравнивалась к отрицательным показателям по горизонтальной плоскости линейки с числами. Вытащить архивы означало не только полностью укомплектовать и обставить штампами "дело закрыто" недавние доклады и отчёты - это означало предотвращение смертей, непредвиденных эпидемий и появления нескольких серийных убийц, сведённых зачарованными куклами с ума.
Для этого Норе нужно было выбраться из зарева лилового горючего материала. Шансы терялись с каждой секундой.
От этого огня не шло дыма, и поначалу коронер не задыхалась, не защищала дыхательные пути смоченной тряпкой, но постепенно начинала кружиться голова. Тошнило. Колени размягчились, не слушались организм, приходилось держаться за стены, ручки, выступы шкафов и продвигаться дальше. Сушилась и трещала кожа, плясали овалами и квадратами белесые расплывчатые эллипсы. Огонь, по всей видимости, вытягивал кислород и заполнял помещение непригодными для функционирования газами, а часов для сверения обратного отщёта секунд не наблюдалось.

Чтобы попасть в подсобку, нужно было преодолеть небольшую лестницу вниз из узенького чулана в семнадцать ступеней. Здесь располагался небольшой склад кукольных принадлежностей: платьиц в многослойчатых оборках, погнутых каравеллами шляпок, цистернам с вонючими алхимикатами-растворителями, туалетные принадлежности для раскрашивания лиц, хаотические стоги искусственных париков из конского волоса. Нора помассировала виски, споткнулась на предпоследней ступеньке и полетела вниз, мгновенно выставив обе руки вперёд, дабы падение смягчить. Виском она ударилась о тупое рёбро поломанной столешницы о три ножки, левой рукой зацепилась за нечто прохладное, каменное - вздыбленная плитка. Поморщившись, она села; что-то липкое, тёплое и с солоноватым привкусом попало на губы. Из расшибленного виска текла струйка крови. Нужно было оторвать от чего-то полосу ткани - как раз неподалёку об одну из ножек облокотилась кукла в вершком двадцать, в высоту со среднестатистического ребёнка. Нора таких кукол раньше не видела - подавляющее большинство предыдущих работ господина Маггрума были выполнены с анатомической корректностью, тонко и детально. Эта же, грубая, грязная и вылепленная грузными кусками, засунутая в холщовый мешок из-под картошки, походила на брак. Чародейка подползла поближе, схватила куклу за припухлые, выкрашенные в охру с желтизной запястья, и уже было собиралась оторвать кусок ткани, как случилось непредвиденное и незапланированная - вдавленные глазные яблоки куклы распахнулись. На неё смотрели две живые, бегающие кругами бусинки с бликами, почти - но недостаточно - живые. А потом Нору как пронзил удар молнии.

Она вздрогнула, выпустила брусок фарфора из рук, поёжилась. Глаза не вращались, оставались на одном месте, признаков жизни не выдавали. Послышался грохот - рушился магазин. В спешке оторвав и смастерив повязку, она затянула широкую ленту округ головы, подхватила две нужные коробки и замедленно, с трудом начала преодолевать семнадцать ступенек. Давление стремительно понижалось, разряжался воздух, лёгким недоставало кислорода.
Лавка полыхала. Нельзя было разглядеть ни локтя, ни витрин, ни потолка - всё занялось чернильной жижей, всё отдавало смертельным жаром. Языки лизали коронера по спине, загорелись плечи пальто. Она успела подбежать к чёрному выходу - дверь оставалась открытой - и заприметить агента аэп Нираама. И послать ему тонкий, слабый, но отчётливый телепатический импульс - вытащите, нужна помощь.
Но агент аэп Нираам не отреагировал. Ни во второй раз, ни в третий.
И тогда Нора крикнула - не истошно закричала, не завопила, а вполне вежливо и членораздельно закричала, что сама не выберется. Лавка пошла каруселью.

Прежде чем Онорада ла Марш на шесть минут потеряла сознание, она успела понять - что-то не так. По прожилкам вен на ладонях шла инородная, непонятная масса скорлупкой, походящая на разновидность шамота.
[icon]http://i.imgur.com/YyRIXx0.jpg[/icon]

Отредактировано Онорада ла Марш (10.05.2017 01:25)

+1

12

Телепатических импульсов Ричард не слышал, но был настороже. Привыкнув, а к хорошим вещам привыкаешь быстро, что чародеи - такие заразы, что из любой задницы сами кое-как выберутся, а потом останется только найти уставшее туловище, погрузить его на тележку и, посвистывая, отвести в безопасное место, Ричард несколько переоценил способности местной магички, явно уступавшей уровню сил и способностей его старым (хотя старым ли?) знакомым. Тем не менее, нахождение неизвестной дамы в горящем доме не могло его не волновать. В любое другое время Ричард, как заправский герой, вломился бы в дом и вынес женщину на руках, но...  огонь был магическим. Он вполне ощутимо жег, а Ричард - вот уж диво-то какое! - тоже хотел жить, и помирать за какие-то чужие бумажки и незнакомых девиц было бы... преждевременно. И как-то внезапно раз за разом оказывалось, что при реальной опасности, когда природные способности вида не гарантируют выживание и тем более процветание, геройствовать вдруг становится значительно труднее.
И страшнее.
Но он все равно прислушивался и присматривался, стоя почти у дверей, на самом допустимом расстоянии, не идет ли чародейка. В дом не ломился - хорош он будет, горя и задыхаясь в огне, если незнакомка попросту телепортируется. Не телепортировалась. Услышав ее крик, вампир перестал раздумывать, шагнул вперед, подхватил девушку, кое-как сумел захватить второй рукой сразу две коробки, и вынес весь этот груз за порог и дальше, радуясь, что хотя бы по габаритам неизвестный агент неизвестно чего оказалась вполне выносима. На какое-то время показалось, что огонь с пальто не сбивается, и Ричард уже собрался было стянуть с нее одежду, пока не загорелись волосы, но тут, к счастью, подвернулась пересекающая половину двора лужа, и стоило крайне неделикатно макнуть туда даму спиной и затылком, как огонь, посопротивлявшись напоследок, сдался и издох. Пристроив женщину в более-менее сухое и чистое место, вампир занялся коробками, рассудив, что бесценные записи для этой женщины будут важнее, чем даже собственное здоровье, и стоит потратить чуть-чуть времени, чтоб их сохранить. 
Онорада ла Марш, имени которой вампир так и не узнал, пришла в себя через шесть минут. Ричард, успевший за это время сложить коробки под навесом, куда не должен был добраться ни огонь, ни дождь, как раз подошел проверить ее состояние. Помня об обмороке, огне и макании спиной в лужу, вампир предполагал, что пробуждение будет для женщины не слишком приятным. Также он предполагал, что реальные, настоящие агенты могут явиться в любую минуту, проверить что тут горит.
Ричард, на всякий случай, приготовился бежать.

Отредактировано Ричард (17.05.2017 21:49)

0


Вы здесь » Ведьмак: Меньшее Зло » Потерявшиеся эпизоды » [05.03.1269] Лавка чудес господина Маггрума


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC